Финанс-романс. В дебрях корпоративной Европы - Яна Афанасьева

Потом мировой рынок рухнул, и стоимость активов наших пенсионных фондов значительно сократилась. Вместе с тем продолжительность жизни в Северной Америке и Европе, по официальным данным, продолжала расти, и компания должна была учесть этот факт при пересчете своих обязательств. А еще для некоторых отраслей промышленности в США и Канаде считается нормой финансировать медицинские расходы своих бывших работников. Учитывая, что стоимость медицинских услуг растет с каждым годом, компания обязана в своих социальных обязательствах учесть и этот инфляционный компонент.

Пенсионная проблема стояла особенно остро потому, что у ArcelorMittal к тому времени было и без того около двадцати миллиардов долгов, потому что многочисленные слияния и поглощения, в частности покупка Arcelor , финансировались за счет внешних заимствований. Банкиры, разумеется, знали, что прибыли предприятия падают, а тут еще и непосильные пенсионные обязательства. Рейтинговые агентства и инвестиционные банки все чаще поднимали вопрос о платежеспособности ArcelorMittal и ее кредитной устойчивости. Естественно, никто не хочет давать в долг компании, которая все заемные средства будет тратить на выплату пенсий. Банкиры ведь не благотворительностью занимаются.

Дженнифер была новичком в пенсионной сфере. Лейла, вероятно, что-то слышала от Гийома или от Клаудии, но, судя по ее вопросам, не очень много. Департаменту Comp & Ben нужно было спроектировать и осуществить в корпорации пенсионные реформы, и оказалось, что единственным человеком, кто в этом разбирался, была я. Дженнифер и Лейла предложили мне позицию менеджера, которая давала возможность вскоре дорасти до начальника отдела Benefits . Мне казалось, что это судьба.

Алекс уговаривал меня не спешить с решением. Роберто осторожно спрашивал, хорошо ли я подумала и не стоит ли мне заняться тем же самым пенсионным реформированием, но из финансовой структуры. Но у меня еще не прошла обида за его комментарии о моей возможной беременности, поэтому слушать ничего я не стала и отправилась к Мистеру А. с просьбой поскорее утвердить мой перевод. Я объяснила ему, что суть работы остается финансовой: изучение и оптимизация пенсионных планов и схем медицинского страхования, подготовка проектов для переговоров с профсоюзами, анализ возможных инвестиций пенсионных активов. Наконец-то я смогу не только делать расчеты, но и воплощать в жизнь свои предложения!

Почему-то я совсем не чувствовала, что меняю карьерное направление. Пожалуй, я вообще никогда не считала себя прирожденным финансистом и не особенно гордилась своей профессиональной принадлежностью. Как раз наоборот: меня окружали десятки финансистов, карьера которых не выглядела ни завидной, ни перспективной, ни даже сколько-нибудь интересной. Не страшно ли было сходить с проторенной дорожки? Ни капельки. Именно потому, что я не видела этой самой дорожки, и старалась избавиться от ощущения однообразия и безнадеги.

Чем больше опыт, тем меньше хочется тратить силы и время на рутину. Становится важна степень свободы – насколько тебя контролируют и кто тебя окружает. В новом проекте меня больше всего привлекала атмосфера стартапа: пока нет никакой структуры, нет должностной инструкции, есть новая команда, нужно искать и творить с нуля. Кроме того, спасать ситуацию с пенсионными обязательствами нужно срочно. Это прекрасный случай зарекомендовать себя и достичь осязаемых результатов. Не часто выпадает шанс засветиться в популярном проекте, от которого многого ожидают!

Изменения должны затронуть традиции, стереотипы и застарелые привычки. Запускать волну перемен – это и есть самое интересное. Я очень хотела поговорить с Гийомом, но случайно мы с ним нигде не столкнулись, а специально его разыскивать, мне было неловко, учитывая его внезапный уход.

Мистер А. пожелал мне удачи, сказал, что я все еще член его команды. Он собирался за мной присматривать и не исключил возможности моего возвращения в финансы через пару лет, так как цели у нас по-прежнему общие. Дженнифер и Лейла встретили меня круассанами, комплиментами и напутствиями sky is your limit [78] .

Глава двадцать девятая С небес на землю

Первые недели на новом месте обнадеживали. В финансах часто бывало, что целый отдел аналитиков ночами работает над каким-нибудь отчетом, на который никто из руководителей даже не взглянет. А потом выясняется, что подготовить его попросил случайный человек, который сам уже давно забыл о небрежно брошенном замечании типа «интересно было бы узнать, откуда взялась эта цифра и насколько она сопоставима с данными за последние пять лет». Дженнифер всегда точно знала, какие данные для чего ей нужны, и никогда не давала бессмысленных заданий. Я была счастлива, потому что могла сама ставить себе цели, и, увлеченная новыми проектами, не очень-то обращала внимание на новых коллег, даже имена их не запомнила толком. Поэтому очередной скандал, разразившийся в Comp & Ben , стал для меня полной неожиданностью.

Отдел Mobility в полном составе настоял на встрече с Дженнифер и потребовал избавить их от Лейлиного руководства. Сотрудникам было все равно, найдут им нового менеджера или они будут подчиняться напрямую Дженнифер. В число их претензий входили жалобы на Лейлины противоречивые указания, постоянно меняющиеся настроения, оскорбительные замечания в адрес коллег и нежелание прислушиваться к мнению подчиненных. Естественно, узнала я об этом кризисе доверия не на общем собрании отдела, а из случайного шепота в женском туалете. Признаться, я ни на шутку встревожилась: увольнение Гийома и перевод Клаудии, драматическая история Виржини, назначение Дженнифер вместо ожидаемого повышения Лейлы, а теперь еще и бунт отдела Mobility – как бы эта все это не сказалось на моем собственном положении. Поэтому, не теряя времени, я пригласила Корнелию из Mobility на ланч и начала осторожно расспрашивать, в чем же дело. Корнелия не скрывала, что подыскивает себе другую работу, а значит, ей есть чем быть недовольной. Вероятно, она лучше всех сможет объяснить, что тут не так.

– Ты даже не представляешь себе, какая у нас была жизнь до прихода Дженнифер. Лейла – это самый настоящий control freak [79] . Она вела журнал приходов, уходов и перекуров, записывала туда все свои замечания. Доходило до того, что она заставляла нас сопровождать ее на обед, и отказаться было невозможно!

Корнелия видит мои удивленные глаза и добавляет:

– Это еще что! Время от времени она приводила на работу своих детей, чтобы мы с ними нянчились, потому что от нас, видите ли, все равно никакого толку.