Дорога к Марсу - Антон Первушин

– Здравствуй, папа! – радостно улыбнулась Юн.

– Здравствуй, малышка, – мысленно ответил ей Чжан Ли.

Они с Ху Цзюнем давно уже уяснили, что с призраками можно общаться мысленно. Так было удобнее. Потому что призрака видел только тот, кому он являлся.

– Чем ты занимаешься? – с интересом наклонила головку Юн.

– Делаю гимнастику, – ответил Чжан Ли и для наглядности пару раз согнул и разогнул руку в локте.

Он не был сумасшедшим и прекрасно понимал, что перед ним вовсе не его дочка Юн.

По первому времени и он, и Ху Цзюнь пытались расспрашивать призраков, старались выяснить, кто они и зачем приходят. Но это не дало никаких результатов. Призраки просто игнорировали их вопросы. И тайконавты стали относиться к призракам так, будто они действительно были теми, кем казались. Иначе можно было сойти с ума.

– Когда ты вернешься домой, папа? – спросила Юн.

– Не очень скоро, дорогая… – начал было Чжан Ли.

Он хотел рассказать девочке о полете к далекой Красной планете, о том, почему он согласился туда лететь и чем все это должно закончиться. Но она перебила его.

– Ты не вернешься, – произнесла она уверенно и даже жестко.

– Почему ты так говоришь? – Чжан Ли был настолько ошарашен, что произнес эти слова вслух.

Ху Цзюнь искоса глянул на него, усмехнулся, но ничего не сказал.

– Ты останешься на Марсе навсегда, – так же безапелляционно заявила Юн.

– Нет, ты ошибаешься…

– Я не могу ошибиться.

– Ты не знаешь всего…

– Я знаю все.

– Послушай, Юн…

Чжан Ли протянул к девочке руку.

Вот этого-то делать и не стоило. Призраки избегали физического контакта с людьми.

– Не буду слушать! – капризно выкрикнула Юн, сделала шаг назад и исчезла за переборкой.

Чжан Ли озадаченно прикусил губу.

Что должны были означать слова призрака?

Имелся ли в них хоть какой-то смысл?

Думать об этом было бесполезно. И Чжан Ли снова принялся ловить капсулы с лекарством.

Он не знал, не мог для себя решить, что лучше – думать или не думать о том, что происходит на корабле? И Ху Цзюнь тоже не знал. Сначала они разговаривали об этом, пытались вместе понять, выработать какую-то общую стратегию. Но потом перестали. Потому что все это было совершенно бессмысленно. Или, по крайней мере, казалось таким.

За две недели до старта, когда они уже находились в изоляторе, их поставили в известность о секретном эксперименте, который проводили китайские ученые. На поверхности Марса был обнаружен таинственный объект, получивший название «Око Силы». Что он собой представлял – загадка. Но почти не возникало сомнений в том, что объект имел искусственное происхождение. «Око Силы» являлось источником узконаправленного гравитационного луча с переменными показателями. Получить какую-то осмысленную информацию, анализируя перепады интенсивности луча, исследователи не сумели. Однако им удалось, посылая сигнал со спутника, на время изменять направленность луча «Ока Силы».

Само собой, «Око Силы» и должно было стать главным объектом исследований марсианской экспедиции. Но это еще не все – китайские ученые придумали, как можно использовать силу гравитационного луча, чтобы существенно увеличить мощность двигателя космического корабля, направляющегося к Марсу. Испытать созданное ими устройство можно было только в условиях реального полета. Ученые не сомневались, что у тайконавтов все получится.

И у них действительно получилось!

Направление луча было нестабильным. Но в те часы, когда луч оказывался точно сориентирован по оси движения корабля, мощность двигателей «Лодки Тысячелетий» возрастала на восемь-двенадцать процентов!

Китайская наука в очередной раз доказала, что в мире ей нет равных!

Однако, как выяснилось, не были учтены два существенных момента.

Когда «Лодка» впервые оказалась сориентирована по лучу «Ока Силы», тайконавты с ужасом обнаружили, что внешний мир перестал существовать. Исчезло все, что находилось за пределами корабля. Умолкли все приборы связи, отключились средства навигации. И продолжалось это ровно до тех пор, пока луч не ушел в сторону – туда, где находился русский звездолет «Арес».

Связавшись с Землей, тайконавты узнали, что все это время их корабль не был виден на радарах.

Со временем Чжан Ли и Ху Цзюнь к подобному привыкли. И даже посмеивались, слушая переговоры русских с Землей. Те никак не могли понять, куда то и дело исчезает китайский корабль.

Серьезной проблемой стала вторая особенность луча «Ока Силы», о которой прежде никто не знал.

На Земле ученые предполагали, что этот луч может оказывать некое воздействие на отдельные функции головного мозга и психику тайконавтов. В целях защиты были разработаны специальные шлемы, которые тайконавты надевали всякий раз, когда корабль оказывался на оси излучения. Быть может, мозг шлемы и защищали, но, независимо от этого, психика тайконавтов шла вразнос.

Причиной тому стали призраки, которые регулярно появлялись на корабле в момент его контакта с гравитационным лучом. Это были образы родных, друзей и знакомых, оставшихся на Земле. А то и умерших много лет назад.

Поначалу каждый из тайконавтов считал, что призраков видит только он один. Объяснений этому явлению можно было найти множество. Начиная с постоянной стрессовой ситуации и заканчивая воздействием на мозг все того же гравитационного луча. Но со временем стало ясно, что призраки – это явление совершенно иного порядка. Расстройство психики было ни при чем. Призраки существовали как объективная реальность на субъективном уровне восприятия.

Сообщив на Землю о том, что происходит на корабле, Чжан Ли и Ху Цзюнь получили указание дословно записывать беседы с призраками и пересылать их руководству. Тайконавты делали то, что им было приказано. Но никто не мог знать, насколько откровенны были они в своих отчетах. Каждый видел только собственных призраков и не видел призраков другого.

Догадки относительно природы «гостей» и цели их визитов так и оставались догадками. А товарищи по полету становились все более скрытными. Почему-то со временем обоим стало казаться неудобным обсуждать с коллегой свои беседы с призраками. Как будто они касались какой-то очень личной, может быть, даже интимной сферы. Хотя на самом деле это было совсем не так. Как правило, разговоры с призраками носили общий, совершенно не обязательный характер. Что-то вроде болтовни ни о чем. Обмен стандартными, ничего не значащими фразами.

Тайконавты все более замыкались в себе.

Любая попытка одного из них пойти на контакт, чтобы если не сломать выросшую между ними стену отчуждения, так хотя бы проделать в ней брешь, как правило, заканчивалась вспышкой ненависти со стороны другого.