Кодекс Крови. Книга Х - М. Борзых

давным-давно сформировавшаяся система взаимоотношений между паладинами и главами орденов.

Дюжина спасителей требовала беспрекословного подчинения и добивалась его любыми способами. Возможно, выбранная Трайем модель управления «кнута и пряника» верна. Осенить благодатью и тут же напомнить, кто главный. Тем более, что он один стоил нескольких глав Орденов точно, а то и всей дюжины.

Что ж… клятва нерушимая и искренняя, значит, он будет с Трайем до конца, особенно после того, как тот спас его дочь.

* * *

Кречет негодовал. Последнее время тотем правящего рода Российской империи был весь в делах и заботах. Мало того, что этот мальчишка Мангустов посмел присвоить себе его адамантий, так он ещё и поклялся в случае смерти разделить божественный метал между всеми богами! Неслыханно!

Но не зря Кречет живёт свои сотни тысяч лет. Адамантий практически разумен. Он вполне может как поглощаться, так и выделяться из организма волей владельца. Да, убить Мангустова не выйдет, но это не значит, что нельзя прижать его через кого-то из родных и близких, ради кого он в лепешку расшибётся и даже вернёт адамантий.

Пока же у строптивца именем императора национализировали его тонкое место, лишив сопляка его основных заработков.

Второй занозой в репутации Кречета стало явление неизвестных соперников и снятие проклятия с души Отступницы. Уловив след связи с кем-то из местных богов, Кречет принялся сличать отпечатки божественной силы. Работа предстояла долгая и кропотливая. Большинство тотемов, имеющих хотя бы один род в Российской империи, без проблем предоставили свои отпечатки. Но не этот серпентарий. Неизвестно, кто был инициатором, но они объявили бойкот! Все змеюки и иже с ними от него шарахались, обвиняя в превышении полномочий, и отказывались сотрудничать.

Вообще-то формулировка звучала менее культурно и более экспрессивно, но общий смысл боги свели именно к «превышению полномочий». Они попросту ушли из обители богов, не желая вступать с Кречетом в малейший диалог. Для него это было красной тряпкой. Абсолютно ведь понятно, что след незнакомки совпадёт с кем-то из рептилий, раз те вдруг решили сколотить коалицию и скрыться.

Тут уже и Мангуст по-тихому начал подливать масла в огонь с национализацией тонкого места и ущемлением его последователя.

Ну ничего, если он правильно помнит, то одним выстрелом сможет убить двух змей сразу в одном лице. Кто там была невеста у Мангустова, Коброва? Что ж… Придётся кому-то прищемить хвост. Но самому светиться нельзя. Незачем провоцировать ещё больший негатив. У него есть, кому поручить это дело.

— Инари, милая, не хочешь ли прогуляться на тропический остров на выходные?

* * *

О том, что первое веретено вернулось вместе с адресатом мне доложили комары. Не знаю, как умудрился организовать службу Маркус, но семь с половиной десятков человек ему хватило даже на то, чтобы поставить наблюдателей в сторону пустыни и Обители.

«Михаил Юрьевич, здесь неустановленные лица приближаются к объекту „Обитель“. Задержать?» — напрямую обратился один из наблюдателей.

«Не стоит, могут не так понять. Я сам встречу».

В Обитель я ушёл проколом в ипостаси эрга. Переноситься в таком виде навстречу умелому магу крови было чревато. Спустя пять минут я стоял у привратного камня. За моей спиной, переливаясь всеми цветами радуги, мелькал Радужный щит. За ним сиротливо проглядывал Щит крови. Когда я ставил защиту на Ольгу и Исабель, то слегка не рассчитал. И теперь оба щита были непреодолимы без моего допуска.

— Ещё скажите, что в обители засели святоши, и это точно будет полный ***! — выругался первый гость, ни к кому конкретно не обращаясь и вставляя ладонь в привратный камень для получения допуска.

— Два щита лучше, чем один, — пожал я плечами, наблюдая, как гость сдаёт образцы крови для пропуска. Мне же часть этих образцов необходима была для просмотра памяти крови и решения — выдавать или не выдавать пропуск. Поскольку нынешняя защита была запитана на мою кровь и силу, то и обращался Привратник ко мне за дополнительным разрешением, подтвердив личность гостя.

Итак, передо мной стоял Жан, маг крови примерно седьмого уровня Башни крови со специализацией призывателя. Возраст его давно и уверенно перевалил за две тысячи лет, но выглядел он лет на восемнадцать-двадцать. Этакий шалопай с тонкой бородкой и усиками, смоляными волосами и субтильным телосложением. М-да, а внешность обманчива.

На руке у него висел алый плащ, которые были приняты у магов крови Обители, когда они проживали на территории альма-матер. Прибыл Жан, что интересно, не для удовлетворения собственных амбиций, а из чистого интереса. Он полторы тысячи лет не был в Обители, устал от постоянных путешествий и решил откликнуться на мой призыв.

— Добро пожаловать в Обитель Великой Матери Крови, брат Жан. Я Трайодасан, можно просто Трай, — протянул я магу руку для обмена рукопожатиями.

— Оу! — протянул маг, пожимая мне руку. — Я о тебе наслышан. Твоя история наделала много шума совсем недавно. Как же, самый молодой возвысившийся! Крут! Что тут у вас произошло?

— Предательство, героизм, месть, реинкарнация, много чего. Всё так в двух словах и не описать.

— А я никуда не спешу, — улыбнулся Жан. — К тому же… — он тончайшей иглой наколол на ладони незнакомый конструкт. Стоило капелькам крови выступить, конструкт замкнулся, и на ладони появилась самая настоящая белочка с бутылкой чего-то тёмного и явно высокоградусного, — … я тут кое-чем увлекся на досуге. Пойдём продегустируем и побеседуем. Нас же пропустят?

— Пока вся система безопасности держится на мне. Пропустят.

— А как же Сердце Обители? Я слышу ток крови в твоём сердце…

Я указал на накопитель с серебристыми прожилками:

— Я отдал кое-что более ценное: жизнь, кровь, два вида магии и не только.

— И при этом не переродился и не потерял в уровнях… Любопытно.

Мы прошли внутрь Обители. Нас ждала долгая беседа.

* * *

Время близилось к закату. Я стоял на всё том же парапете, но теперь уже в компании Тэймэй, Светы, Агафьи и Ольги в чёрно-белых плащах с символом солнца на спине. В таких же плащах стояла их защита из комаров.

Известие о возращении легионов и гибели дюжины спасителей вызвало волнения в народе. Сотни и тысячи людей из окрестных городков и деревень стекались к резиденции Ордена Рассвета в Ирликии в надежде получить утешение и хоть немного ясности.

Человеческое море шумело у стен резиденции, набегая волнами. Коробки одиннадцати легионов стояли чуть вдали. Стараниями Серва смогли отыскать недобитые остатки его легиона. Сейчас