Чужая тень - Ярослав Маратович Васильев

Например, про попытку самоубийства умолчали – а повторили «официальную» версию, что дочь в сильно растрёпанных чувствах очень захотела поехать на могилу к матери, причём её переклинило и приспичило сделать это ночью. Про джиннов или искажение реальности тоже не упомянули ни слова, разве что про существование ведунов, а рыжую джинну упомянули как представительницу ведунов-колдунов, которая якобы, согласно их кодексу и какому-то там аналогу полиции, обязана была потенциальную жертву предупредить. Результат экспертизы на отцовство тоже списали на порчу от чёрного ведьмака. Когда история была закончена, а чайник опустел, Григорий Филиппович в сильной задумчивости почесал кончик носа и сказал:

– Да уж, приди кто другой с такой историей – сказал бы, книжек начитался и нанюхался чего. Не зря Дима намекнул на девяносто восьмой. Был тогда такой крупный делец местного разлива, Комолов. Дима был в числе тех, кто расследовал его убийство, мне потом эту историю пересказывал, уже когда вместе служили, как пример, что мистика запросто существует. Там история покушения была такая, что без мистики точно не обошлось. Несмотря на своё везение, Комолов страховался и к своей безопасности очень серьёзно относился, а тут несколько попыток почти подряд, и каждый раз киллеры через охрану как нож сквозь масло прошли, в итоге очередной его и достал. Судя по вашему рассказу, опять замешаны эти ведуны, и договориться с ними у твоего отца, Софья, пока не получилось. Но могу предположить, что у них как-то ограничены возможности с расстоянием. Я от Димы про Андрея Викторовича слышал. Просто так наобум твой отец ничего не делает, и я так понимаю, с этими ведунами тоже давно работает. Если он уверен, что переезд лучше группы профессиональных телохранителей, пока примем эту версию. Хотя начёт твоей безопасности надо подумать…

– Вот как раз насчёт безопасности проблем не будет, – вздохнула Софья, вспомнив, как сегодня прямо с утра подруга из неё «вытаскивала девочку». – Марина говорит, что у нас в другом проблема.

– Стоп. С чего ты так уверена? Нет, я понял, что ты у нас теперь взрослая, год сама прожила и так далее. Продолжить насчёт лишней самоуверенности – или сама поняла?

– Софья, покажи ему, – поморщилась Марина.

– Ты думаешь?

– Да, иначе мы ничего не докажем. Что ты с ножом можешь.

– Тогда на улице.

Когда они вышли, Софья в режиме киборга мгновенно радаром и тактическим процессором оценила расположение строений и прочность конструкций. Дальше на глазах у изумлённого Григория Филипповича побежала к сараю, на высоте примерно метра оттолкнулась от стены и, используя сарай как опору для толчка, допрыгнула до второго этажа дома. Там ухватилась за выступ кирпича одной рукой, второй достала нож. Из стены выступал прут арматуры, видимо, не очень аккуратно положили при строительстве. Пара ударов – и на землю полетели кусочки железного прута. Дальше Софья опять как в кино оттолкнулась уже от дома, сделала сальто в воздухе и приземлилась рядом с Мариной. В бою такую глупость она делать не стала бы – во время этой акробатики не очень хорошо можешь контролировать своё положение и рискуешь оказаться беззащитен – зато сейчас вышло эффектно. Дальше пискнула сигнализация машины в гараже: три раза подряд она встала на блокировку, потом отключилась.

– Ни… себе… – оторопело смог произнести Григорий Филиппович. – А с машиной как?

– Пульт от сигнализации у вас в куртке на вешалке лежит, но я просто код взломала. Он там несложный. И это так, только часть возможностей, когда я превращаюсь в боевого киборга. Тут не одни возможности тела, мне говорили, что в процессоре заложен опыт профессионального военного.

Каждый раз переход, даже если он был недолгий и на самом деле тратил мало сил, всё равно платил слабостью после возвращения. Но сейчас Софья изо всех сил решила её не показывать, а то не поверят до конца и всё равно какую-нибудь охрану попробуют приставить.

– И зачем такой цирк устраивать? – раздражённо сказала Марина.

– Сама сказала показать всё.

– Я думала, ты ножик покажешь.

– Стоп, – замахал рукой Григорий Филиппович. – Я, кажется, начинаю понимать. Давайте домой, а то холодно, сядем и будем думать.

Они как раз вошли на кухню, когда на экране телевизора появился очень знакомый дом по улице Тютчева.

– Пульт где? Звук включить. Быстрее, – казала Марина.

Но Софья уже успела. Телевизор был новый, пульт работал не на ИК, а на радиоканале – это был настолько привычно, что девушка, не раздумывая, с порога дотянулась и через свой коммутатор прибавила громкость.

– Грабители успели проникнуть в квартиру и даже нанести ущерб, – вещала журналистка. – Проникновение заметили соседи, которые и вызвали наряд полиции, однако преступники успели скрыться. Инцидент случился вчера ночью, однако полиция и господин Медянский отказались комментировать случившееся. Кроме того, господин Медянский отказывается говорить, не связано ли вчерашнее происшествие с недавней смертью его жены, а также со слухами о завещании и о том, что вокруг наследства покойной разгорается нешуточная битва между родственниками…

Дальше Григорий Филиппович дотянулся до пульта, отключил звук и посмотрел на девушек:

– Жёлтый канал и обожает публиковать жареные факты, но при этом ушлые и пронырливые, докопаются до всего. Вы говорили, что там ребята из «Грифона» были? Мне Дима рассказывал, кого и по каким принципам туда берут, на самом деле серьёзная контора, и охраняет не для галочки. Но даже эти падальщики с телевидения со своим нюхом про них ни слова. А ведь по вашим словам, ребята там сидели и бдили. Смекаете?

– Вовремя мы оттуда смылись… – оторопело сказала Марина.

– Зато можешь насчёт сломанной двери не переживать, – растерянно попробовала пошутить Софья.