Клинки Лемурии - Морис Делез

И все дружно расхохотались. Настроение резко поднялось. Драка еще не начиналась, а два судна вышли из строя. Остов одного уже догорал, а второе стремительно погружалось в воду. Фонтан опал так же быстро, как и возник, но это уже не имело значения: вода хлынула в трюм и на палубу, через мгновение заплескалась на надстройках, и вскоре лишь торчавшие из воды верхушки мачт напоминали о том, что здесь только что качалась на волнах грозная боевая галера.

Но главным было даже не это. Кулл уже выбрался наверх, и теперь двенадцать человек распластались на вершине скалы, наблюдая за происходившим внизу. Те, кто шел перед затонувшим судном, ускорили ход, не желая разделить его участь, и Кулл пожалел, что эта мысль не пришла ему в голову раньше: десять человек вполне могли бы покончить со всей эскадрой. Однако он тут же забыл об этом: что толку сожалеть об упущенном! Он услышал истошный вопль Ридо далеко внизу, блеяние рожка и крики людей, но что они кричали, понять было сложно. Лишь истошный вопль: «Табань!» — наперебой повторяемый разными голосами, слышался совершенно отчетливо.

«Лемурия» двинулась кормой вперед и вскоре оказалась на свободе. Шла она настолько медленно и неуклюже, что атлант подумал о том, что даже сейчас они успели бы подкатить второй валун и потопить баронский флагман, но тогда Лио неизбежно погибла бы у него на глазах и от его руки. Мысль о Лио заставила его вскочить на ноги.

— Оставайтесь здесь и следите за ними!

Отдав приказ, он помчался по тропе, спеша как можно быстрее вернуться на «Богиню Морей», но у внутренней кромки скалы остановился.

Барус замер возле надежно укрытого самострела, как месяц назад Ридо, охотившийся тогда на «Богиню Морей». С утра он сам проверил решетку, вплел в нее свежие ветви, и теперь она выглядела как новая. Конечно, эта ловушка не станет неожиданностью для барона, который сам придумал ее, но деваться-то ему все равно некуда.

Поворотный стол, на котором был закреплен Самострел, располагался очень удобно и позволял простреливать всю гавань. Недоступным оставался лишь небольшой участок у прилегающей к берегу стены между самострелом и выходом из протоки. Однако там было так тесно, что не могло укрыться даже маленькое судно. Несомненно, барон понимал, что ждет его в гавани Вазии, и сознательно пошел на жертву. Стоило Барусу подумать об этом, ему пришло в голову, что особой жертвы и нет: если загарпуненное судно подтянут к берегу, это только упростит задачу нападавших, ибо позволит беспрепятственно добраться до суши! Как они с Куллом не подумали об этом?!

Барус выругался. Поздно! Уже поздно! Он стиснул зубы и приготовился. Как по команде, именно в это мгновение из прохода в скалах появился бушприт первого из судов эскадры Ридо. Ах, не так ему все представлялось!

Неожиданно до него донесся оглушительный грохот, а следом за ним словно водопад низвергся с небес. Во всяком случае, звуки были именно такими. Раздались неразборчивые крики, среди которых выделялось: «Табань!» — и почти сразу все смолкло. Что там произошло? Что придумал Кулл, Барус не знал, но он видел: нос выползавшей из скал галеры начал увеличиваться быстрее.

— Целься! — крикнул он своему плотнику. — Целься так, чтобы киль не повредить!

— Не суйся не в свое дело, капитан! — огрызнулся тот.

Двое людей разворачивали поворотный стол, на котором был укреплен огромный самострел, пока направление движения судна полностью не совпало с осью гигантской стрелы. Как только это случилось, плотник дернул за рычаг, и тяжелое древко с зазубренным наконечником устремилось в полет. Бухта тонкого, но крепкого каната, намертво закрепленного у оперения стрелы, начала стремительно разматываться, когда стрела по пологой дуге понеслась вперед. Словно завороженный Барус смотрел на нее, пока наконечник не пробил правый борт галеры. И только тогда извивавшийся, словно хвост чудовищного змея, канат с тихим плеском упал в воду.

— Тащи его, ребята! — заорал Барус, и два десятка его людей налегли на рычаги ворота.

Канат натянулся и мелко задрожал, стряхивая брызги воды. «Как собака после купания», — невольно подумал грондарец. Галера пошла еще быстрее, и вскоре пираты узнали в ней «Миральду».

— А-а-а! — восторженно взвыл кто-то у Баруса за спиной. — Такая посудина нам сгодится! Как, капитан?!

— Слишком много на ней народа! — не оборачиваясь, ответил тот. — Готовьтесь к драке, парни! И упаси вас боги спалить эту красавицу!

Грондарец уже считал галеру своей. Он видел себя на палубе в окружении матросов. Конечно, то была не «Богиня Морей». Она не несла на форштевне смертоносного жала — зловещего тарана, коварно скрывавшегося под водой, у нее был только окованный толстыми полосами бронзы форштевень. Но ей, пожалуй, этого и не нужно. Толковый капитан и сильная абордажная команда — вот все, что требуется для успеха!

«Миральда» тем временем приближалась. Она уже полностью вышла из протоки. Из-за кормы ее буквально вынырнула легкая одномачтовая «Силья» и сразу же рванулась к дальней от берега стене — подальше от чудовищного самострела. Впрочем, не она представляла собой главную опасность. Следом показалась двухмачтовая галера и, огибая загарпуненную «Миральду», двинулась к берегу. На нее тут же посыпались огненные стрелы со стен, окружавших бухту. В одно мгновение она вспыхнула, как свеча, и тут…

Ведущую вниз каменную полку занимали лучники Баруса. Их было не меньше сотни. Они пускали в двухмачтовую галеру огненные стрелы, обмотанные промасленными тряпками, и ее такелаж быстро занимался огнем. Она еще огибала загарпуненного трехмачтового великана, но явно не успевала на помощь. Те, кто находился на палубе, уже поняли это и прыгали в воду, покидая обреченное судно в надежде спастись вплавь. Огромная «Миральда» ткнулась носом в песок, не слишком сильно, но освободиться она уже не могла. Впрочем, теперь это было не важно. Валузийцы, словно муравьи, полезли на берег. Лучники Баруса стреляли без передышки, но нападавших оказалось слишком много, и они вынуждены были шаг за шагом отступать к форту, чтобы не допустить рукопашной схватки. Лишь значительно позднее Кулл сообразил наконец, что на «Миральде» находилась, быть может, не одна сотня спасенных моряков. Видя, какой оборот принимают события, «Силья» устремилась к берегу. Видно, капитан ее понял, что иного выбора у него, кроме как выброситься на мель или дать себя сжечь, просто не осталось, и предпочел первое.

Атлант не стал любоваться этим зрелищем, а свернул влево и побежал по внутренней кромке скалы к месту, где на ее вершине был укреплен толстый канат. Добравшись до него, он скользнул вниз и через считанные мгновения уже стоял на палубе «Богини Морей», которая как раз поднимала якорь.