Хомякус советикус-1.4 - Михалина Лесовская

надоело отговариваться и я предложила прогуляться с ним. Женю прихватили с собой. Я только забрала у братьев мелких пакетиков для пробников и мы втроем перешли на мой пляж к лестнице на наши этажи. Поднялись к входу, а Моня не мог поверить, что это мы соорудили с братьями. Первым был мой этаж и пока они осматривали его, я успела готовые брусочки упаковать в пакетики с нашей символикой. Выглядели они как крупные резинки для стирания карандаша, часть пробников готова. Женя с Моней осмотрели все этажи, хотя там было бардачно. Вышли на нашу вершину и на этой смотровой площадке обозревали море и весь пляж. Пока они не поднимали вопрос о пальмах. Легкое влияние и все уже для них привычно не замечают наличие пальм. Они тут всегда росли. Прогуливаясь, пешком вернулись к офису. Женя был задумчив, но молчал. У Мони же рот не закрывался, вот и будет наш говорливый выступать на презентации, как основатель фирмы. Я вообще присутствовать не хочу, сами справятся.

В магазине на самый большой поднос выложила все пакетики с мылом. Звук колокола Шина созывал всех на обед. Накормил нас Шин от пуза.

Уже после обеда мы с Моней отправились к патриарху решать наши денежные взаимоотношения. Патриарх нас встретил не совсем довольным. Он хотел получить денюжки сразу кучкой за все объекты. Пришлось пояснять что все объекты принадлежат разным собственникам. Поэтому и денежки у нас из разных карманов. Меня как собственника до этого момента он не воспринимал, поэтому был озадачен. Невнимательно документы просмотрел. Но все прежние устные договоренности мы оставляем в силе: совместное освоение лагуны и постройка пирса. Что меня радовало в нашем соседе-патриархе — он не задавал лишних вопросов и не лез не в свои дела. Очень ценное качество тем более бывшего нашего соотечественника, которые в каждой дырке затычка.

По нашему договору он обязывался возвести все постройки с подключением их к городским коммуникациям. Именно этот пункт он надеялся выполнить к окончанию строительства всех объектов. При нынешней ситуации он значительно терял в деньгах. Городской водопровод и канализацию до наших участков не провели, хотя и обещали выполнить к январю. Вот он и надеялся на полную оплату. Не зря я ввела в договор пункт о возможности оплаты частями. Именно ссылаясь на этот пункт мы и пытались сейчас добиться взаимопонимания. Предварительные рассчеты определяли постройку всех объектов на лечебном участке в двести тысяч долларов. Мы же в данный момент могли требовать пятьдесят процентов скидки. Патриарх был недоволен, он сильно терял, практически эта сумма покрывала только его затраты. После долгих споров и аргументов от Мони, который приплел желание привлечь ещё и юристов фирмы, патриарх сдался. Но пилюлю мы подсластили. Его компания по документам получит сто тысяч, а мы от широты души передадим ему наличкой пятьдесят тысяч сверху. Сначала наше предложение его потрясло, всё таки тут, на новой его родине он законопослушный гражданин, но старая закалка советских времен не пропала, и только после получения от меня этой налички на руки, он оформил все документы. Налоги он заплатит со ста тысяч, а пятьдесят тысяч это будет заначкой ото всех. Мы пригласили его на презентацию, ведь он наш сосед, глядишь и его компании будет некоторая реклама.

Мы пешком возвращались к моему участку. Мне срочно надо открыть расчетный счёт в банке, ведь до сегодняшнего дня за всё платил Моня своими деньгами. Когда на фирму открыли расчётный счёт, Моня перечислил на него средства в качестве учредителя в уставной фонд. Ни я, ни Лея не могли принести наличку, мы не имеем пока гражданства. Денежные отношения надо урегулировать. Пока я откладывала этот момент, но сейчас он встаёт уже остро. Свои сто тысяч патриарх пока подождет, в крайнем случае, воспользуюсь голландским счётом, но юристов следует потеребить.

Только о них задумалась — пожалуйста, ждут нас у входа в магазин. Магазин осмотрели, выдали Моне заключения по экспертизе воды. Вода из ручья годилась только условно для потребления, а вот из артезиана была отличного качества. Они получили разрешения на продажу нами безалкогольных напитков с применением нашей питьевой, минеральной вод и фруктовых соков. В наших капсулях для внутреннего применения опасных для здоровья веществ не выявлено, типа это витаминные препараты. Теперь я им наделаю этих “конфеток” витаминных. Молодец, Лея, отдала на экспертизу и капсулы мои. Моня передал документы от патриарха юристам и они займутся продвижением их. Состав гостей Моня не обсуждал, пусть комитетчики решат сами, от нас будут только соседи.

По словам юристов, до начала презентации прибудет какой то важный чин из правительства и всем работникам фирмы быть при его визите, особенно учредителям. Посмотрим через неделю кого принесет к нам. Хорошего от чиновников я не жду.

Подошел Агиль, он продолжал заниматься баром, вот ему то и отдали эти заключения экпертизы, чтобы он поместил в оставшиеся рамки и повесил у бара. Отдала Моне список для закупки мелочей для бара и на сегодня мой рабочий день закончен. Забрала братьев и мы вернулись в дом.

Весь вечер я готовилась к завтрашней защите, было немного тревожно и волнительно. Подобрала себе строгий наряд на завтрашний день и занялась видиком, переписывать надо много кассет. Братья сбежали гулять, пусть развлекаются.

20.12. среда.

Из распорядка не стали выбиваться, с утра в бассейн и завтрак на моей кухне.

Забежал Фёдорыч и предупредил, что завтра привезут навоз и презенты. Народ решил кардинально оздоровиться, я не возражала. Отвела братьев к их рабочему месту и вернулась в дом.

На улице свежо, чуть меньше десяти градусов, скакать в костюме и туфлях не хотелось. Переоденусь прямо перед защитой.

Встретил меня декан и сразу отвёз к месту защиты. Нашлись в толпе и Гоша с Димой. Передала им стенды и пошла искать закуток для переодевания. Закутка не нашла, время поджимало, перешла в невидимось и прямо в коридоре переоделась, вместо рюкзака взяла сумочку. Влилась в толпу и вскоре нас позвали в аудиторию, предстать перед комиссией. Народу то не мало. Пока парни развешивали чертежи и стенды, а члены комиссии внимательно их рассматривали, я наблюдала за ними.