Российские изобретатели XXI века - Владимир Гугнин

В молодости, когда я только-только начал работать на железной дороге, мне один очень опытный человек сказал: если молодой специалист пришел на работу и через две недели никак себя не проявил, значит, толку от него не будет. Я много раз убеждался в истинности этого наблюдения. Поэтому из соискателей приходится выбирать тех людей, которые собираются не «патроны подносить», а действовать, то есть ведущих специалистов. А ведущие специалисты – это весьма небольшая часть людей. У них, так сказать, имеется «ген лидерства». Это люди, готовые принимать решения, брать на себя ответственность, проявлять волю для решения задач. Знаменитый психолог и педагог Дейл Карнеги считал, что таких людей, умеющих проявить волю, в мире совсем немного. Но без волевого усилия ничего важного не появляется. В результате тех мер, которые мы предприняли, у нас уже есть из кого выбирать – конструкторский блок пополнился новыми талантливыми кадрами.

Старая советская конструкторская школа отличалась тем, что в ней главную роль играли личности. Скажем, великий Сергей Павлович Королев все решал силой своего безграничного авторитета. Но сегодня на многих предприятиях решение принимает группа ведущих специалистов. Коллегиально. Там оценка работы выносится не по принципу: «Я создал продукт. Неизвестно сколько он будет служить, как он покажет себя в эксплуатации, но зато я добился поставленной задачи в установленный срок!» Сегодня уже практикуются другие подходы, отличные от традиций старой советской школы. Перед конструктором ставится задача не только создать нечто современное, но и понимать, сколько продукт будет стоить, во что обойдется обслуживание, насколько экономично его использование с учетом длительности срока службы. Хочу обратить внимание, что в наше время уже нет необходимости содержать большие группы чертежников и расчетчиков. На конструктора работают уникальные компьютерные программы. Программа сама подсказывает, где слабые участки конструкции, узлы, над которыми необходимо продолжить работу.

За последние годы поменялось очень, очень многое. В наше время приходится учитывать еще и то, что никогда не принималось во внимание в советские времена, – последствия влияния машины на экологию. И еще последствия, которые отразятся в областях дальнейшей научно-технической деятельности. Мы ведь живем в глобальном мире, где все действия и явления сильно переплетены друг с другом. Теперь внедрение технических решений может привести к значительным результатам, как положительным, так и отрицательным. Эти последствия касаются экологии, экономики, безопасности, надежности.

В советской конструкторской школе этот важный на сегодняшний день нюанс не учитывался. Раньше, как правило, ставилась задача, но даже порой не устанавливался лимит себестоимости: просто надо сделать, и точка! И делали. К такому-то числу, любой ценой. Сейчас этот подход коренным образом меняется. Появляется понимание требований экономики, экологии, человеческого фактора. Этим и отличается новая конструкторская школа от той, которая была раньше.

На наших глазах происходит переход от эпохи корифеев советского инжиниринга к новым современным методикам.

При этом заслуги советской конструкторской школы, конечно, представляют огромную ценность для нашего дела. Вообще, нельзя сказать, что раньше все было плохо, а сейчас хорошо. Для убедительности приведу пример. Однажды к нам на совместное предприятие приехали специалисты из зарубежной компании. Им показали Северомуйский тоннель[1]. Гости просто проехали в электровозе через этот тоннель… Температура при въезде была приблизительно -35 °С, в самом тоннеле – около +16°, а при выезде -25°. И когда электровоз после холода зашел в теплый тоннель, а потом снова оказался на холоде, внутри машинного отделения слой инея был в несколько пальцев. Один иностранный инженер сказал: «Мы такой электровоз, который работает от -60° до +50° и выше, сделать не сможем…» А советские конструкторы могли. Поэтому, когда говорят, что мы многому научились при открытости мира, надо признавать, что и они у нас тоже многому научились. Когда они сюда приезжали, они широко открытыми глазами смотрели на некоторые решения наших инженеров, порой удивлялись, зачастую просто не верили, что такое можно сделать. А сегодня идет взаимное обогащение традициями.

Сейчас у нас уже созданы локомотивы четвертого, пятого поколений. Пока с ними знакомятся. Для более продуктивного освоения этих машин на предприятиях организуются ситуационные центры. В них дежурят наши инженеры. В любой момент они могут дать подсказку пользователю, если он в ней нуждается. Техника очень быстро видоизменяется, поэтому для того, чтобы ее грамотно использовать, необходимо постоянно повышать свою профессиональную квалификацию.

Я начал свой трудовой путь в 1967 году помощником машиниста. Тогда активно эксплуатировался тепловоз ТЭ3. В марте этого года я проехал на тепловозе 2ТЭ25А, построенном на Брянском заводе, почти 500 километров в районе Тынды, на БАМе. Сравнивать машины прошлых лет и современные просто невозможно! В новых локомотивах созданы очень комфортные условия для бригад. Сегодня кабина тепловоза или электровоза элементарно удобна для работы машиниста. В ней есть и кондиционеры, и обогревательные приборы. Условия труда локомотивных бригад сегодня очень комфортные, они ничем не уступают европейским и американским. На современном локомотиве установлен бортовой компьютер, который многие вещи решает за машиниста: тот дает определенную команду, и локомотив сам ее выполняет. Следует признаться, что в российском локомотивостроении пока еще «отстает» электроника. Но это временное явление. Постепенно все подтягивается к необходимому уровню.

Возможность видеть то, что делается за рубежом, открытость, обмен специалистами, безусловно, дают положительный эффект. Это позитивно влияет на развитие транспортного машиностроения.

Я всегда отмечаю, что российское транспортное машиностроение получало и продолжает получать господдержку, и довольно сильную. Мы ее добились через ОАО «РЖД», через метрополитен в виде заказов. Если бы они не заказывали нам новую современную технику, если бы мы все вместе над ней не работали, думаю, транспортное машиностроение не возродилось бы. Мы очень плотно работаем и с «Российскими железными дорогами», и с Московским метрополитеном. Зачастую некоторые вопросы даже решаются на уровне вице-президентов ОАО «РЖД». Они нам помогают, подсказывают, привносят новые идеи. Это общение дает огромный эффект.

Но развитие общего дела зависит от работы и развития каждого специалиста. Сейчас те, кто хочет остаться востребованными работниками, должны постоянно учиться. Сегодня с помощью Интернета можно самостоятельно очень сильно продвинуться! При условии знания английского языка. Если человек владеет английским, самообразование ему поможет «сдвинуть горы». Вообще в судьбе человека все зависит от него самого. Если он добивается поставленной цели, то станет хорошим ученым, инженером, замечательным руководителем. Успешный специалист должен обладать здоровыми амбициями. Правда, амбиции должны быть направлены на дело, а не на выяснение отношений.