Пусть люди вымрут! - Роман Никитин

− Вспомни себя, − крикнула Гиза, и только потом заметила, что ее ногти впились в ладони — настолько крепко сжаты кулаки. Где-то внутри ее потаенных, глубоко закопанных эмоций прорезался чистый голос и повторил «Вспомни себя…и меня с тобой рядом!». Арабеска до боли сжала челюсти, но предательские глаза снова разродились двумя каплями давным-давно забытых слез. Точь-в-точь так же, как и тогда, когда арабеска стояла у смотрового окна, выслушивая свой приговор. То, чего никак не ожидала услышать от близкого ей человека.

Вождь посмотрел на арабеску и вспомнил все, что было после взятия цитадели. Чего только не было! Война, смерть, предательство — кого угодно, но не этой арабской красавицы, верой и правдой служившей не только ради Пути и Веры, но и ради него самого. И он, именно он — предал ее!

− Вспомни себя, − крикнул Флавий, не поднимаясь со стула. — Вспомни себя и тех, кто служил тебе во имя твоей цели.

Мужчина поднял взгляд на Флавия и увидел чудовище, созданное стараниями подземных демонов. Машину с глазами-кристаллами. Впитал в себя все тем миллиарды лет боли, которые пережил Флавий, увидел его первую смерть — на ложе с обилием жадных до крови трубочек — ради предавшей его Обсерватории. Потом вторую смерть в замке Бран, теперь ради Вождя.

− Вспомни себя, − спокойно произнес Мариус, снимая шляпу и разлохмачивая свою шевелюру. — Вспомни себя и тех, кто присягнул тебе, человеческому Вождю на верность, даже не будучи человеком. Кто не только пьет кровь, но и проливает ее.

Взгляд на вампира — и в сознании Вождя поселилось избиение круда бескудом, когда только появление Флавия спасло Мариуса либо от смерти, либо от чего-то, хуже смерти.

− Просто вспомни себя, − произнес четвертый голос.

Миландра снова была в облике черного демона. Грациозная фигура замерла напротив Вождя, глядя глаза в глаза. Высокий мужчина, даже если бы он стоял на ногах, был бы вынужден смотреть на порождение посланца подземного мира снизу вверх. И он смотрел. В горящие голубым огнем глаза, в которых наверняка видел ту правду, которую демоница когда-то донесла и до Флавия с Гизой.

Каково быть на Пути, отдаваясь ему всей душой, и внезапно увидеть, что путь прочерчен кем-то, для кого твоя жизнь и твои стремления — лишь голая информация, записанная в необъятной памяти гигантской машины?

Каково вдруг понять, что ты — обычный человечишка, одаренный иными силами в попытке оных защитить землю от покушения со стороны невероятно развитых твоих же потомков? Потомков, которые уничтожили свою цивилизацию, и теперь в попытках выкроить себе лишнее столетие жизни терзают твой мир и тебя лично фантомными, но от того не менее разрушительными Червями?

Каково всей своей душой ощутить пульс вечной жизни во вселенском механизме Маятника и разом постигнуть все чудовищную сложность мироздания, цельность которого этот Маятник поставлен удерживать?

Каково осознать себя если и не богом, то уж точно пророком своего времени, по мановению и желанию которого меняются судьбы народов?

И каково осознавать, что все эти годы ты был слепцом, считая себя одного вправе считать что верно, а что нет. Полагать себя неуязвимым кукловодом, в руках которого нити судеб сотен тысяч людей. Среди них и эта парочка, прошедшая по велению твоего разума.

Эти двое прошли преисподнюю Африки, а вместе с третьим — и все круги ада в Трансильвании. Они шли по намеченному тобой пути и умирали на нем. В том числе и не человек, а кровосос Мариус − и тот проливал кровь по твоему приказу. Да, у него есть и своя цель. Но пролитая кровь на твоем счету, Вождь.

И наконец, Гея в лице представляющей ее демоницы Миландры.

Она переродила тебя из обычного паренька родом с берегов Тибра в фигуру мировой значимости, чьи советы и рекомендации выслушивает сам Папа − старик давно уже спит и видит в тебе наследника, и давно уже действует в соответствии с твоими рекомендациями. Именно твой разум направлял Престол все эти годы.

Был ли ты в том, не измененном мире таким же всесильным?

Только задай этот вопрос — и ты узнаешь этот ответ. Бесконечная память Геи и ее возможность моделировать мир к твоим услугам, Гея знает все что было, что есть, что может быть. И даже в подробностях то, что никогда не случится.

Но Вождь не стал задавать вопросов.

В последний раз моргнув и более не замечая расплывчатой тени Червя перед глазами, мужчина встал с колен, загнал меч в ножны и подошел к Флавию. Тот неспешно поднялся с германского стула и встал рядом.

Вождь сел на привычное место.

− Я рад вас видеть… друзья. Хочу, чтобы вы ими были… нет, прошу вас ими быть.

Гиза устремила на Вождя свой наконец высохший взгляд.

Флавий облокотился о высокую спинку стула.

Мариус снова нахлобучил свою шляпу.

Миландра улыбнулась и растворилась в сером ничто.

Она больше не беспокоилась за первого из Античервей. Он сам по себе сила, а с этими тремя — так и вовсе лучшее, что было создано человечеством для защиты самого себя.

Значит — мир будет таким, каким он должен быть, а не каким хотят видеть эгоисты из будущего. И пусть люди этой реальности вымрут — заслужили.

А если мир не вернется в первоначальное состояние, то тем интересней. Вселенная не любит раз навсегда проторенных маршрутов. Главное, чтобы данные маршруты были полны жизни, и кто знает… Быть может, эти четверо смогут проложить для человечества действительно бесконечный путь.

Конец. Москва, 2007