Негостеприимные воды - Алексей Владимирович Егоров

навклера. – Я узнаю этот мыс, а эта крепость десять лет назад выглядела точно так же. И не скажешь, что она разваливается.

Виал кивал, не перебивал. Лицо его ничего не выражало.

– Там на востоке выход из пролива. Те скалы я тоже узнаю.

На таком расстоянии любые скалы будут выглядеть знакомо, но Виал не стал спорить. Раз ему кажется все это знакомым, так пусть. Он ведь знал, куда они направляются.

– Волею Мефона мы оказались здесь, – сказал Виал.

Как бы люди не планировали, но уйти от судьбы не могли.

– Мне необходимо остаться, а ты ведь не собираешься оставаться? – спросил Эгрегий.

– Мне некогда.

– Я так и понял.

Они замолчали. Виал собирался подыскать слова, чтобы переубедить товарища, но затем бросил эту затею. Он не видел в этом смысла. Можно было сказать, что парень ошибается, его родина дальше; пешком до нее не добраться, а на судне не пройти мимо Саганиса. В общем, наплести любой ерунды.

Переубедить парня удалось бы, даже не давя на него.

Виал не стал этого делать.

Зато Эгрегий попытался переубедить навклера, сказав:

– Ты же можешь сообщить обо всем, что мы узнали, сам. Я не предаю Гирцию и патрона, своих товарищей… тебя.

– Нет, не предаешь, – Виал пожал плечами.

Он понимал, что Эгрегий собирается использовать аргумент про предательство в споре. Все еще полагал, что Виал собирается его отговаривать.

– Да пока дойдем до дома, уже все закончится. Сколько нам идти до Гирции? Полгода, год?

– Идти не придется, но это не важно.

– Не придется? – удивился Эгрегий.

Он рад был бы перевести тему.

– Ты намереваешься остаться, – напомнил Виал, ловя взгляд товарища.

– Тебя это не беспокоит? Я думал, ты начнешь меня отговаривать.

– Я и отговаривал. Приготовил десяток аргументов, а по ходу спора нашел бы еще сотню. Но зачем? Чтобы задержать тебя подле себя? Раньше я бы так поступил.

– Что же тебя изменило? Убийство Арса?

Виал фыркнул. Его товарищ слишком много думает о каком-то навклере, с которым на мгновение их свела судьба. Он бы еще о том данае беспокоился, которому Виал сломал шею.

– Нет. Еще раньше. Если тебе так интересно – когда Дуилл, твой бывший хозяин, купил поместье. Я понял, что людей нельзя ограничивать, это вредно для дела.

– Дело. Тебе лишь бы дело!

– Я этим живу, – Виал развел руками, – а что, должен тебя переубеждать? Или ты этого хочешь, чтобы потешиться?

Эгрегий насупился, на мгновение ощутив прилив ярости. Не такого он ожидал от Виала, упрямца, способного разрушить чужие планы. Тогда бы пришлось ночью покидать лагерь, начертав на куске коры прощальное письмо. И то Виал мог по глупости бросить эту кору в растопку.

– Ну… значит все? – спросил Эгрегий.

– Ты уже собираешься уходить?

– В Саганис ты не пойдешь, выход из пролива увидел, описание береговой линии, думаю, составил. Значит, ты пойдешь на запад. А мне путь лежит на север.

– Ага, умник. Раскусил прям. Я пойду туда, – Виал указал на север.

Глаза Эгрегия округлились. На мгновение он подумал, что Виал согласен с мнением товарища и отправится с ним. Домой они все равно не поспеют к началу войны, не предупредят сограждан о данайском флоте. Зато открыв северные земли Виал принесет больше пользы отечеству.

– Дважды умник, – Виал улыбнулся. – Тебя так легко раскусить. Я указываю на пляж, а не на твою предполагаемую родину.

– Зачем тебе этот пляж?

– Ну, а где я тебе судно раздобуду. Я же не такой дурак, как ты, чтобы пешком идти в Гирцию.

На пляже была только галька, водоросли да выброшенные на берег обломки. Вряд ли эти обломки годятся на постройку корабля. Дерево пропиталось водой, само едва держится на поверхности.

– Прежде чем покидать меня, окажи услугу.

Эгрегий взглянул на навклера.

– Один я, конечно, справлюсь. Но от помощи не откажусь.

– Я окажу тебе любую помощь, – чуть ли не церемонно произнес Эгрегий.

– Тогда идемте, все идемте!

И Виал первым зашагал на север. Эгрегий задержался, все еще не веря в то, как все прошло. Воистину этот человек неразгадываемый. Тем он и хорош.

– Как прошло? – спросила Хенельга, подойдя к другу.

– Вроде бы нормально, но кто знает. Я его вообще не понимаю!

Вкратце он пересказал диалог, отчего глаза Хенельги полезли на лоб. Она тоже не ожидала, что навклер так легко примет «отставку» товарища. Впрочем, в его действиях прослеживается логика. Известие он может и один доставить, а ушедший на север друг принесет пользу.

– Но про тебя я ничего не говорил, – сказал Эгрегий.

– Это хорошо. Нельзя в одном разговоре вываливать все.

Старший товарищ уже ушел на два десятка шагов. Он не оглядывался, знал, что спутники последуют за ним. Любопытство поможет преодолеть страх, который наверняка мешает им размышлять здраво. Наверняка они решат, что в дальнейшем Виал может изменить мнение, и рискнут убежать ночью.

Только Мустиф последовал за Виалом сразу, но задержался у двух других гирцийцев, не зная, что делать. Действия чужаков выглядели нелогичными. Лишь недавно он начал понимать, что авторитет навклера Виала опирается не на страхе и принуждении, а на хитром расчете и упрямом стремлении к цели.

Против воли Мустиф проникся уважением к этому навклеру, пустившему на дно все прошлое раба.

– Что случилось? – спросил кемилец у Хенельги.

– Не знаю, навклер задумал построить лодку из гальки.

Все трое последовали на север, забыв о голоде, необходимости собирать траву и коренья. Любопытство помогает забыть не только о страхе, но и о потребностях тела.

Вскоре они нагнали Виала, тот двигался медленней, чем молодые спутники. Склон шел под уклон, но до пляжа оставалось еще миля. Идти быстро не получалось, велик был риск свалиться с крутого склона. Ни тропинки, ни надежной опоры. Камни сыпались из-под подошв, сухо шурша убегали по склону и разбивались внизу. Порой слышался плеск, когда камень