Два крыла. Русская фэнтези 2007 - Елена Медникова

Вокша мог поклясться чем угодно, что не наносил третьего удара. Руку словно влекла внешняя сила, точно знавшая, куда и как надо бить. Он быстро отступил назад, чтобы случайно не угодить под широкие размахи третьего ожившего мертвеца, и подумал: «Однако меч-то?»

Тем временем его оружие продолжало пылать и словно тянуло руку охотника за собой. Он решил не сопротивляться и атаковал последнего врага, еще стоящего на ногах. Комбинация ударов повторилась, однако на этот раз меч начал с кисти, а закончил бедром. Не успел обезглавленный враг упасть, как белое свечение ослабело и быстро сошло на нет, только зеленоватые огоньки еще пробегали по узору на колдовской стали. Вскоре погасли и они.

Поглядев еще немного на меч — не выкинет ли чего? — Вокша взял со стойки тряпицу и тщательно протер ею оружие, не переставая удивляться, ибо меч был совершенно чистым. Потом он осторожно убрал волшебный клинок в ножны и мысленно пообещал себе не доставать его как можно дольше, разве что опять почистить.

Тем временем защитники трактира и попрятавшиеся до того служки стали разбирать разгромленную мебель, из-под которой доносились стоны. Вокша не помогал им, он торопливо обошел всех поверженных врагов и только после того, как убедился, что псевдожизнь полностью покинула эти тела, подошел к группе людей, столпившихся около стены.

Перед ним сразу и даже с некоторой поспешностью расступились. На полу, свернувшись в позе зародыша, лежал Харер. Вокша наклонился и прислушался — хозяин трактира еще дышал, правда, очень неровно.

Охотник выпрямился и распорядился:

— Быстро поднимите его на целый стол.

При этом он махнул рукой в сторону большого стола в углу прямо под ярко горящим факелом. Его приказ выполнили беспрекословно, и Харер оказался на столе, застланном куском светлой материи, который сноровисто подстелила одна из кухарок.

Отправив эту, видно, толковую женщину средних лет, так и не снявшую свой не очень чистый фартук, за лекарем и местным магом, Вокша снова оборотился к хозяину трактира. Конечно, он обладал только поверхностными знаниями в лечебном деле, но уже сталкивался с боевой магией и видел, как устраняют нанесенные ею повреждения.

В этот момент дверь трактира, еще недавно чудом выдержавшая поток убегавших посетителей, сорвалась-таки с петель под чьим-то мощным ударом, и в зал ворвались бронированные стражники.

«Ну вот, — саркастически подумал охотник, оборачиваясь к новоприбывшим. — Как раз вовремя».

— А ну разойдись! — рявкнул самый рослый из них, с гербом на блестящей грудной пластине. — Живо все по углам!

Спорить с разгоряченными бойцами в подобной ситуации очень опасно, поэтому Вокша поддержал призыв стражника, и толпившиеся около него люди стали расходиться по углам трактира. Надо отдать должное начальнику стражи, он быстро разобрался в ситуации и понял, что потасовка уже закончилась и никто не буйствует. Сделав соответствующий жест своим бойцам, успокоивший их и распределивший по помещению, старший сам подошел к охотнику. Это был ражий детина, вошедший, что называется, «в самый мужской возраст», то есть «переболевший» юношеской порывистостью, но еще не пораженный осторожностью зрелости.

Увидев неподвижного хозяина трактира, он сразу с неподдельным волнением спросил у маленького охотника:

— Что с Харером?

Видно, хозяин трактира был в городе личностью известной.

— Удар темной магией, — сообщил Вокша. — Ждем лекаря и городского мага.

Тут в трактир вбежал пожилой седой человек в зеленом плаще, за которым едва успевали двое юношей, одетых в кафтаны и брюки того же цвета.

— А вот и лекари пожаловали, — сказал начальник охраны.

Охотник отошел в сторону, и местный целитель с учениками приступили к выполнению своих обязанностей. Вокше неожиданно сильно захотелось спать. Он откровенно зевнул, однако сразу уйти ему не дали. Пришлось потратить некоторое время на описание случившегося, затем у начальника стражи, а он лично допытывал Вокшу, нашлось еще несколько вопросов. Когда наконец импровизированный допрос окончился, маленький охотник уже откровенно зевал во весь рот, и ему позволили подняться к себе, попросив, правда, завтра не покидать город. Таких планов у Вокши не было, и он легко согласился, мечтая поскорее оказаться в кровати.

Быстро проведя на кухне необходимые процедуры очистки кинжала огнем и текущей водой на случай «подцепления» им какого-либо неприятного магического сюрприза от темного мага, охотник ушел к себе. В комнате он заперся, быстро разделся, и как только приложил голову к подушке, так мгновенно и уснул.

9. Ночной вызов

Опять Вокше снился неприятный сон. Он стал очень маленьким и, мечась по углам какой-то гигантской залы, пытался спрятаться от огромного непонятного врага. Тот бесформенной глыбой нависал над ним, зло сверкал налитыми кровью глазами и пытался поймать охотника сразу десятком длинных худых рук с огромными когтями. Наконец Вокше удалось вырваться в длинный коридор. Он попытался убежать как можно дальше, однако ноги его плохо слушались, а преследователь приближался, бухая по полу огромными ножищами.

Топот злодея становился все громче, и охотник попытался повернуться к нему лицом. Тут-то он и проснулся, не сразу понимая, что в дверь его комнаты действительно кто-то громко стучит.

— Кто там?

— Городская стража. Откройте!

— Сейчас, накину что-нибудь.

На пороге комнаты возник уже знакомый Вокше по вечернему инциденту ражий начальник, за ним топтались еще несколько бойцов.

Загораживая проход, полуодетый охотник, глаза которого пришлись как раз на застежку плаща стражника, сварливым голосом спросил:

— Неужто чего-то недоговорили?

Прекратив попытки обойти Вокшу и пройти в комнату, начальник стражи отрицательно покачал головой, отчего его шлем звякнул о кольчужный ворот.

— Нет, вас князь наш, самодержец, срочно к себе требует.

Прекрасно понимая, что в такой ситуации вопросы типа

«А нельзя ли отложить встречу до утра?» звучат совершенно нелепо, охотник решил все же проверить степень «доброжелательности» этого вызова и сказал:

— Сейчас соберусь. Подождите за дверью.

К его приятному удивлению, начальник стражи кивнул и вышел, даже прикрыв за собой дверь. Это могло означать только самый добрый вызов, ибо если что-то было бы не так, то эти бронированные ребята скрутили бы его на раз.

Охотник собрался быстро, в комнате решил ничего не оставлять — мало ли, как дело повернется. То, что он не заплатит за частично съеденный ужин, совершенно его не волновало. Он справедливо полагал, что своим активным участием в вечерней схватке с лихвой все окупил. Да и не по своей воле посреди ночи он покидал «Вкусную корочку». Как-никак местный государь вызывал.