Хомякус советикус-1.4 - Михалина Лесовская

Меня отсадили чуть в сторону, а декан предупредил, что могут и мне задать вопрос. Парни уже приготовились к докладу, когда дверь впустила ещё одного мужчину: это был мой знакомый архитектор и рецензент диплома ребят. Всё таки явился, я надеялась, что он забудет своё обещание прибыть на защиту.

Парни хорошо подготовились к защите. Как только один замолкал, другой бодренько продолжал речь. Театр двух актёров. Рассказывали и показывали они подробно до прений. А вот дальше началась грязная игра. По существу проекта замечаний не было, в основном обвиняли меня в непрофессионализме. Значит, перешли на личности. Я уже рвалась дать в глаз старикану, больше других оскорблявших меня лично, но выступила дама и объявила, что диплом не готов по формальным требованиям, недоброкачественный перевод трех частей диплома на английском. Наш рецензент смутился, шепча под нос, что перевод то он и не посмотрел. В тишине аудитории взял папку с дипломом и стал глазами просматривать эти разделы. Оторвался от диплома и глядя на оппонентшу, заявил:

— Я ваше замечание не нахожу обоснованным, вы конкретно укажите на найденные неточности.

Кажется, он догадался, что началась игра и ребят хотят завалить, причем беспочвенно. Дама взяла диплом и после просмотра нескольких страниц, стала краснеть и задыхаться. Вот это подставили дамочку.

Со стариканом наш рецензент расправился изящно и хлёстко. Конец его речи потряс всю комиссию. Он специально прибыл на защиту этих дипломантов, чтобы пригласить их на стажировку в свою мастерскую. Минута молчания и робкие аплодисменты от сторонников декана. Защита была принята и парней все поздравляли. Я помогала собирать материалы и тут то меня и обнаружил наш рецензент.

— Мара, помогаешь своим приятелям?

— Здравствуйте, спасибо вам за помощь, я вообще то сама хотела себе помочь и дать в глаз тому старикану.

— А чего это ты взъелась то на него? Он ведь ругал руководителя парней.

— Так получилось, что это я и была их руководителем.

— Мара, дождись меня, нам надо переговорить, я чуть задержусь.

В коридоре парни продолжали переживать защиту, это нормально. Стенды я забрала, а вот всё остальное помогла аккуратно увязать. Подошла мать Гоши, она тоже работала тут же и увела опустошенных ребят.

Мой московский знакомец вскоре вышел и потащил меня на выход. Остановился он только у столика в кафе, где решил меня распросить. Я же отговорилась, что времени у меня очень мало и поговорить мы сможем в другой раз, я ведь буду у Андрея, когда буду возвращать кассеты. Впрочем, он также спешил, у него самолет в Москву через пару часов. Так что для меня всё прошло замечательно: дракой парням защиту не испортила.

Освободилась пораньше и можно отправиться пообщаться с будущей медсестрой. Надо бы переодеться, а то тащил меня прямо в костюме, хорошо рядом. Переодеться получилось только в туалете. Заскочила на привоз и опять сделала аптечному ларьку план на витаминках и гематогене. Добавила к запасам крымских масел. Прошлась по рынку для знакомства с ассортиментом. Уже торговали абхазскими мандаринами и гранатами, цены были астрономическими. Усохшие местные яблоки и красный толченный перец горкой и стопкой сверху горки. Подвяленный чернослив купила, я любила его.

Из отделения Анну пришлось вызывать через больных. Так рано она меня не ожидала.

Организовала встречу сразу с несколькими кандидатами. У всех были разные причины уехать. Троих отсекла сразу, слишком измученные и злые лица. Молодых было четверо. Двое сами отказались, когда узнали, что работа далеко от центра и место совсем пустынное. Этим погулять хотелось. Остались две кандидатки, они были сестрами и согласны ехать даже на одну зарплату. Старшей было двадцать пять, а младшей двадцать. Мать похоронили осенью и с их зарплатой троим выжить проблемно. Младшую сестренку сейчас оформили в интернат, той десять лет. Пришлось объяснять, что в течение года их никто не отпустит, как же тогда сестренка будет? Тетка согласится приглядывать за сестренкой, если ей платить. Да, уж, их суммарный заработок всего сто тридцать рублей, если на всё готовом, то работать у меня для них даже и выгода есть, а они ещё и квартиру сдать хотят. Дала им по сто рублей, за неделю пусть решат все свои семейные дела, при себе иметь пару хороших белых халатов и личные вещи. Никому ни о чем не распространяться. Перед отъездом в качестве аванса положим в сберкассу на их имя тысячу рублей, чтобы у них не было сомнений. Когда девчонки убежали, Анна рассказала, что девочки хорошие и на хорошем счету в больнице. Зарплаты у медиков совсем крошечные, вот нужда и толкает на отъезд. У Анны в пятницу ночное дежурство, у неё очередь на лечение. Я совсем не возражала, но пусть позвонит сначала, вдруг я закручусь и забуду.

Отправилась на рынок и сделала большой заказ своей поставщице. Та шепотом мне поведала, что в их селе слухи пошли, что в городе чудеса стали происходить. Мол стоит приехать в город больному, а возвращается здоровым. А она вот каждый день почти здесь торгует, а здоровья нет. Не слышала ли я об этом?

Я честно ответила, что слухами не интересуюсь.

Перешла прямо к братьям, они ставили вторую линию розлива. Надо смотреть, какие у нас запасы тары. Ночевать братья будут тут, так что прощались мы до завтра.

Уже у Мони вместе пересматривали все записи и прайс листы у Леи в папке по поставщикам тары. Отобрали несколько новых форм для детской продукции, баночки для таблеток и новых средств.

Вернулась домой и захотелось просто передохнуть. Эта защита диплома была для меня важной. Стенд с фото своего дома оставила в подвале, не хочу общественности его показывать. А вот подарок Кате на свадьбу надо поискать в моих ящиках. Может, сервиз им подарить? Ведь украшениями она не увлекается, у неё есть кольцо от меня и будет обручальное. Я действительно не знала что дарить. Тоник обеспеченный товарищ, Катя вообще сидит на дефиците. Чем их можно удивить и порадовать?

Удивить мне их не удастся, они молодые, здоровые, умные, у них большие возможности, подарю для них наборы для каждого