Пусть люди вымрут! - Роман Никитин

− До полудня никак, − резюмировала Ежик. − И то лишь предварительные. Подробные можно лишь к вечеру ждать.

− А когда в продаже появляется листок нашего газетера с подробнейшим описанием события этой ночи, да еще с недюжинным литературным оформлением? Которое требует минимум два три-часа писанины, не считая времени на набор и печать?

− В десять.

− Вопросы есть?

− Боже…. − Ежик попыталась взлохматить волосы, но конечно, безуспешно.

− У меня вопрос.

Флавий повернулся к арабеске.

− Ты, наверное, понимаешь, что тот-о-ком-ты-думаешь, не может переносить яркого дневного света.

Флавий задумался. Это он действительно упустил.

− Только не говори, − с просьбой в голосе начал римлянин, − что мсье Франкелен сидит у себя в редакции прям у самого окна.

− Как ты догадался? − притворно удивилась Гиза и продолжила уже серьезно. − Более того, он лично выходил проводить меня из редакции. Стояли на солнце, болтали о погоде. Говорю же, очень милый молодой человек.

Проблемка.

Если бы Лу Франкелен действительно был демоном, то он бы не переносил солнечный свет. Даже устойчивый к свету Флавий — и тот нуждался в белой одежде, иначе на искусственной коже появлялись ожоги. Не чувствительными к солнцу были только лицо, нижняя часть живота и левая рука, сохранившие человеческий кожный покров. Все остальные же…

В дверь постучали.

− Мсье Флавѝй, − раздался голос портье, коверкающий имя римлянина ударением на последний слог. − Мсье Флавѝй, к вам из криминального отдела муниципалитета. Ожидают внизу.

Флавий прикинул время. Действительно, уже одиннадцать. Через час беднягу Себастьяна нужно отдавать полисмелам. А ведь они с Гизой отпустили всех бандитов!

«По сделкам с властями ты у нас мастер,» − раздалось в голове. − «но я хочу предложить тебе один сценарий…».

Начальник криминального отдела муниципалитета тряс бородой как козел и пыхтел как паровой дилижанс. Флавий попытался представить химеру, сочетающую в себе признаки того и другого, но чуть не повредился рассудком.

На самом деле на лице начальника кримдепа (так местные сокращают криминальный отдел муниципалитета) не отражалось ни козлиной тупости, ни паровой ярости. Вполне себе мужичок, лет пятидесяти, очевидно, хороший семьянин и трудолюбивый служака. Беда лишь в том, что на своей должности он немного отвык мыслить гибко. Вот и сейчас, подумал-подумал и заключил со всей возможной строгостью:

− Нет, ну это уже никуда не годится!

− Почему же? − удивился Флавий. − На мой взгляд, вполне хорошая сделка. Ну что вам одна мелкая банда, ваше превосходительство? Я предлагаю избавить город от самого что ни на есть проклятия!

− Почему я должен вам верить, молодой человек? − сердито вопросил собеседник. − Однажды я уже пошел вам навстречу, и вот что из этого вышло!

− А что вышло, извините? − в свою очередь спросил Флавий. − Я вместо одного члена банды отдаю вам другого, вот и все! И уж поверьте, Лези Карат, правая рука главаря, куда как более сильная фигура, чем безымянный парнишка на побегушках.

Чиновник еще раз потряс бородой, потом взялся подумать и действительно пришел к выводу, что он ничего не теряет.

− Хорошо. Я согласен не заключать вас под стражу из-за потери задержанного. Делайте как сочтете нужным.

− При условии, − напомнил Флавий.

− Каком еще условии?

− Если я избавляю город от Ночного Расчленителя, вы освобождаете Лези Карат.

Глава кримдепа немного поколебался, но в конечном итоге по-отцовски махнул рукой, словно на непутевого сына:

− А, юноша, диавол с вами. Будет вам ваша подружка.

Уже собирался выдворить римлянина вон, но опомнился и добавил:

− Только я потребую безусловных доказательств гибели именно Ночного Расчленителя! Без-ус-лов-ных, слышите?

− Доказательства будут, − заверил Флавий и отсалютовал.

От слепого, да еще одетого в белые одежды, такая убежденность была как минимум странной. Но начальник криминального отдела за свою жизнь видел самых разных людей. Некоторые из них были воистину подарком Господа. И дай бог, если этот незрячий мальчик сделает то, что обещает.

Собственно, сделка была проста. Лези остается под домашним арестом в номере, а Гиза и Флавий в течение суток обнаруживают и уничтожают Ночного Расчленителя.

Просто, как все гениальное.

И настолько же безрассудно.

Помнится, один раз уже простой и гениальный план завел их в ловушку. Флавий в итоге лишился большей части тела, а Гиза пережила вояж на тот свет, откуда вернулась во многом только благодаря своей природной решительности.

«Ну и какие планы?» − спросила Гиза, беря «слепого» под руку. Они как раз выходили из здания муниципалитета, и теперь только до «Ля Руж» было идти больше получаса быстрым шагом. А слепые сами по себе быстро не ходят. Вот и приходится по-прежнему играть сценку «безглазый муж и жена-поводырь».

− Давай в гостиницу. По-моему, я понял, как будем брать этого мерзавца.

«Снова на живца?»

− Конечно. И давай по пути зайдем в какую-нибудь алхимическую лавку. А чуть позже — в редакцию какой-нибудь солидной газеты. Мне нужны объективные данные по всем зверствам нашего Расчленителя. Я кое-что позаимствовал у главы криминального отдела, − похлопал Флавий по немного выпирающему животику, которого у него отродясь не было.

Ежик согласилась помогать чем может. Но тут же сказала, что шансов найти банду очень мало. Николя — умный тип, наверняка он уже сменил хазу, и сейчас отсиживается где-нибудь в тихом месте. У него их много, и далеко не все известны бывшей подружке.

− Вы не найдете без меня, − констатировала Лези Карат. − Даже если к нему выйду я, не факт, что он высунется. Николя очень осторожен.

− А если мы, не таясь, выйдем к нему на полон всей командой? − спросила Гиза.

− М-м-м… Это может сработать. Честность и смелость он одобряет.

− Вот и решено, − подвел итог римлянин. − Вечером умыкнем тебя из номера и идем искать твоего дружка.

Хлопнула входная дверь гостиницы, и ключ трижды провернулся в замочной скважине. Потом еще лязгнул засов.

Еще спустя полчаса гостиница замерла, а через час величественно заснула.

Выбраться из номера, прихватив с собой Ежика, было плевым делом. Начальник кримдепа так и не озаботился усилить охранение хоть сколько-нибудь существенно. Два постовых у дверей номера — это, право слово, несерьезно. «Тишь-вода», которую Флавий прикупил у местного алхимика, включила охранников быстро и безболезненно. Флавий даже пошутил, что у него ощущение, как будто бы это уже происходило.