Весь Дэвид Болдаччи в одном томе - Дэвид Балдаччи

испуганным. Всепоглощающее чувство вины, вызванное тем, что он позволил умереть молодой женщине, сменилось всепоглощающей ненавистью, яростью, пылающей во всех нервных окончаниях его тела. Если ему предстоит стать в каком-то смысле ангелом отмщения Кристины Салливан, он выполнит эту задачу, вложив в нее всю до последней унции свою энергию, всю до последней капли оставшуюся у него изобретательность.

Откинувшись на спинку сиденья, Лютер жевал оставшиеся с полета крекеры и размышлял над тем, хватит ли у Глории Рассел духа идти до конца.

* * *

Сет Фрэнк бросил взгляд в окно машины. Его разговоры с глазу на глаз с прислугой Уолтера Салливана открыли ему две интересные вещи, первой из которых была фирма, перед которой он сейчас остановился; вторая пока что могла подождать.

Размещенная в длинном сером бетонном здании в промышленном районе Спрингфилда у самой кольцевой дороги, фирма «Чистка ковров», если верить вывеске, была основана еще в 1949 году. Для Фрэнка подобное постоянство ничего не значило. Многие фирмы, имеющие давнюю историю, законопослушные в прошлом, в настоящее время превратились в фасады компаний по отмыванию денег организованной преступности — как китайской, так и своей, доморощенной. А рабочий, чистящий ковры в домах состоятельных владельцев, обладал прекрасной возможностью близко знакомиться с системами сигнализации, хранилищами наличных и драгоценностей и образом поведения намеченных жертв и их прислуги. Фрэнк не знал, с кем имеет дело: с одиночкой или с организацией. С высокой долей вероятности он мог зайти в тупик, однако никогда не знаешь заранее, что тебя ждет впереди. В трех минутах отсюда застыли наготове две полицейские машины. На всякий случай. Фрэнк вышел из машины.

— Это должны быть Роджерс, Будизински и Джером Петтис. Точно, тридцатого августа, девять утра. Три этажа. Проклятый дом оказался таким огромным, что трем человекам пришлось пахать там весь день.

Пока Фрэнк рассматривал грязную контору, Джордж Паттерсон сверился с журналом.

— Я могу с ними поговорить?

— Только с Петтисом. Остальных двух нет.

— Они уволились?

Паттерсон молча кивнул.

— Как долго они у вас проработали?

Паттерсон снова обратился к журналу.

— Джером у меня уж пять лет. Он один из лучших. Роджерс проработал около двух месяцев. Кажется, он переехал отсюда. Будизински работал меньше четырех недель.

— Маловато.

— Черт, такая у нас работа. Я трачу тысячу долларов, обучая этого типа, и через месяц — бац! — его уже нет. О такой работе не мечтают, вы понимаете, что я хочу сказать? Она грязная, душная. И зарплаты вряд ли хватит на то, чтобы ездить на Ривьеру, вы слышите, что я вам говорю?

— Адреса у вас есть? — Фрэнк достал записную книжку.

— Ну, как я уже сказал, Роджерс переехал отсюда. Если хотите поговорить с Петтисом, он сегодня на работе. Где-то через полчаса ему нужно будет ехать выполнять заказ в Маклин. Он как раз загружает оборудование в фургон.

— Кто определяет, какая бригада куда поедет?

— Я сам.

— Всегда?

Паттерсон замялся.

— Ну у меня разные люди специализируются на разной работе.

— Кто специализируется на долларовых местах?

— Джером. Как я уже говорил, он у меня лучший.

— Как получилось, что эти двое оказались вместе с ним?

— Не знаю, мы тасуем персонал. Иногда все определяется тем, кто сегодня вышел на работу.

— Вы не помните, кто-либо из этих троих не проявлял особого желания отправиться именно к Салливану?

Паттерсон покачал головой.

— Что насчет Будизински? У вас есть его адрес?

Сверившись с потрепанной тетрадью, Паттерсон черкнул адрес на клочке бумаги.

— Это где-то в Арлингтоне. Не знаю, там ли он по-прежнему.

— Мне нужны их личные данные. Номера карточек социального страхования, даты рождения, послужной список — все, что есть.

— Это вам выдаст Салли. Девушка в приемной.

— Спасибо. У вас, случайно, нет их фотографий?

Паттерсон посмотрел на Фрэнка так, словно тот спятил.

— Вы шутите? Здесь у нас не ФБР, черт возьми!

— Внешность их описать можете? — терпеливо спросил Фрэнк.

— У меня шестьдесят пять сотрудников, а текучка за шестьдесят процентов. Обыкновенно я больше не вижу человека после того, как его приняли на работу. В любом случае через какое-то время все становятся на одно лицо. Петтис может вспомнить.

— Больше ничего полезного вы не сможете добавить?

Паттерсон покачал головой.

— Вы полагаете, кто-нибудь из них мог убить ту женщину?

Встав, Фрэнк потянулся.

— Не знаю. А вы как думаете?

— Послушайте, у меня здесь всякие бывают. Меня больше уже ничто не удивляет.

Сет собрался уходить, но в дверях обернулся.

— Да, кстати, мне нужен список всех домов в Миддлтоне, в которых вы чистили ковры за последние два года.

— За каким хреном? — Паттерсон подскочил в кресле.

— У вас есть архивы?

— Да, есть.

— Очень хорошо; дадите мне знать, когда все будет готово. Всего хорошего!

* * *

Джером Петтис оказался высоким тощим негром лет сорока с небольшим, с постоянно висящей в уголке рта сигаретой. Фрэнк с восхищением наблюдал за тем, как тот умело загружает в машину тяжелое оборудование для чистки. Нашивка на синем комбинезоне гласила, что Петтис является старшим специалистом фирмы. Полностью сосредоточенный на работе, он не смотрел на Фрэнка. Повсюду вокруг в большом гараже загружались такие же белые фургоны. Два-три человека покосились на Сета, но быстро вернулись к работе.

— Мистер Паттерсон сказал, у вас есть ко мне какие-то вопросы?

— Есть. — Фрэнк устроился на переднем бампере фургона. — Тридцатого августа этого года вы работали в особняке Уолтера Салливана в Миддлтоне.

— В августе? — Петтис нахмурился. — Черт возьми, я делаю в день по четыре дома. Я их не запоминаю, потому как все они на одно лицо.

— Этот заказ занял у вас целый день. Большой особняк в Миддлтоне. С вами еще были Роджерс и Будизински.

— Точно. — Петтис улыбнулся. — Самый большой дом из всех, какие я только видел, черт побери, а мне довелось всякого насмотреться, да.

— Я подумал то же самое, когда его увидел, — улыбнулся в ответ Фрэнк.

Выпрямившись, Петтис зажег погасшую сигарету.

— Вся беда была в мебели. Приходилось все отодвигать, а там было такое тяжелое барахло, какое теперь уже не делают.

— Значит, вы провели там весь день? — Сет запоздало спохватился, что подобрал неудачную формулировку вопроса.

Петтис напрягся. Сделав глубокую затяжку, он прислонился к двери фургона.

— С каких это пор копов интересует то, как чистят ковры?

— В том доме была убита женщина. Судя по всему, застала врасплох грабителей. Вы не читаете газеты?

— Только спорт. И вы думаете, что я был одним из тех ребят?

— Пока что нет. Я просто собираю информацию. Меня интересуют все, кто в последнее время бывал в том доме. Вероятно, затем я переговорю с почтальоном.

— Странный вы какой-то…