Ночь шрамов - Алан Кэмпбелл

Это не просто смерть. Это убийство. И убийца — Дипгейт. Девон снова сплюнул и посмотрел на кровавую слюну. Убийство? Будет вам убийство!

На расстоянии квартала грузовой мост соединял литейный цех Блэклока с единственной покосившейся трубой и длинный ряд арок на противоположной стороне, ведущий от смитпортской мельницы к складам.

Здесь внизу тоже были сети, но на достаточно большой глубине. Можно разрезать веревки, но Девон уже слишком вымотался. Днем тень от моста скроет мешок, а немногочисленные прохожие, если они вообще появятся, вряд ли заметят запах. Бродяги больше не шарили по сетям во Впадине: там давно уже все вычистили.

Девон затащил мешок на ржавую балюстраду и столкнул в пропасть. Через некоторое время сеть скрипнула. Отравитель долго смотрел в черноту. Аппетит совершенно пропал.

Господин Неттл знал, что в мешке. Знал с того самого момента, как увидел Девона выходящим со старого склада Кроссопа. Неделю назад он вытащил из сетей неподалеку точно такой же мешок и долго смотрел на него перед тем, как решился открыть.

Притаившись за стеной литейного цеха, бродяга дождался, пока Девон скрылся из виду. Тогда он подбежал к мосту, зацепил крюк за перила и ловко соскользнул вниз.

Вокруг царили мрак и тишина. Неттл зажег фонарь. Потревоженная зола хлопьями полетела в бездну. Мешок лежал прямо под мостом, там, где растянувшиеся сети просели примерно на фут. Держа зубами ручку фонаря, Неттл вынул нож и разрезал материю.

Девочка оказалась еще моложе, чем Абигайль, лет пятнадцати-шестнадцати, темноволосая, с полными губами. Но, несмотря на все отличия, она была сейчас похожа на его дочь: та же бледная кожа, те же пустые глаза. Неттл взял девочку на руки и прижал к себе. Она была легкая, как перышко.

Бродяга не помнил, как долго он держал на руках ребенка и раскачивался взад и вперед, слушая собственное дыхание. Ищет ли ее кто-нибудь сейчас? Может быть, отец ее в отчаянии бродит по улицам, выкрикивая имя дочери. Как же тебя зовут? А отравитель знал твое имя? Было ли ему дело до твоего имени?

Порезы на руках и плечах бродяги пульсировали в такт сердцу и ныли, словно осколки из лабиринта Скэттерклоу засели глубоко в ранах.

Неттл крепко сжал сеть, снова достал нож и верным движением перерубил пеньковые веревки. Девочка соскользнула в пустоту.

Оказавшись наверху, Неттл побежал к складу Кроссопа. Удары тяжелых сапог разносились по пустым улицам, но его это уже мало волновало. Когда бродяга добежал до склада, отравитель как раз входил внутрь. Металлическая дверь захлопнулась, и за ней эхом раздались три щелчка — закрылись замки.

Господин Неттл вышел на свет и внимательно присмотрелся к зданию.

На верхнем этаже горел свет. Окно оказалось открытым. Рядом как раз спускалась водосточная труба — совсем трухлявая, но другого выбора не было.

— Папа.

Голос Абигайль звучал из какого-то отдаленного и тихого уголка его сознания.

— Не сейчас, девочка моя.

— Папа, не делай этого.

— Оставь меня.

— Это убийство.

— Это справедливость.

— Убийство!

Слезы Абигайль разрывали ему сердце, и на какое-то мгновение решимость покинула Неттла. Убийство? Как мог он убить живого человека, в груди которого бьется сердце?

Но убийство ли это?

Что, если ты убьешь человека без души? Грех ли это? А если грех?

Что, если действительно грех?

В висках застучало. Он подтянулся и начал осторожно подниматься. Ржавчина сыпалась вниз, но труба выдержала. Неттл карабкался, забыв о боли, пронзавшей изрезанные мышцы. Тяжелые сапоги крошили старый кирпич, словно песок. Если добраться до комнаты раньше Девона, все будет гораздо проще. Замеченный в окне Неттл будет уязвим. Лучше поджидать отравителя внутри и быть наготове.

Забравшись на нужную высоту, бродяга поставил ногу на подоконник и заглянул внутрь, держась рукой за водосточную трубу.

Масляные лампы освещали обшитые деревянной панелью стены, какие-то медные приборы, склянки и колбы. За столом, отвернутое от окна, стояло широкое кресло с высокой спинкой. Напротив располагался стул с кожаными ремешками на подлокотниках. Какие-то сосуды и трубки висели рядом на металлической подставке. Вот оно. Нож на месте. Неттл уже было взялся за оконную раму, приготовился пролезть в комнату и… остановился.

Из-за высокой спинки кресла в воздух поднялась тоненькая струйка дыма. Кто-то невидимый сидел за столом.

Господин Неттл спрятался за оконной рамой. Сердце бешено колотилось. Как старому ублюдку удалось так быстро добраться до верхнего этажа? Это просто невозможно. Тогда кто там? Сообщник? Бродяга от досады заскрипел зубами: справиться с отравителем не составит проблемы. Одолеть двоих будет уже сложнее.

За широкой спинкой кресла ничего нельзя было разглядеть. А значит, куривший тоже не заметил Неттла. Если сделать все тихо и быстро, эффект неожиданности сработает. Но его сдерживала нерешительность: Девон вот-вот должен войти в комнату.

Черт с ним!

Бродяга снова потянулся к окну.

В этот момент дверь открылась, и в комнату вошел Девон.

Отравитель замер на месте. Заводской рабочий, с ног до головы покрытый сажей, сидел в его кресле. Честно говоря, ничего грязнее в этой комнате до сих пор не было.

— Чем могу помочь? — поинтересовался Девон. Рабочий вытащил нож. В другой руке он держал наручники, в которые еще недавно была закована девочка.

— Синяки на руках. — Незнакомец мотнул головой в сторону стула с бутылями и запачканными кровью трубками. — Души воруем, не так ли?

Сердце Девона упало чуть не до самого пола. Неужели он ошибался с самого начала? Непростительно глупо и высокомерно было думать, что именно Сайпс является его тайным покровителем.

— Тому есть рациональное объяснение.

Последовала тишина.

— Скажите, — прервал молчание отравитель, — Сайпс собирается предать меня суду?

Незнакомец осторожно посмотрел на него.

Он не знает? Значит, Сайпс тут ни при чем. Но тогда кто же?

— Фогвилл, — сказал Девон и сразу понял правдивость своей догадки по глазам рабочего.

Помощник решил сработать за спиной хозяина. Он внимательно посмотрел на неудавшегося убийцу и еле сдержал улыбку, когда заметил вытатуированные узлы на шее, практически скрытые под слоем сажи. Это не спайн, это просто изгой, сломленный посвящением. В душе снова проснулась надежда. Шансы спастись еще оставались. Всем известно, что психика таких спайнов крайне нестабильна. Она подобна кипящим в одном котле эгоизму и фанатизму. Ну и, безусловно, с примесью безумия.