Происхождение Каббалы - Гершом Шолем

служит лишь своего рода мнемотехникой для тех, кто уже знаком с основными учениями. Наше суждение о подлинности этого документа, который, к сожалению, похоже, не сохранился, зависит от степени, в какой мы готовы приписать этому учёному середины XII столетия знакомство с развитым символизмом сефирот, присутствие которого в единственной сохранившейся цитате из этого текста сразу бросается в глаза, несмотря на загадочный язык[319].

Как мы видели, около этого времени книга Бахир или источники, которые она редактировала, добралась до Прованса, где претерпела окончательную редактуру. Среди немногих ключевых слов, появляющихся в цитате, мы уже находим символы, которые вообще не появляются в Бахир, но, однако, появляются позже в сочинениях внука Авраама бен Исаака. Более того, текст содержит аллюзию, к которой Каббала первых поколений не предоставляет никакого ключа. Если мы действительно можем предположить, что Авраам бен Исаак уже чувствовал необходимость развивать далее символизм божественных миддот в направлении традиции Бахир, ничто не мешает нам принять свидетельство Шемтова ибн Гаона. Но столь же возможно, что этот список был составлен в конце XII столетия учеником председателя раввинского суда Прованса. Окончательное суждение о подлинности этого текста сегодня уже невозможно.

В другом месте автор XIII века сохранил эзотерический фрагмент Авраама бен Исаака на тему спасения. Если он подлинный (я не вижу оснований думать иначе), р. Авраам уже появляется здесь как звено в цепи мистических семейных традиций. «Вот что я получил от своих отцов: когда цедек [что на иврите может значить как суд, так и планету Юпитер] достигает половины престола Славы, избавление немедленно приходит к Израилю и т.д.»[320] Образ цедек на половине высоты престола очень странный. Если цедек здесь означает планету Юпитер, трудно понять, на какое астрологическое созвездие автор пытался намекнуть, используя термин «престол Славы», который, насколько я могу понять, не уместен в такой системе понятий[321]. Или мы должны предположить, что «праведность», а также «престол Славы» здесь уже мистические символы, которыми они, на самом деле, и являются в книге Бахир? В таком случае эти два символа будут указывать на слияние двух эонов, вступающих в отношения друг с другом. Это будет хорошо согласовываться с символизмом избавления в Бахир, где (в разделе 50) именно эти две идеи используются в той же последовательности. Однако, мы можем спросить, каков смысл отдельного выражения «до половины престола славы»? На этот вопрос нелегко ответить. Во всяком случае, эта цитата, сохранившаяся чисто случайно, должна вызывать наш интерес. Она предполагает, что Авраам бен Исаак уже опирался на традиции о мистическом символизме, которые получил от своих предков, и в этом случае каббалистическим традициям Нарбонны следует приписать ещё большую древность. Хотя осторожность не позволяет нам с уверенностью утверждать, какими именно мистическими традициями этот учёный уже владел и обсуждал в кругу своих коллег, тем не менее, кажется несомненным, что он обладал, по крайней мере, некоторыми элементами каббалистической традиции.

Возможно, на этой стадии она ещё сильно отличалась от тех идей, которые позже получили развитие в Каббале Исаака Слепого. В этом случае нет причин меньше доверять утверждениям о семейной традиции, чем похожим утверждениям на тему эзотерической традиции семьи Калонимос в Германии, о которой никто всерьёз не полагает, что она была выдумана Иехудой Хасидом или его отцом. В обоих случаях в конце цепи семейных традиций появляются великие личности, которые, без сомнения, вносили вклад в эти традиции, придавали вещам новую форму и сочетали идеи более или менее упорядоченным образом.

2. Авраам бен Давид (Рабад)

Есть серьёзная проблема, связанная с многогранными мистическими идеями, распространёнными в этом кругу. Это становится особенно ясно, когда мы рассматриваем сведения, которыми обладаем относительно р. Иакова «Назорея» и р. Авраама бен Давида, зятя председателя суда Нарбонны. Как мы отметили в первой главе, каббалистическая традиция приписывает им откровение пророка Илии, а это значит, что новые источники видения или созерцания вдохновили их развить каббалистические идеи, которые пришли к ним по обычным каналам передачи. Каким именно был этот элемент, особенно в связи с традицией Бахир, которая, без сомнения, была известна в этих кругах? Мы должны попытаться прояснить этот момент, опираясь на то малое, что осталось от их слов.

Рабад составил комментарии ко многим трактатам Талмуда. И Шемтов ибн Гаон, который их читал, свидетельствовал, что тот «ссылался на нечто [каббалистическое], когда считал это необходимым, но не более» и «для него было достаточно опираться [для рассмотрения каббалистических тем] на своего учёного сына [Исаака Слепого], который был сведущ в этой науке, полученной им от отца»[322]. Кроме этих комментариев Рабад, прежде всего, известен своими возражениями и критическими глоссами о большом галахическом кодексе Маймонида. Здесь тоже в некоторых отрывках, связанных с галахическими спорами, мы находим мистические выражения вполне необычной формы. Нет большой разницы между его словами и традицией, переданной учениками его учеников, согласно которой ему явился пророк Илия (это не более чем метафора для просветления свыше). Рабад писал: «Святой Дух уже явился в нашей школе» и «он был открыт мне из тайн Божьих, которые он сообщает тем, кто боится Его», а также другие, похожие фразы. Всё это талмудические формы выражения для прямого вдохновения и просветления[323].

Рабад появляется перед нами как заметно независимая личность, и даже его га-лахические высказывания притязают на высшее вдохновение. В этом отношении уместно отметить гордое заявление о его самооценке в предисловии к комментарию о трактате Eduyoth, написанном в стиле, совсем не обычном для раввинической литературы. Здесь мы тоже улавливаем следы души мистика.

Прежде всего, я должен сообщить всем читателям этой книги, которую я здесь начинаю, что о вопросах, рассматриваемых здесь, у меня нет традиции из уст учителя или мастера; но [я рассматриваю эти вещи] с помощью одного Бога, который наделяет людей знанием. И если есть какая-то ошибка в написании или смысле, читатель должен знать, что вина падает на меня, а не на моих учителей. Но он должен также знать, что всё содержащееся здесь — благо и истина, идущие от тайны, как говорит псалмопевец [Пс. 24:14]: Тайна Господня — боящимся Его.

Еврейское слово сод может точно так же значить совет Бога, а в более позднем употреблении — тайну Бога; манера,