Весь Дэвид Болдаччи в одном томе - Дэвид Балдаччи

серых стен. В одном углу были составлены картонные коробки, аккуратно подписанные. В другом углу стоял небольшой сейф, в котором находились предметы, требующие дополнительных мер безопасности. Рядом в холодильнике хранились улики, нуждающиеся в специальном температурном режиме.

Остановившись в дверях, Фрэнк посмотрел на спину эксперта-криминалиста, склонившейся над микроскопом в дальнем конце помещения.

— Ты звонила?

Он подошел ближе. На предметном стекле микроскопа лежали крохотные частицы какого-то вещества. Следователь не мог себе представить, как это весь день напролет рассматривать микроскопические частицы бог весть чего, но он прекрасно сознавал, что своей работой Лора Саймон вносит неоценимый вклад в дело осуждения преступников.

— Взгляни-ка вот на это.

Саймон жестом указала на окуляр микроскопа. Сет снял очки, про которые начисто забыл. Посмотрев в микроскоп, он поднял взгляд.

— Лора, тебе же прекрасно известно, что я никогда не знаю, на что смотрю. Что это такое?

— Это образец ковра из спальни Салливанов. Мы не брали его при первичном осмотре, взяли потом.

— Ну и что в нем примечательного? — Фрэнк приготовился внимательно выслушать своего эксперта.

— Ковер в спальне очень дорогой, такие сто́ят по двести долларов за квадратный фут. Ковер в одной только спальне обошелся где-то в четверть «лимона».

— Господи Иисусе! — Фрэнк отправил в рот очередную пластинку жвачки. Попытка бросить курить катастрофически разрушала зубы и увеличивала размер талии. — Двести пятьдесят тысяч за тряпку, по которой ходят?

— Ковер невероятно износостойкий; по нему можно прокатиться на танке, и ворс поднимется как ни в чем не бывало. Ему всего около двух лет. Тогда в доме был произведен ремонт.

— Ремонт? Да дому всего несколько лет!

— Это было после того, как покойная вышла замуж за Уолтера Салливана.

— О…

— В таких вещах женщины любят сказать свое слово, Сет. Кстати, по части ковров у нее был хороший вкус.

— Ладно, и что нам дает этот хороший вкус?

— Посмотри на волокна еще раз.

Вздохнув, Фрэнк повиновался.

— Видишь самые кончики? Взгляни на поперечное сечение. Они были обрезаны. Предположительно не очень острыми ножницами. Обрез очень неровный, хотя, как я уже говорила, ворс твердый как сталь.

— Обрезаны? — Фрэнк вопросительно посмотрел на нее. — Зачем это кому-то понадобилось? Где ты их нашла?

— Конкретно эти образцы обнаружены на пологе кровати. Скорее всего, тот, кто их оставил, не заметил прилипшие к руке ворсинки. После чего провел ею по пологу — и вот результат.

— Ты нашла соответствующее место на ковре?

— Да. Слева от кровати, если смотреть со стороны ног, примерно в десяти сантиметрах в стороне. Увидеть это место трудно, но можно.

Выпрямившись, Фрэнк сел на табурет напротив Саймон.

— Это еще не всё, Сет. На одном из образцов я также нашла следы растворителя. Похожего на пятновыводитель.

— Возможно, это осталось от недавней чистки ковров. А может быть, пролила горничная.

— Нет, — покачала головой Саймон. — В чистящей компании используют паровую чистку. А для удаления пятен применяют специальный органический растворитель. Я проверила. В данном случае же это обыкновенный синтетический растворитель. А горничные пользуются тем же самым чистящим составом, рекомендованным производителем. Также на органической основе. В доме имеется большой запас. И ковры обработаны химически для предотвращения сквозного пропитывания пятен. Скорее всего, использование синтетического растворителя только все усугубило. Вот почему в конечном счете пришлось обрезать ворс.

— То есть предположительно преступники обрезали ворс, потому что на нем что-то было, так?

— На том образце, который есть у меня, ничего нет, но преступники могли обрезать ворс на каком-то участке, чтобы наверняка ничего не пропустить, и нам достался неиспачканный образец.

— Что такого могло быть на ковре, раз кто-то не пожалел сил обрезать сантиметровый ворс? Это же была адская работа.

Ответ у Саймон и Фрэнка был один и тот же, и он пришел им в голову еще несколько минут назад.

— Кровь, — коротко сказала эксперт.

— И не кровь убитой. Если я правильно помню, ее крови рядом с этим местом нигде не было, — добавил Фрэнк. — Думаю, Лора, тебе нужно провести еще один тест.

Саймон сняла со стены один свежий набор.

— Как раз собиралась это сделать, но решила сначала позвонить тебе.

— Умница!

* * *

Дорога на машине заняла тридцать минут. Опустив стекло, Фрэнк подставил лицо потоку воздуха. Также сквозняк помогал рассеять табачный дым. Саймон постоянно устраивала ему сцены по этому поводу.

По приказу следователя спальня до сих пор оставалась опечатанной.

Остановившись в углу спальни Уолтера Салливана, Фрэнк наблюдал за тем, как Саймон тщательно смешала в пробирке различные химикаты, после чего вылила результат в пластиковый распылитель. После чего Сет помог ей засунуть полотенца под дверь и заклеить коричневой оберточной бумагой окна. Опустив плотные шторы, они практически полностью перекрыли дневной свет.

Фрэнк снова обвел взглядом комнату. Посмотрел на зеркало, на кровать, на окно, на шкафы, после чего его взгляд остановился на ночном столике и зияющей дыре в стене над ним, где была удалена штукатурка. После чего снова посмотрел на фотографию. Взял ее в руки. Снимок снова напомнил ему, что Кристина Салливан была очень красивой женщиной, не имеющей ничего общего с тем изуродованным трупом, который он видел. На фотографии Кристина сидела в кресле у кровати. Слева от нее отчетливо был виден ночной столик. Кровать простиралась до самого правого края снимка. Иронично, если учесть, как интенсивно хозяйка использовала это спальное место. Пружины, вероятно, пора уже менять по причине их полного износа. Хотя теперь, скорее всего, у них больше не будет работы. Фрэнк вспомнил выражение лица Уолтера Салливана. На нем не осталось больше ничего.

Поставив фотографию на место, Сет стал наблюдать за умелыми движениями Саймон. Затем снова взглянул на снимок. Что-то не давало ему покоя, но это что-то вылетело у него из головы так же быстро, как и возникло в ней.

— Лора, повтори, как называется эта штуковина?

— Люминол. Она продается под разными названиями, но на самом деле это одно и то же. Я готова.

Она занесла пульверизатор над тем местом на ковре, где был срезан ворс.

— Хорошо, что тебе не надо будет платить за испорченный ковер, — улыбнулся следователь.

— Мне все равно. — Саймон обернулась к нему. — Я бы просто объявила себя несостоятельной. И пусть тогда у меня из зарплаты вычитают деньги до скончания века. Банкротство — отличный выход для неимущих.

Фрэнк выключил свет, и комната погрузилась в кромешный мрак. Послышался шелест воздуха — это Саймон нажала на рукоятку пульверизатора. Практически сразу же, подобно скоплению светлячков, крошечный участок ковра засиял бледно-голубым светом, быстро погасшим. Включив верхний свет, Сет посмотрел на Саймон.

— Значит, у нас