Дорога к Марсу - Антон Первушин

Оставалось предположить, что воины были порождены либо самим Гивенсом, либо чем-то (или кем-то), непостижимым образом связанным с Эдвардом.

К примеру, извлечены из генетической памяти американца…

Андрей оторвал зад от валуна и вернулся к обрыву.

Но заставить себя прыгнуть так и не сумел.

В душе Николая Цурюпы в последние дни жило какое-то странное томление. То ли он скучал по жене – Светка уехала на время отпуска к маме, – то ли по выпивке…

Впрочем, последнее – вряд ли! С некоторых пор тяга к спиртному исчезла напрочь. Поначалу это поражало, но вскоре Цурюпа привык. Оказалось, что жить трезвенником вполне возможно. И даже очень неплохо. К нему вернулся прежний авторитет, он снова был у начальства на хорошем счету, выполняя конструкторские задания быстро, точно и остроумно.

Вот только казалось теперь Николаю, что он занимается не своим делом…

А в чем заключается свое, Цурюпа понятия не имел.

Космос был его мечтой с юности. Именно поэтому он поступил в Бауманку и закончил это учебное заведение, занимающееся подготовкой специалистов для российской космонавтики. Правда, здоровье не позволило ему поступить в отряд космонавтов, пришлось ограничиться конструированием корабельных систем.

И вот теперь он словно находился на распутье. Знать бы еще, что написано на сказочном камне… Направо пойдешь – генеральным конструктором станешь, налево пойдешь… Куда же попадешь? И где это распутье?..

Ладно, надо ложиться спать. Завтра будет сложный день…

…Проснулся он от ощущения, что находится в спальне не один. Открыл глаза, прислушался…

Часы на стене показывали три ночи… Зеленые циферки чуть померкли в отраженном от потолка свете фар проехавшей за окном машины. Когда шум двигателя стих, поблизости послышался странный звук. Не то шорох, не то шуршание. Как будто мышь грызет пакет с крупой… Вот только лежит этот пакет не на кухне, а совсем рядом! Чуть ли не под боком…

Николай сел, свесил ноги с кровати, включил ночник на тумбочке… И тут же снова закинул ноги на кровать.

Черт возьми, это еще что за дьявольщина?!

На ковре перед кроватью сидел паук.

Да не простой крестовик, каких в наших местах пруд пруди. Это оказался гигантский паук – размером с суповую тарелку. У паука было два глаза, расположенных почему-то на стебельках, будто у краба. Хелицеры его равномерно двигались, и именно их движение порождало этот шорох-шуршание.

Смотрел паук на Цурюпу. Взгляд его блестящих глаз притягивал.

Николай не выдержал и накинул на ноги одеяло. Как будто искусственный пух мог защитить его от этого монстра…

– Кыш отсюда! – сказал Цурюпа и вздрогнул от звука собственного голоса.

И тут же страх исчез.

Паук словно ждал этого. Он развернулся и побежал вдоль кровати, исчез за спинкой, появился с другой стороны и устремился к двери в коридор. Скрылся за дверью.

Николай не шевелился, соображая: не галлюцинация ли?

Паук вновь появился на пороге. Глаза на стебельках опять уставились на хозяина квартиры.

Так прошло несколько секунд. Потом паук снова удрал в коридор. И в очередной раз возник на пороге.

Как будто звал за собой…

За окном проехала еще одна машина.

– Дьявольщина какая-то… – пробормотал Цурюпа. – Чего тебе надо? Ты еще лапой мне помаши…

Лапой паук не помахал. Но снова выскочил в коридор.

Страха по-прежнему не было.

Николай встал с кровати, напялил домашние штаны, сунул ноги в тапочки и пошел к двери.

Шагнул в коридор.

Бра на стене, естественно, не горело, но света от уличных фонарей, льющегося через дверь кабинета, вполне хватало, чтобы не чувствовать себя слепым.

Стебельки паучьих глаз чуть изогнулись, и взгляд их по-прежнему был направлен на Цурюпу.

Убедившись, что хозяина удалось выманить из спальни, паук развернулся и с тихим топотом помчался по коридору. Шесть его лап так и мелькали. Разогнавшись, он на полном ходу врезался в дверь ванной… Нет, не врезался! Тело его пронеслось сквозь дверное полотно, будто это было не полновесное дерево, а призрачная голограмма.

Страхом так и не пахло.

Цурюпа ринулся следом. Однако перед самой ванной затормозил. Просто представил себе, какой силы удар ждет его, если на месте голограммы все-таки окажется дерево. Сломанный нос и сотрясение мозга, полученные при обстоятельствах, которые медикам и не объяснишь. Пьяная драка неведомо с кем?..

Николай протянул руку и коснулся двери. Нет, не коснулся – пальцы прошли через дерево, будто сквозь туман.

И тогда он шагнул вперед.

Карташов сидел на камне и размышлял.

Над ним висело знакомое лиловое небо, то и дело вспыхивающее зарницами. Быстро темнело. Видимо, надвигающаяся гроза становилась неотвратимой, как смерть.

Что-то надо было делать. Не сидеть же тут, на камнях, ожидая неведомо чего!

Лучше всего бы попытаться отыскать тропинку, ведущую вниз, на зеленую равнину. Однако в непогоду такое путешествие и на самом деле могло привести к неотвратимой смерти.

Может, вернуться к реке? Перевернуть лодку, залезть под нее и переждать непогоду? Река-то неподалеку, рев водопада слышен…

Впрочем, нет! Дорога назад, пожалуй, еще более опасна. Тоже загремишь костями так, что мало не покажется!

Карташов встал и снова подошел к обрыву. Теперь дно пропасти скрывалось во мраке, и зеленая равнина даже не угадывалась.

– Не надо! – раздался сзади спокойный голос.

Андрей отшатнулся от края пропасти и обернулся. Шагах в пяти от него стоял мужчина с обнаженным торсом. Выглядел он ужасно нелепо – всклокоченные нечесаные волосы, домашние штаны и шлепанцы на босу ногу. Как будто из больницы сбежал, да так быстро, что позабыл прихватить пижаму…

Да и смотрел он на Карташова с откровенно обалделым видом. Словно прислушивался к самому себе. Но уже через пару мгновений лицо его стало спокойным, будто он сообразил, что тут происходит.

– По-русски понимаете?.. Впрочем, что это я? Конечно, понимаете.

Карташов подошел к нему, присмотрелся.

Нет, этого человека он не знал. Похоже, речной мир решил сыграть со своим обитателем в очередную игру.

– Почему вы так решили?

– Потому что я вас знаю. – Мужчина улыбнулся. – Вы Андрей Карташов из экипажа, летящего сейчас к Марсу.

– А вы кто?

Мужчина с готовностью ответил:

– Меня зовут Николай Цурюпа. Я работаю в Королёве, инженер-конструктор.

Это вполне могло быть правдой: Карташов физически не мог знать всех специалистов, работавших над марсианской программой.

– Как вы здесь оказались, Николай?

Цурюпа пожал плечами:

– Понятия не имею. Вошел в ванную в собственной квартире, а оказался вот тут. – Он коротко оглядел окрестности. – Где это мы?