Британская интервенция в Закавказье. Группа «Данстерфорс» в борьбе за бакинскую нефть в 1918 году - Лионель Данстервилль

западе и островом Наргин на востоке. До революции остров Наргин являлся главным лагерем военнопленных в этом районе, и именно отсюда были освобождены австрийские военнопленные, которые теперь пополняют ряды большевистской армии в Закаспийском регионе. Под прикрытием этого острова стояло тринадцать кораблей флота Шаумяна и Петрова, охраняемых двумя небольшими канонерками.

Вид на Баку с моря весьма впечатляющий. Расположенные рядом с морем здания выполнены в самом витиеватом европейском стиле, с явной склонностью к немецким архитектурным стандартам. В центре города возвышается купол русского собора, увенчанный золотым шаром и крестом. Город, как видно из карты, лежит в похожей на кратер чаше, уровень земли на севере и западе постепенно поднимается примерно на 2 мили, пока не достигает линии утесов, откуда обрывисто падает на дно пустынной долины, по которой в Баку входит железная дорога из Тифлиса. Население составляет около 300 000 человек, в основном армяне, азербайджанцы и русские; есть также немного грузин и греков, а также небольшие колонии англичан, французов, американцев и прочих. Страна совершенно бесплодна, за исключением аллей деревьев, выращенных в городе благодаря новой системе водоснабжения, и окрестных деревень, которые на самом деле являются оазисами посреди песчаных пустынь и частично высохших соленых озер.

Полковник Кейворт выбрал в качестве своей штаб-квартиры огромный пустой отель «Европа», а часть помещений в отеле «Метрополь» заняли под расквартировку. Оба эти здания и их обстановка оказались более чем роскошными – позолоченная мебель и малиновые бархатные портьеры бросались в глаза на каждом шагу. Но на этом роскошь и заканчивалась. Невозможно позволить себе роскошь в еде, поскольку здесь можно получить только самое необходимое. Я обратил внимание – по чеку из «Метрополя», – что обыкновенный обед из супа, рыбы, кабачка и арбуза, включая хлеб, стоил 100 рублей, то есть 10 фунтов стерлингов по довоенному курсу, а по нынешнему около 2 фунтов – большая цена за довольно скудный обед. К вопросу о ценах я еще вернусь. В случае с отелем «Европа» мы достигли договоренности о введении включающего все суточного тарифа, который не более чем в два раза превышал сумму пособия, получаемого офицерами на питание. На борту «Крюгера» мне удалось договориться на более выгодных условиях с поставщиком провизии, которому мы платили 82 рубля в день, и нас снабжали собственным хлебом, так что дневная плата составляла чуть меньше 2 фунтов стерлингов.

На рассвете следующего дня, 18 августа, мы с полковниками Дунканом и Хоскином отправились осматривать линию фронта. Начиная с левого фланга, где возвышенность спускается каскадом скалистых отрогов к морю на милю западнее Биби-Эйбата, позиция выглядела выгодной, с прекрасной зоной обстрела и естественно защищенным флангом. Солдаты Северного Стаффордширского полка использовали все складки местности, и траншеи вырыли уже достаточно глубоко, чтобы обеспечить некоторое укрытие от артиллерийского огня. Справа от них находился армянский батальон, который, вдохновленный их деятельностью, также предпринял некоторые усилия по укреплению позиций. Отсюда оборонительный рубеж шел на север по линии утесов, примерно на 7 миль от моря, где он сворачивал на запад. Отсюда линия обороны, продолжающаяся на север, постепенно спускалась на ровную поверхность, пересекая железную дорогу примерно в 1 миле к западу от железнодорожного узла Баладжары, и тянулась оттуда до грязевого вулкана, где (на 12 миль левее) сворачивала назад на восток – еще на 2 мили до горы Бинагади. Это было, конечно, самое слабое место всего оборонительного рубежа, который, вместо того чтобы свернуть здесь назад, продолжал идти прямо на север к морю, составляя таким образом общую протяженность около 19 миль с обоими флангами, упирающимися в море. Для обороны правого участка этой линии, между грязевым вулканом и северным побережьем, требовалось совсем немного людей, так как непреодолимое препятствие, соленое озеро Масазыр, занимало половину его протяженности. Этот разрыв справа первоначально образовался из-за отвода отряда Бичерахова, и местные военные власти возложили всю вину на него; но так как в их распоряжении имелось три недели, чтобы исправить этот недостаток, а они ничего не сделали, то теперь вина, очевидно, лежала только на них.

Предпринимались различные усилия, дабы заполнить этот пробел, но тем временем туркам удалось обойти этот фланг, и теперь во всех деревнях с севера на восток от города (почти полностью азербайджанских) было полно небольших турецких отрядов и местных азербайджанских рекрутов. Основная турецкая позиция располагалась на небольшом возвышении на противоположной стороне железнодорожной насыпи, примерно параллельно нашей линии обороны и на расстоянии от 3000 до 4000 ярдов от нее. Скалистый участок нашего рубежа был почти неприступен и мог удерживаться совсем небольшим количеством надежных войск, но местные войска таковыми не являлись, а наши ограниченные силы нельзя было разделить на неопределенное число слабых отрядов. Поэтому подразделения Северного Стаффордширского полка вместе с местным отрядом удерживали левый фланг в Волчьем ущелье, в 3 милях от моря, и еще один участок близ грязевого вулкана, где, очевидно, находилась уязвимая точка линии обороны. Отряд у грязевых вулканов имел сильную поддержку двух полных батальонов местных войск на железнодорожной станции Баладжары, но это все, что мы могли сделать, чтобы как-то обезопасить наши позиции. На самом деле, когда наступил критический момент, этих двух батальонов на станции Баладжары не оказалось, и поэтому никакой поддержки мы не получили.

По прибытии подразделений Уорикширского и Вустерширского полков, оба этих батальона отправили на усиление именно этого участка фронта, и данные диспозиции не претерпели существенных изменений в ходе последовавших боевых действий. Фактическое командование боевыми частями перешло к полковнику Кейворту, а пехотной бригадой – полковнику Фавьелу. При таком малом количестве войск не представлялось возможным оставить что-либо в виде общего резерва из наших собственных солдат; он обеспечивался городскими войсками, однако, когда он требовался, его никогда не находилось под рукой. Поддержка и местные резервы – вот и все, что мы смогли выжать из наших небольших отрядов, и во многих случаях они оказались способны спасти ситуацию. Фактическая численность британских войск на позициях никогда не превышала 900 человек.

Такое общее описание позволит читателю составить некоторое представление о городе, стране и ситуации. Что касается города, то большая его часть построена в обычном континентальном стиле. Набережные, расположенные по соседству с нашей пристанью, красиво обсажены деревьями, а по ночам, когда все жители города спускаются прогуляться по бульварам у кромки воды, ярко освещены электрическим светом. Надо помнить, что сама страна довольно бесплодна; на западе, между нами и турками, нет ни единого признака деревьев или травы, и при дневном свете любое передвижение войск отчетливо видят обе противоборствующие стороны. Что касается крутых утесов, о которых я упоминал, то они высотой около 500 футов и довольно