Хомякус советикус-1.4 - Михалина Лесовская

и батончики, коробки конфет откладывала для презентации и на подарки своим, когда кладовщица поняла, что отбираю на детские подарки, стала советовать сама, что стоит брать. По её словам, я набираю вовремя, ещё бы сохранить всё до праздников, потом всё разберут по начальству. Мне достался и зефир в шоколаде, и дольки апельсиновые в круглых коробках, здесь даже чипсы и жвачки были из Швеции. Выставляли меня за ворота базы с коробами на погрузчике. Кроме конфет и импортного печенья я прихватила и Севастопольскую пепси-колу в нескольких ящиках. Домой вернулась прямо в подвал и на освободившиеся стеллажи от ковров выкладывала ящики, коробки и мешки со сладостями. На кухне уже просматривала накладную и высчитывала пропорционально количество денег, что пойдет на подарки и на стол. Получался очень сложный рассчёт. Поступила проще: сразу вычла, что оставлю себе и остаток будет висеть на части. Вернулась в свой склад и в отдельный короб переложила товар для себя. На оставшиеся изделия наложила сохранность и перенесла в свой овощной склад короб и ящик пепси-колы. Весь стеллаж освободила от тючков спецодежды и перетащила их в соседний склад, где была только что. Этот склад запирался на хороший замок, туда войти не просто будет. На свои конфеты и напиток также наложила сохранность. Хоть и рано стемнело, но был ещё ранний вечер, стоило побеспокоиться о новых кассетах и мультфильмах. Собрала Андреевские кассеты, добавила новые свои с концертами и отправилась в Серебряный бор. Андрей был дома, но я его не задержала. Он ждал меня раньше, так что мы обменялись пакетами и я попрощалась. Я была довольной, для нового года был шикарный мультик Красавица и чудовище.

17.12.воскресение.

Лея молодец, дала мне возможность с утра поплавать и даже позавтракать спокойно, только около девяти часов пришел от неё сигнал. Оделась поприличней и перешла по сигналу, они ещё были на вилле, ждали меня. У Леи неожиданно отошли воды и как условились, она мне дала сигнал. Всё хорошо, они уже одеты, у Жени в руках кофр с необходимыми вещами. Взялись за руки и перешли к центру, где мы с Моней были в первый раз и где Лея наблюдалась. Идеально бывает редко, но у неё всё нормально и роды будут быстрыми. Как только доктор появился в её комнате-палате, сразу дал команду медсестре отправлять Лею в кресле к родовой операционной. До дверей этой операционной я шла рядом с креслом и держала её ладошку, успокаивая и подпитывая её. За закрытыми дверьми я наблюдала за действиями персонала, всё шло штатно. Через десять минут запустила родовую активность у Леи и процесс пошел. Крепкие и горластые мужички вышли в этот мир. Ещё один напряг — и вышло место. Всё, процесс закончен. Вскоре я уже встречала роженицу на каталке, рядом несли её наследников уже запеленатых. У входа в её палату стояли растерянные Женя и Моня. Они готовились ночевать здесь что ли. На кровати лежала утомленная Лея и прижимала к себе два кулька. Мужички молчали и посапывали засыпая. Запустила диагностику и только сигнал прошедших родов дал себя знать. Детишек переложили в кроватки и нас выставили вон. Женя успел кофр только в шкаф сунуть. Лея засыпала после выполненной работы.

Уже в коридоре Жене предъявили показатели младенцев. Теперь у Мони три дня найти замену выгнанной им медсестры. Вернулись на виллу и выпили за здоровье матери и детишек. Мужчины из ступора пока ещё не вышли. Вышла я и перешла на свой этаж.

Братья повесили в душевой занавески. А вот заниматься разборкой не хотелось совсем. Плюнула на облагораживание помещений и ножками по лестнице поднялась на вершину. Осматривала невысокие саженцы пальм, подпитала их и пошла смотреть все вчерашние посадки. Эта нежная папайя пришла в себя и уже вовсю качает воду корнями. Банан спит, период покоя у него, манго пока присматривается, ждет тепла. Пальмы пересадку перенесли легко, тут больше влаги и в почве и в воздухе.

Арабы уже переходят на новое место укладывать плитку — прямо перед входом в магазин. Что ж сил то у меня нет, апатия какая то. Пойду ка я к братьям, может, пожалеют?

Никто жалеть меня не стал, но они почувствовали моё опустошение и предложили вернуться домой.

Дома я сразу легла и стала уходить в полудрёму. Уходила неотвратимо и не сопротивляясь уходу. В этом безвременье и нигде стали угасать и пропадать чувства: сначала пропал озноб, потом неприятие этого безвременья, оно начало заполнять меня и вот осталась только оболочка и как только она лопнет, не станет меня, одно безвременье, кроме оболочки осталось ещё движение, вращение, кружение, как из оболочки головы вырывается поток черноты с хвостом кометы, но всё движется слишком медленно и улетает, оставляя оболочку пустой. Меня почти нет, а есть вязкая субстанция, инерция которой и замедляет всё, прекращая это последнее движение.

Только приладилась к этой тягучей массе, как меня резко выдергивают из этого забвения. Начинают выговаривать, но я не понимаю и пока ещё не осознаю себя. Очень медленно с оболочки стекает эта субстанция, и я начинаю осознавать себя.

— Гадкая неблагодарная девчонка, куда это ты направилась? Я столько тебе дала, а ты бросаешь всё и уходишь? Почему? Чего тебе не хватает? Отвечай, иначе я разозлюсь окончательно!

— Леди, я не скажу вам спасибо, просто я перестала понимать и видеть цель, ради чего этот повтор моей бывшей жизни. Вначале я решила, что чуть чуть подправлю свою жизнь, но основное её течение будет неизменным. То есть, подстелю соломку, уже зная некоторые события. А теперь спустя почти пять месяцев поняла, что изменилась уже настолько, что прежнее течение жизни меня не устраивает. Я перестала понимать зачем мне всё это, то есть стройка ради стройки? Я не знаю чего я хочу. Я стала предугадывать события в своей жизни, вот приедет ко мне мать, и мы обязательно влезем с ней в конфликт и после него будет разрыв меня со всей родней. Я потерялась, потеряла веру в тот якорь, за который держалась всю прежнюю жизнь. Прежде мне всю жизнь твердили, что я самая любимая младшая в семье, которой досталось больше всего любви и понимания.