Обезьяний лес. Том 2 - Мари Штарк

он хочет меня убить, почему до сих пор этого не сделал?

Джеён снял еще одну чашу с пароварки и поставил себе на колено.

Подумал о еде не только Сэм. Сейчас они разложили на скамье, на которой сидел Джеён, пакеты с рублеными листьями капусты из Суачи[25] в остром устричном соусе, ведерки с креветками и кулечки с маринованными корнями женьшеня и листьями горчицы – это то, что принес Сэм в бумажном белом пакете. А потом он, сев на скамью и ожидая Джеёна, через минуту увидел, как тот пришел, держа в обнимку четырехъярусную бамбуковую пароварку. На плетеной крышке лежали две пары палочек. А в пальцах за горлышки он нес две содовые.

Они хитро друг другу кивнули и принялись за еду.

Джеён палочками взял из ведерка креветку в кляре. Голос звучал сдавленно, когда он, не прожевав, сказал:

– Потому что он мне это приказал.

Пельмень из креветочно-кальмарового фарша встал поперек горла, а сердце пропустило удар. То ли от неожиданности, то ли оттого, что Джеён и правда мог, а теперь еще, оказывается, и должен его убить. Все те слова в Ив Рикаре и нежелание Джеёна общаться с Сэмом – все это теперь обретало смысл.

Логично, но еще более жестоко.

– Как давно? – Сэм запил пельмень содовой.

– Отсчитывай со дня, как я пришёл работать на Улитку. – Джеён проглотил пельмень и опустил палочки, свесив кисть с колена. – Нетрудно догадаться.

– Блядь. – Сэм нервно потрепал волосы. Он не мог найти себе места. Хотелось то вскочить, то распластаться на трибуне. – И это тебя освобождает? От приказа?

– Прадед только своих режет, – отдаленно произнес Джеён, глядя на зеленое поле посреди стадиона, ярко освещенное фонарями.

Поле было окружено беговыми дорожками и трибунами без пластиковых сидений. Вдоль поля шел мастер с палкой на плече.

– А больше некому. – Джеён устремил взгляд на Юншена, протянул к нему руку, подергал пальцами, указывая на пакет с капустой, что остался возле Сэма, и саркастично добавил: – Ты удостоен чести, Юншен. Представь, какая щедрость.

– А че медузу не послать?

Юншен подал пакет Джеёну.

– Тебя же еще от демона нужно избавить.

Сэм откинулся спиной на обшитый досками верхний ряд, на котором сидел Джеён, и уставился в темное небо, пережевывая креветку в кляре. В Чуане не было дождя, как только Сэм пересек автопортал, дворники на лобовом уже были не нужны.

– Говорю же, – добавил Джеён, – ты удостоен чести. Прадед не хочет тебя отправлять в ад и заставлять ждать пепельных воронов. Он уважает Юнхо и потому решил убрать тебя достойно.

– И пока ты работаешь на Нацзы, то что? Он, типа, не будет ничего делать? – Сэм между словами закусил острой капустой, прищурив глаза: – Этот приказ относится к тем, что спускаются в приоритете?

– Когда переходишь от мастеров напрямую к о-ши, все приказы спускаются в приоритете, Юншен. – Джеён достал из кулька охапку маринованного женьшеня и положил в рот. – Кроме тех, где нужно искать артефакты.

– И он просто готов ждать? – Сэм хлебнул содовой. После острой капусты газировка щипала язык. – Как долго?

Даже сидя выше и глядя сверху вниз, Джеён смотрел на Юншена как на равного. Так, как смотрел, когда держал зонт над изнеможенным телом Сэма на одной из тренировок у Юнхо.

На выдохе Джеён произнес:

– Пока мне хватает наглости бегать от своего истинного господина.

Сэм откинулся на спину.

Захотелось резко сменить тему. Сэм чувствовал, что они начнут что-то доказывать друг другу, все сведут к Хвану и, опять поспорив, разбегутся. А Сэму сейчас, перед тем как решить, что делать, раз синш не сработал, хотелось поговорить.

Просто поговорить.

– Кто приготовил пельмешки?

За спиной зашуршало, Сэм не стал оборачиваться.

– Здесь муши на кухне почти живет.

– Ты в основном здесь тренируешься? – Сэм лукаво ухмыльнулся, глядя на набившего щеки Джеёна. – Хагивара знают, что их достопочтенный юный мастер Масуми проворачивает дела с синшами и манлио, у которого демон?

Джеён прожевал и постучал по плечу Сэма еще одной чашей с пельменями. Тот с радостью ее принял. Пельмени были безумно вкусными.

– Я стараюсь держать во всем баланс. – Джеён в своей манере, абсолютно беззлобно, но пронзительно посмотрел на Сэма. Когда он так глядел, казалось, что он знает больше, чем сам может понять. – Если будет слишком много белого, то оно ебнется и само станет черным.

Сэм уже было приступил ко второй порции пельменей, как, дернувшись, выпалил:

– У тебя даже философия какая-то не такая!

– Что не так с моей философией?!

– Да серьезно, Джеён, я только от тебя такую херню слышу.

Джеён захрустел острой капустой.

Сэм прыснул и повернулся к нему.

– Ты тренировал своих хёсэги?

– Тренировал?! – Джеён иронично изогнул бровь. – Ага, вместе занимались, сначала разминку сделали, чтобы ручейки и капельки не потянуть.

Сэм захохотал, откинув голову назад.

– А как тогда?

Джеён потянул креветку в кляре, съел ее и, не вынимая палочек из картонного ведерка, произнес:

– Простая тренировка хону уже отражается на хёсэги. – Джеён взял пельмешку и снова опустил в чашу с листьями. – Что-то вроде отрабатывания мастерства тагаёчи, ну понимаешь, когда укрепляешь связь с оружием, чтобы передать в него хону.

На поле один из мастеров что-то громко крикнул. Какой-то манлио лежал на газоне, раскинув руки и ноги в стороны. Кажется, он уже не мог и пальцем пошевелить, а мастер склонился над ним и что-то говорил. Манлио с трудом поднялся на ноги. Его качало, руки еле держали катаны. Мастер был неумолим.

Сэм расслабленно запрокинул локти на верхние ступени и откинул голову.

– И как тренировка прошла?

Активный хруст мигом прекратился, и раздалось невнятное:

– Хуево.

Сэм согнулся пополам, хохоча в голос.

Оставив палочки в коробке с креветками, Джеён влепил ему ладонью по спине.

– О, стой, погоди! – Сэм, отряхнув руки и облизнувшись, достал из своего рюкзака подушку для шеи в форме креветки. – Это тебе.

Джеён поджал губы и взял подушку.

– Там надпись еще, посмотри. – Сэм провел пальцем по вышитой на заказ белыми плотными нитками надписи «криль безмозговый».

Хлопая подушкой по колену, на котором не было чаши с пельменями, Джеён тяжело вздохнул:

– Какой же ты придурок, Юншен.

– Что будем делать? – Сэм закинул локти на ступени и опустил голову на руки, глядя на Джеёна. Тот сидел, чуть склонившись, опираясь на вытянутую руку за спиной. – С прадедом? С Улиткой? Мы с тобой в одной лодке, Джеён.

– И ты хочешь грести в одном направлении, да? – Взгляд Джеёна был красноречив – он считал весь этот разговор неправильным. Сэм же чувствовал, что все так, как надо.

– Хочу хотя бы перестать раскачивать.

Почесав бровь чистым концом палочки,