Играя с судьбой (СИ) - Капитан Немо

Анамгимар в ответ улыбнулся, пожал плечами. Луч света отразился от крупного бриллианта нашитого на драгоценный шелк и хлестнул по глазам, ослепляя….

Покачнулись стены, зал поплыл и тут же заныл висок. Боль накрыла меня подобно вспышке сверхновой — неотвратимо. Хватая губами воздух, я чувствовала, как сознание словно затягивает в водоворот, и услышала, как в застывшем, неживом воздухе неожиданно раздался голос Да-Дегана:

— Я, Да-Деган Раттера, вручаю себя Судьбе.

Полный гула растревоженного роя, перешептывания и смешков, зал неожиданно был объят тишиной. Промолчал Анамгимар. Прикусил язык Гайдуни. Протяжно выдохнул Айджид. И дрогнула ладонь Арвида, лежавшая на моем плече.

В знакомом мне голосе, негромком, охрипшем, звучал холод Файми, вымораживая из тела остатки тепла, и не позволяя вырваться из ловушки водоворота:

— Я бросаю вызов Энкеле Корхиде, и пусть Судьба нас рассудит. Я ставлю на кон самое ценное, что у меня есть — свою жизнь, и клянусь принять смерть, какой бы мучительной она не была, равно как и молчать о тех тайнах, которые мне известны… Ответной ставкой я согласен принять всё состояние Энкеле Корхиды, потому что знаю — он слишком ценит свою жизнь, чтоб играть на нее, но всегда найдет способ набить вновь карман. Все прочие детали я оставляю на усмотрение вызываемого в рамках того, что дозволено правилами…

Морок дрогнул, поплыл, рассеялся, отпуская…. Вновь вернулась способность дышать. Я смотрела на Да-Дегана не в силах понять кто из нас — он или я сошел с ума. Пригрезился мне вызов или это было на самом деле.

Только вот в зале отчего-то было невероятно — тихо, и взгляды всех посетителей казино были направлены на Да-Дегана — распрямившегося, злого, с лица которого так и не сошла дерзкая улыбка, а во взгляде читался вызов.

Никогда до этого дня я не видела Да-Дегана таким. Ни единого раза. До этого момента он словно бы плыл по течению и казался мне замороженной мумией, ошибкой природы, бледной молью, не совсем рожденным.

Кровь прилила к щекам, подумалось — лучше бы и дальше он сидел, не высовываясь из своей норы, чем вот так отчаянно ставил на карту собственную жизнь.

Я же не смогу… не смогу ему ничем помочь — мысль металась, билась, искажалась, а меня трясло, словно в лихорадке.

Пальцы Арвида до боли сжали мое плечо, я услышала сорвавшееся с губ Равэ Оканни крепкое и не вполне приличное словцо, то как охнул Гайдуни, и заметила как он, словно устыдившись, непроизвольно опустил голову.

Глава 25

— Арвид, как-нибудь можно отменить эту нелепую дуэль?

— Нет.

И снова в который уже раз лицо Фориэ исказилось, словно от боли. Она остановилась, перестав кружить по комнате, посмотрела на меня, потом перевела взгляд на Рокше, мотнула головой, словно пыталась удержать слезы и отошла к окну.

— Если бы я мог помочь, Фори, — бессильно прошептал я. — Если бы я только мог…

Она кивнула. В окне отразилось, как дернулись губы, сложившись в горькую усмешку. Узкая ладонь коснулась стекла, словно она искала опоры.

— Не хороните своего друга раньше времени, — произнес я не в силах молчать, пытаясь ее утешить, и понимая, насколько неуклюже и неуверенно это звучит, добавил: — Говорят, Судьба любит дерзких.

— Дагги? Дерзок? — у нее дернулся уголок рта, и Фориэ снова сорвалась с места, закружилась по комнате, расхаживая из угла в угол. — Вы его не знаете, Арвид. Он мечтатель, тихоня, чудак. Бесполезное существо в вашем бурлящем мире.

— Это его выбор, — встрял рыжий. — Его выбор и его решение.

Фори резко обернулась, хлестнула Рокше взглядом, но сдержала себя, промолчав.

— Вы любите его? — догадка была подобна вспышке во тьме. — Вы любите этого мальчишку, мадам Арима?

Она покачнулась, словно налетев на преграду.

— Что за странные мысли приходят вам в голову, Арвид? — прошептала, побледнев. Нижняя губа задрожала и показалось — Фори расплачется здесь. Сейчас. Неизбежно. Вот-вот. Но не заплакала. Только судорожно вздохнула, села в кресло и с неожиданной бесстрастностью проговорила: — Насколько я понимаю, интересы «Иллнуанари» перед Ордо отстаивает Корхида. И я уверена, Да-Деган располагает ключевой информацией, способной уничтожить влияние генерала. Но по условиям дуэли Да-Деган гарантировал генералу молчание! Да еще поставил на карту собственную жизнь. Зная на что способен Энкеле Корхида, я очень удивлюсь, если Дагги доживет до поединка: генерал не упустит возможности с ним разделаться.

— Никто ему этой возможности не предоставит.

И снова ее лицо исказила усталая гримаска, обозначив скорбные ниточки мелких морщин возле губ, прежде чем она возразила:

— Арвид, вы плохо знаете генерала.

— Фори, а вы слишком плохо знаете торговцев. Клянусь, даже Анамгимар не захочет иметь никаких дел с генералом, если только тот решит уничтожить вашего протеже до дуэли.

— А если откажется?

— Результат будет тот же. Как бы ни было выгодно сотрудничество с генералом для Анамгимара, он ему даже руки не подаст. Чтобы вы знали — право владения «Иллнуанари» Эльяна выиграл на подобной дуэли. Это было довольно давно, лет пятьдесят или возле того, назад, но на Раст-эн-Хейм об этом еще не забыли. Знаете, это тоже создало резонанс — нищий мальчишка явился в казино и потребовал Игры с главой влиятельнейшей Гильдии. Как вы понимаете, ему не отказали. Это очень плохой знак — отказаться от подобного вызова. Хуже — только попытаться обмануть судьбу, подкупить крупье, уничтожить соперника заранее… Можете считать нас суеверными, но ни один из торговцев не рискнет навлечь на себя проклятья. Говорят, за такие вещи судьба мстит особенно жестоко.

На ее губах снова появилась улыбка — и вымученная и недоверчивая одновременно. Она ни верила ни единому слову. Будь я лигийцем — я бы сам не поверил. Нужно быть сумасшедшим, чтобы верить в судьбу. Но с правилами этой странной игры не спорили даже эрмийцы: они только кривили губы, шептали «кисмет» — то ли всерьез, то ли иронично, то ли попросту снисходительно, и признавали результаты дуэлей, какими бы те ни оказались. Просто потому, что…

Иногда и мне казалось, что она в самом деле управляет нашими жизнями, эта ветреная и взбалмошная госпожа Судьба. Что все в мире происходит согласно лишь ее воле. Улыбнется — ты выживешь, невредимым выбравшись из смертельной ловушки, отвернется — поскользнешься на сухой ровной тропинке, при падении сломав себе шею. На Лидари она улыбнулась мне, перестав подыгрывать своему старому фавориту, и оставалось только гадать, чем была вызвана такая милость с ее стороны: решила ли она поиграть со мной в кошки — мышки или просто разочаровалась в том, кому ранее покровительствовала.

Но! Дали небесные, одно дело — чувствовать, ощущать присутствие ее, но совсем другое — суметь объяснить это так, чтобы поверили. Есть вещи, в которых субъективное восприятие в счет не идет; над ними посмеются и будут, в общем-то, правы.

Ведь как и в могущество Судьбы, люди не верили и в реальность Аюми. Память о них поставили в каталоги фантазий и типичных легенд.

Тому, что выходит за пределы разумного, нет места в мире. И от яда всезнайства есть лишь одно противоядие — подержать чудо в руках. Дождаться, что оно изменит твою собственную жизнь. Иначе — никак. Но и тут есть соблазн списать все на ошибки восприятия: програмные глюки, несовершенство человеческого мозга, дежа вю….

Подойдя к Фориэ, я склонился над ней, поймал ее дрожащую руку.

— Мы ничего не можем изменить, не терзайте ни себя, ни меня одними и теми же вопросами. Не заставляйте раз за разом отвечать вам «нет». Ни к чему это. И не теряйте надежды раньше времени.

— Но эти ваши обычаи, они очень жестоки….

— Жестоки. И с этим ничего не поделать. Но если вы думаете, что мне нравится каша, которую заварил Гайдуни, вы ошибаетесь. И чем бы ни окончилась дуэль, хорошую взбучку Олай Атом ему обеспечит. Что же касается Да-Дегана, нам всем остается только надеяться.

— Несбыточные надежды убивают…

Вздохнув, она посмотрела на часы, вздрогнула, высвободила ладонь из моих пальцев, вскочила на ноги.

— Дали Небсные! Арвид, уже третий час ночи. Нужно идти. Ордо, должно быть, меня потерял.

— Ему сегодня точно будет не до вас, мадам! Уж если Олай решил побеседовать с кем-то один на один без посторонних, то речь явно будет идти не о погоде.

Она не обращая внимания на слова, направилась к двери.

— Мне нужно идти. Визит затянулся. Простите….

— Я провожу….

Мы прошли гулкими коридорами к опустевшему залу переговоров, только чтобы убедиться — Ордо там уже нет. Фориэ лишь мельком взглянула на опустевшее помещение, потом повернулась ко мне.

— Заглянем к Атому, — предложил я.

Подхватив ее под локоть, я все так же, пытаясь избегать людных мест, провел ее к апартаментам главы совета. Но Олая не было и там, его секретарь — немолодой уже мужчина, служивший Атому лет пятнадцать, как минимум, подтвердил, что Ордо покинул представительство больше часа назад. Но о мадам Арима никто не вспоминал, и распоряжений на ее счет не поступало.