Кодекс Крови. Книга Х - М. Борзых

Светой и Тэймэй, то, возможно, и жена, а нет, то войдёт в клан как самостоятельная единица и вассал. Но терять такую силищу я не намерен, как и отдавать кому-то.

— Ты всегда рассматриваешь людей как ресурс? — в голосе сестры слышались горечь и брезгливость. — Мы все лишь средства для достижения твоих целей?

Я задумался перед ответом. С одной стороны, она устала. Был кровопролитный бой, выматывающие переговоры с императором и ещё много чего, а с другой стороны, сестра — глава рода, её голова и суждения должны быть ясными от предрассудков и предсказуемых реакций, если она не хотела, чтобы ею начали управлять. Поэтому я решил быть жёстким, но честным.

— Я всегда рассматриваю людей с точки зрения принесения пользы в разрезе выживаемости всего рода и клана. Маг смерти, маг жизни, лекарь, менталист, эмпат, Тень, оборотни, управленцы, эрги… Я связан со всеми кровными клятвами. За эти, как ты называешь «ресурсы», я пролью кровь и в одиночку встану против целой армии. Если в твоей голове сейчас рушатся иллюзорные замки благородства, то это очень хорошо. Я — военный вождь, что по сути своей убийца. И моя основная задача, чтобы в перспективе погибли все, кто попробует нас убить. И если для снижения наших потерь я использую все доступные ресурсы, то пусть я буду чудовищем в твоих глазах, но хоронить своих людей не буду. Пусть враги хоронят своих.

Кирана снова замолчала после отповеди. Да, я был резок, но в нынешней ситуации идеализм был излишним. Перед нами стояла задача выжить.

— И да, помнишь аколарию, которая вас усыпила стараниями Эквадо Тортугаса? Она тоже вскоре станет частью нашего клана. Когда обретёт тело. Статус контессы Исабель Леон-Марино так же пока не определён. Но в жёнах и любовницах она не окажется. Ей нужно будет подыскать достойного и лояльного нам супруга. И я продолжу собирать уникальных магов с мира по нитке, переманивать, решать их проблемы, вытаскивать их из задницы, чтобы служили они не за деньги, а на совесть. Ты, дорогая моя сестра, забываешь, что все люди, оказавшиеся в кровной связке со мной, получили от того немалые выгоды и потому готовы идти за мной и в огонь, и в воду по первом зову. Тебе стоит задуматься, как ты планируешь управлять родом. Тебе не раз и не два придётся принимать непопулярные решения, но твои люди должны тебе верить безоговорочно.

— Спасибо за откровенность, — выдавила из себя Кирана. — Когда вас ждать домой?

— Скоро, очень скоро. Но Света и Агафья останутся здесь, помогать женщинам из инкубаториев, мне же нужно будет вернуться и проредить стан наших врагов.

* * *

Прокол я открывал от собственной башни на плац форта в Хмарево. К тому моменту я успел подготовить для Агафьи макры с воспоминаниями об обучении, чтобы ей было немного легче. Кроме того, я предупредил вампиршу, что кинул клич среди магов крови, ранее обучавшихся в Обители, чтобы они вернулись и на время помогли в восстановлении профильного учебного заведения и в поисках новых обладателей дара крови.

Я ожидал, что Агафья расстроится, ведь я предлагал ей место управляющей в Обители, но она меня удивила.

— Хвала Клещу, Комару и Матери Великой Крови, ты снял с меня эти обязанности, — воскликнула вампирша с облегчением. — Учиться я буду с удовольствием, но следить за детским садом, увольте. Я перебью их нахрен! Тебя-то не убила только из-за клятвы. Да и отлучаться я всё же хочу в наш мир. Сидеть безвылазно здесь меня не прельщает. Я вышла из возраста прилежной ученицы.

Что ж, если баронесса осталась довольна таким поворотом, то я тем более.

Я ожидал первые ответы спустя три дня после отправки. Веретено — конструкт надёжный и живучий, как черепаха, но такой же медлительный в перемещении, по сравнению с остальными информационными носителями. Та же моя кровная связь была чем-то невероятным. Когда я перешёл в Башню Крови мы экспериментировали с другими магами и выявили весьма интересную особенность. Связь практически не имеет временных потерь. То есть, общаясь с собеседником в другом мире с другим течением времени, мы прекрасно друг друга слышали без замедлений или ускорений с какой-либо стороны, что было немыслимо, с точки зрение законов времени и передачи информации.

Тогда мы пришли к выводу, что скоростью передачи информации через связь была скорость тока крови у собеседников, примерно одинаковая у всех людей. Но признаюсь, что иного объяснения феномену мы не смогли придумать. Потому я остался при мнении: «Работает? И хорошо! А как? Это уже вопросы к Матери Великой Крови».

Пока же комары выходили из прокола малыми тактическими группами с рюкзаками и занимали позиции с оружием на изготовку для контроля периметра. Когда последняя группа вышла с носилками, на которых лежал Полозов, и ковыляющим рядом Густавом Ильдером, я схлопнул прокол.

Выглядели они неважно. Большинство имели свежие раны разной степени тяжести, оборванную окровавленную одежду и упрямый решительный взгляд. Люди держались на последних морально-волевых усилиях, но чётко выполняли приказы Маркуса.

Увидев меня, многие слегка повеселели.

— Внимание, не рассредоточиваемся, — отдал я короткий приказ. — На расстоянии в ближайшие сто километров для нас нет ни единой опасности. Я контролирую периметр полностью. Поэтому строимся и будем лечиться. Вы мне нужны целые и невредимые. После обсудим задачи.

Бойцы послушно выстаивались десятками, не понимая, как и кто будет их лечить. Но приказ есть приказ.

«Ковчег, чем их сейчас подлечить лучше?»

«Обычным Исцелением. Их чуть меньше восьми десятков. Остальные конструкты рассчитаны на лечение большей численности личного состава. Не вижу смысла тратить такое количество благодати в пустую. До сотни существ Исцеление берёт легко».

«Делаем».

У моей груди возник шар розового света, похожий на тот, каким я отрастил язык Серву, но теперь конструкт имел меньшую цветовую насыщенность. Когда шар приобрёл размер капусты, то отделился и поднялся вверх над комарами. Бойцы с опаской смотрели на враждебную магию, которая ещё несколько часов назад доставила им столько проблем.

«Нам точно ничего не будет?» — на всякий случай переспросил Маркус.

«Почему не будет⁈ Будет! Лечить он вас будет! Не дёргайтесь!» — ответил я как можно более уверенно.

В этот момент шар лечебной магии рассыпался розовыми искрами разного размера, которые принялись впитываться в потрёпанных боем комаров. К Полозову полетела искра размером с абрикос, видимо, дела у того были хуже, чем он хотел показать.

Бойцы переглядывались, пытаясь рассмотреть на товарищах