Русские ящерицы - Виктор Батюков

немного издалека, а потому прошу выслушать меня по возможности не перебивая. Договорились?

– Хорошо. Я весь внимание.

– Лет шесть назад я присутствовал на одной из церемоний по присуждению Нобелевской премии по медицине где познакомился с очень интересным человеком – профессором Карлом Доуласом. В тот момент он занимался изучением головного мозга человека, имел в Женеве свою лабораторию, все необходимые для этой цели средства, а самое главное, негласную поддержку властей. Ведь, как ты понимаешь, опыты нужно было проводить над людьми. Любые другие животные в данном случае были бесполезны. Так вот. Я Конечно же заинтересовался его работой. Очень, знаешь ли, хотелось посмотреть, как создают сверхчеловека. Да, да. Это не фантастика Володя. Если найти особь с достаточным потенциалом, провести с его мозгом некоторые манипуляции, немного обучить, то в конце концов из стен лаборатории выйдет человек с довольно сильными способностями. Войдя Доуласу в доверие я проник в его детище. Ты представить себе не можешь что я там увидел. Это мечта всех, кто так или иначе связан с человеческой психикой. Я не буду тебя нагружать всеми терминами, описанием приборов и опытов. Чтобы все это понять мало закончить мединститут, нужно еще «переварить» множество книг по психологии, неврологии, а тек же иметь большую медицинскую практику. В общем меня это очень увлекло. Подопытных было всего пять человек. Четыре обычных, ничего собой не представлявших,псевдо экстрасенсов, не обладавших даже намеком на способности, а вот пятый был очень интересный экземпляр. Наш земляк, Сергей Осокин. Будучи матросом на торговом судне сбежал в итальянском порту, попросил убежище, затем перебрался в Швейцарию, и промышлял там кражами. Причем довольно оригинальными. В банке он предоставлял документ по которому ему выдавалась внушительная наличность. Как ты уже, наверное, догадался это был обыкновенный лист бумаги.

– Гипноз? – Впервые за все время монолога перебил его Романов.

– Не совсем. – Усмехнулся Александров гася очередную сигарету. – Дело в том, что в подлинности документа не сомневались даже после его ухода. Обман обнаруживался лишь в конце рабочего дня, а это часа через три – четыре. Здесь было нечто иное. Да и арест проходил не совсем гладко. Хоть Осокин от видеокамер и не прятался, но взять его смогли лишь через год, и то при помощи все того же Доуласа. Обнаружив столь необычный экземпляр Карл приложил все свои силы, и влияние чтобы Сергей вместо тюремной камеры попал к нему в лабораторию. И он оказался прав. Осокин действительно обладает большими сверх способностями, а пройдя Доуласовскую обработку он стал поистине универсальным солдатом.

– К чему ты мне все это рассказываешь? Уж не забросил ли твой Доулас этого «Рембо» к нам для совершения терактов?

– О нет. Карл пацифист, и изучает это явление только для того, чтобы наоборот противостоять злу.

– Да ладно! – Романов даже вскочил из-за стола. – Ты хочешь сказать, что профессор тащит к себе в лабораторию преступника, делает из него сверхчеловека, и думает, что тот, наделенный почти неограниченными возможностями, вдруг преобразиться и станет на сторону добра и справедливости. В таком случае твой Доулас или дурак, или законченный утопист.

– Не забывай, что Карл всего-навсего ученый, но в его штате работают несколько первоклассных психологов на которых и была возложена задача по исправлению мировоззрения Осокина. Кстати это было одно из условий из-за которого Сергея и передали Доуласу. А теперь о самом главном. Три месяца назад Осокин сбежал из лаборатории.

– Как сбежал?

– Все гениальное просто. Сергей загипнотизировал одного из лаборантов, оделся в его костюм, и убедил всех охранников что он – это лаборант. Когда это обнаружилось Осокина уже не было в стране.

– Прям фильм фэнтази с элементами детектива. Ну и где же он сейчас?

– Не знаю.

– Как?! Ты не знаешь где находится тебе подобный человек? Прости, но не верю.

– И тем не менее. Осокин научился ставить мощную защиту, из-за которой он совершенно не «прощупывается», но по некоторым косвенным уликам могу предположить, что Сергей находится в юго-восточной Африке.

– Очень интересно. Выкладывай.

– Вскоре после его исчезновения в Сомали вдруг появились пираты. Думаю, ты о них наслышан.

– Еще бы, но мне кажется это обычные местные бандиты, которые выполняют заказы владельцев судовых компаний.

– Так-то оно так, да не совсем. Во-первых, уж больно они «вдруг» появились, хотя суда там ходят не одну сотню лет. Во-вторых, пираты оснащены практически по последнему слову военной техники, что для захвата обычного сухогруза совершенно ни к чему. И последнее. Для вчерашних рыбаков они очень хорошо обучены военным навыкам.

– Хорошо. – Романов взглянул на часы, и заторопился. – Допустим ими кто-то руководит, с чего ты взял, что это Осокин?

– Интуиция, мой друг, интуиция. – Александров поднялся, и сладко потянулся. – А теперь я имею честь откланяться. С твоего разрешения – пойду. Очень много дел.

– То есть как прийти так разрешения не нужно, а вот уйти – обязательно с разрешения. – Фыркнул уже в пустую кухню Романов, и пошел одеваться.

– Владимир Владимирович. – Поднялась со своего места секретарь, как только полковник пошел в приемную.

– Что случилось, Елена Феликсовна?

– Вас срочно вызывают в министерство обороны.

Романов несколько секунд раздумывал войти ему в кабинет за отчетами, или нет, но потом качнул головой, развернулся и вышел. Проводив его взглядом, секретарь нагнулась к селектору, чтобы вызвать машину.

                              6

Солнце уже на половину погрузилось в теплую, морскую воду, когда неприметная «Лада» подъехала к уже знакомым воротам с поблекшей эмблемой ДОСАФ.

– Вы когда-нибудь здесь ремонт делаете? – спросил Бочкарев, намекая на выгоревшую, а местами даже облупившуюся краску.

– Да, конечно. А в чем дело? – не понял его вопроса Романов.

– Ваш фасад выглядит так словно эта база «ДОСАФ» застряла где-то в восьмидесятых годах прошлого века. Если на краску нет денег Вы бы сказали, я бы с завода спер.

– Но, но Петр ты по аккуратнее с предложениями. Мы же всё-таки карающий орган.

– Вот то-то и оно, что орган.

К этому моменту ворота со скрипом отъехали в сторону, и «Лада» вкатилась на территорию лагеря тем самым оборвав назревавшую перепалку. Как только машина остановилась к ней тут-же подбежал начальник лагеря.

– Товарищ полковник…

– Вольно, капитан. – Выбравшись из «Лады» Романов потянулся и повернулся в сторону стоявшего по другой бок машины Бочкарева. – Прими этого курсанта, и определи его к остальным. Документы я занесу в канцелярию сам.

Петр огляделся. С тех пор когда он здесь бегал кроссы, и прыгал с парашютом ничего не изменилось. Даже начальник остался прежнем.

– Вениамин Спиридонович, здравствуйте. – Поздоровался Бочкарев, когда они отошли от полковника.

– Здравствуй, Петр. Рад снова вас