Неандертальский томагавк в астроархеологии - Александр Розов

— Флэш, — отозвалась Айра, — Ты прикинь, когда и как отправляли этих колонистов.

— Прикидываю. Но, я в принципе сказал… Кстати, авто биохимия говорит: кондом тут однозначно не нужен, и намордник не нужен. Только иммунный стимулятор, и инаф… Алло, Змей, ты даешь промис на кондом-фри?

— Стимулятор вводите, — прозвучал голос штурмана в наушниках, — а на счет кондома подождем, что будет в около-грунтовом слое воздуха. Мало ли, какие сюрпризы.

— Какие, Змей? — вмешалась Айра, — колонисты 80 лет дышат этой херней, и не сдохли. Теперь сравни реально их иммунитет и наш. Ну?

— Не вибрируй, Оса, — строго ответил штурман, — я командир десанта. Мое слово алмаз. Сказано: ждем биохимию около-грунтового слоя. Повтори, чтоб я слышал.

— Да, ком, — проворчала она, — Остаемся в кондомах, ждем анализа около грунта.

Два «альбатроса» плавно снижались. Сине-серый океан под крыльями сменился яркой зеленью тропических джунглей, затем — пестрым ковром высокогорных лугов…

— Алло, команда, — снова раздался голос Нгена, — вижу ВПП.

— Мы тоже, — отозвалась Айра.

— Уэлл! Лэндинг за мной с лагом 40 секунд. Как поняли?

— Лэнд плюс сорок, — лаконично сказала она.

— Так, — произнес он, и после паузы добавил, — изолирующие костюмы после лэндинга можно снять. Дыхательные аппараты — снять, но держать в состоянии полусекундной готовности. Оружие — аналогично в готовности, но без демонстрации… Поехали!

«Альбатросы», второй за первым с отставанием 40 секунд, коротко прокатились по бетонной полосе и застыли на дистанции полтораста метров друг от друга.

— Выходим спокойно, — продолжил Нген, — Делайте, как я. Вот, уже туземцы идут.

— Алло, Змей, а как с ними себя вести? — спросил Фрой.

— Нежно, — буркнул штурман, — и улыбайтесь. Короче: повторяю: делайте, как я. И не болтайте, что попало. Не знаете, что сказать — лепите про дружбу и сотрудничество.

…Туземцы выглядели симпатичными ребятами, но было неясно, почему они одеты в одинаковые по фасону костюмы из футболок с коротким рукавом и длинных штанов, причем все однотонное: белое или темно-серое, с минимальными рисунками, и почему разговаривают, как в любительском театре условно-древнеримского торжественного примитивизма. Хотя, мало ли, какие традиции могли сформироваться за 80 лет? После приветственных речей на центральной площади маленького (на вид не более пяти тысяч жителей) городка, под прицелами телекамер местной инфосети, соляриан пригласили к председателю Совета Экономики. Настало время разговора по существу.

В довольно просторной комнате, выдержанной в строгих белых тонах, со спартанским интерьером (стол, табуретки, полки на стенах) их встретил мужчина среднего возраста, вероятно, этнический средиземноморский европеец.

— Здравствуйте, гости с Терры. На случай, если вы не запомнили мое имя в ходе общей встречи на площади, скажу: меня зовут Март Лайт.

— Спасибо, — ответил Нген, — мы тебя запомнили сразу. У тебя красивое двойное имя.

— У нас принято давать детям красивые имена, — сообщил председатель.

— А почему, — встряла Айра, — у вас принято одеваться так стандартно, и строить дома в форме стандартных прямоугольных коробок?

— Оса, блин… — укоризненно проворчал Нген.

— Оса просто из интереса спросила, — уточнил Фрой, — это не попытка критики, а чисто любопытство. У нас вот принято по-другому, и мы не понимаем. А для дружбы и для сотрудничества нужно понимать друг друга. По-моему, так. Оса, я прав?

— Абсолютно, — подтвердила она, — я имела в виду чисто дружбу и сотрудничество.

— Мы, — очень спокойно ответил Март Лайт, — стараемся не создавать предпосылок к бессмысленной роскоши в частной жизни. Но, у нас есть общественная галерея, и там каждый может проявить себя в области эстетики.

— ОК, — Нген поднял вверх открытые ладони, — Я думаю, искусство мы обсудим позже. Давайте говорить о социальной экономике.

Март Лайт коротко кивнул в знак согласия.

— Мы построили на Гесионе устойчиво работающую экономику, но мы не можем быть удовлетворены темпом ее развития. И мы также, не удовлетворены демографической динамикой. Несмотря на то, что все колонисты, начиная с первого родившегося здесь поколения, к которому принадлежу, в частности, я, обладают «мамонтовым геном», население растет медленно. Более 80 лет назад на «ковчеге» сюда прибыло две тысячи колонистов. Сейчас население Гесионы 9 тысяч. Примерно половина — в этом городе, примерно треть — в близких пригородах, и одна шестая распределена между нашими форпостами и районом, где произошла посадка ковчега. Мы не можем позволить себе потерять эти точки, но там тяжелые условия и мы постоянно несем потери в людях.

— Агрессивная биосфера? — напрямик спросил Фрой.

— Ты прав. Наставники Великого кольца не учли этого. Я их не виню. Никто не может учесть все факторы. На Терре никогда не было существ, похожих но оозов.

— Что такое оозы? — спросил Нген.

— Если искать что-то похожее в земной биологии, — ответил Март, то это нечто среднее межу миксомицетами, актиниями и лишайниками. К сожалению, мы, проведя посевы флореллы, дали оозам новый вид фотосинтезирующего симбионта, на порядок более эффективный, чем местные водоросли. Вы сможете прочесть рапорты нашей научной группы, там подробно. Но, с самого начала вам надо знать: оозы примитивны, но они прекрасно маскируются. Любой крупный камень или комок глины может быть оозом, караулящим добычу. Ооз стреляет в любое движущееся существо длинной нитью с ядовитым жалом, потом медленно доползает до трупа и медленно пожирает. Мы, как можем, уничтожаем оозов в окрестностях поселений и путей сообщения, но, как мы установили, здесь вся литоральная зона океана заселена этими тварями. Мы из-за этого вынуждены были отказаться от океанского порта. Есть другие оозы, они выстреливают с наветренной стороны облачко спор. Эти споры попадают в легкие и там очень быстро прорастают… Но это можно вылечить. Главная проблема — оозы с ядом.

— Ясно, — штурман кивнул, — А какой у них яд?

— Синильная кислота. Точнее, цианид.

— Тоже мне проблема, — искренне удивилась Айра, — что мешает имплантировать всем жителям код-вектор с биогенным антидотом?

— Ты говоришь серьезно? — с не меньшим удивлением спросил он.

— Конечно! Одну минуту. Я точно узнаю, сколько времени потребуется Шарк…

— Спроси, — вмешался Фрой, — какие ей нужны данные по биохимии туземцев.

— Ясен хрен, — буркнула она, отходя к окну с коммуникатором в руке.

Борт «Worm Bat»