Остров жизни - Иван Поляков

– Ивес, я тут подумал. Деревянный меч это, в самом деле, как-то, ну, не надёжно что ли, – заметил Брис.

Брови старого пикинера насупились. Мужчина был раздражён и чёрен:

– Он пойдёт с этим.

– Но им и прикрыться…

– И точка! – сказал как отрезал Ивес, и в этот момент с ним никто не посмел спорить.

Косой взгляд на грабли. «Да нет, этим его не вырубить. Раззадорить только, а этого сейчас совсем не надо».

Затянув узел, новоявленный учитель решительно сжал почти не способные пошевелиться пальцы на деревянной рукояти. Заглянул в глаза и, не давая опомниться, вытолкнул юного агнца на убой. Отсветы огня окружали их полукругом, и в жёлтом пронизывающем свете оруженосец вдруг показался Зое таким, какой он и есть: абсолютно, совершенно беспомощным.

Взяв себя в руки, Гай приложил лезвие меча, пусть оно и было из дерева, ко лбу, выставил его на чуть согнутой, как это и подобало.

«Он сошёл с ума! Он совершенно потерял рассудок! Куда?!» Зое как будто подалась вперёд, но сильная рука удержала её. Не вырваться. Взгляд метнулся: улыбнувшись в ус, сэр также поднял оружие. Меч вдвое шире обычного, с «рогами на конце», больше напоминающий тесак для рубки мяса.

– Он справится, – будто в каком-то немыслимом бреду, точно в кошмаре повторил отец.

Закашливаясь, длинный, приглушённый, но пронзительный вой оборвался.

«Надо было за матерью бежать», – подумала запоздало Зое и пожалела о собственной несообразительности. От девушки уже ничего не зависело.

Металл звякнул об тугую древесину. Ещё не бой. Это рыцарь решил подразнить юнца, ударив кончиком «настоящего» меча о деревянный.

– Ланв Деревянный. На что ты надеешься, Ланв Деревянный?

– Просто нападай, – прорычал юноша, не особенно умело, как показалось Зое, встав в позицию. Буд не стал разочаровывать безопытного противника. Резко придя в движенье, груда холодной стали ринулась вперёд. Меч взметнулся над заострённым, точно клюв птицы, шлемом.

«Ну нет!»

Всё та же сильная рука отдёрнула девушку назад. Со свистом рассекая воздух, сталь пошла вниз. У Зое остановилось сердце. Глаза её округлились… но не от ужаса.

Неожиданно скоро отреагировав, Гай поднырнул под опускающейся в страшном, наотмашь, ударе уромкой. Острие у самой рукояти прошлось по щеке, показалась кровь. Уходя из области видимости забрала, юноша прошёл под рукой и каким-то особенно жёстким винтом загнал остриё в щель в районе подмышки. Не выдержав, дерево сломалось, но это и неважно. Ошарашенный болью, Буд попятился, так что не составило труда сбить его с ног. Прижатый собственным доспехом, сэр попытался подняться. Оттолкнулся локтями, но тяжёлый, напоминающий тесак мясника, меч его уже нависал над шлемом.

«Как так?»

– Он тренировался, – будто прочитав ее мысли, проговорил Ивес, впрочем, взгляд мужчины очень быстро вернулся к Гаю. Главное, очевидно, ещё только предстояло.

***

«Служил у меня когда-то в охране Жак. Не дворянин, но парень здоровый, так что меч выглядел в его руках игрушкой. Однажды из любопытства я попросил его разрубить коровью тушу, и знаете что?.. Он это сделал.[8] Повезло нам, что Жак родился в деревне, далеко от тех, кто мог бы передать ему титул».

(Кузьма Прохожий. Из услышанного на дороге).

***

Отразив желтоватый луч, отточенное лезвие поддело вытянутое забрало. Подняло. Пара глаз сияла в тени. На лбу рыбаря проступила испарина. Пальцы его согнулись, загребая мятую траву.

– Обходить противника и бить со спины это бесчестно, сэр Ланв, – выплюнул он.

Сэр Ланв Деревянный не удостоил противника ответом. Он смотрел свысока, холодно, спокойно, и лишь лезвие чуть ходило, так как юноша не вполне мог совладать с весом.

Задрожав, пальцы сжались на локте Зое. Ивес внимательно наблюдал, как сменяют одна другую полоски света и тени на металле. Меч поднялся в гнетущей тишине. Не менее тридцати унций металла, которые зависли в воздухе: юноша не смог бы долго их держать.

Панцирь, который носил сэр Буд, он выглядел нерушимым. Ничто, казалось, не могло пробиться сквозь нагромождение пластин. Именно что казалось. Металл способен был отклонить стрелу, при ударе плашмя он сломал бы меч и даже защитил бы от пики, если вскользь. Удар с полного плеча запросто снёс бы зверю недоступной мощи голову вместе с уродливым, напоминающим голову птицы шлемом. Гай победил, и, поскольку это был поединок рыцарей[9], жизнь оппонента была теперь в его руках. Отнять её или сохранить?

Как карающий за нарушенное слова, сэр Ланв обязан был выбрать первое. Не имел права медлить, но, точно сомневаясь, острее всё ещё колебалось на кромке света, то врезаясь в неё, то вновь скрываясь на тёмной стороне. Зое всего этого не знала, но и она по дрожи пальцев чувствовала важность всего происходящего.

Кадык дёрнулся, дух вышел из лёгких Буда, и он склонил голову. Меч пошёл вниз…

В громовом молчании во вспышке металл вошёл в землю.

Пауза.

– Я стоял прямо перед тобой, а то, что ты меня не видел, в этом нет моей вины, – не своим, каким-то разом повзрослевшим голосом продекламировал Гай. – Рубка тем и отличается от дворовой драки, что на ней не только махают железом и деревом.

Шлем опустился ещё ниже.

– Я могу ехать?

– Немного чести в раскройке голов.

Зое выдохнула растеряно. Это он? Всё тот же Гай? Или ей всё это только почудилось.

Опершись на колено, Буд с трудом поднялся. Он сомневался с полминуты, но подошёл к лошади, молча откинул кожаные поводья. Мгновение и сэр уже смотрел на всех сверху вниз. Меч Буд и не пытался забрать. Он и всё, что на мужчине, всё на что Гай претендовал, теперь по праву принадлежало юнцу. Никто больше не мешал сэру Буду выехать, равно как и не мешал выехать скальду, хотя тот и не особенно-то торопился.

Да и кому он сдался? Лежит и лежит. Кушать не просит.

– Рыцарь значит, – улыбнулся в отросшие, колючие усы Ивес. – Ну что, полевые головастики, получается, ещё не все рыцарство прогнило. Но большая часть – так точно!

– От этого рыцаря у тебя скоро будет внук, – воспользовавшись моментом, вкрутила Зое.

– Это хор… Что?! – витая в своих мыслях глава семейства не