Обратный отсчет: Распад - Токацин

— Спасибо, — сдержанно сказал Ренгер, дожидаясь, когда Гедимин уберёт руки от черепа. — Как-нибудь найду время.

Пару секунд Гедимин стоял в стороне, наблюдая, как из конуса в дырку, просверленную в черепной крышке, выливается бесцветная жидкость. «У всех свои эксперименты. Почти как в „Гекате“… Ладно, пора и мне за работу.»

…Реактор он положил набок — в обычное положение; теперь излучатель «светил» ему в дальний торец, не задевая управляющие элементы. Гедимину было не по себе. Запуск он провёл — аккуратно, еле дыша; теперь датчики (и свет изнутри постепенно прогорающего кокона) показывали, что реакция идёт в штатном режиме. Гедимин подключил ещё два полевых генератора, подумал и добавил третий. Свет погас. Сармат посмотрел на небрежно развешенные проводки, торчащие из непрозрачного кокона, криво ухмыльнулся и лёг на пол, прикрываясь отдельным полем. Перед глазами было табло, скрученное со сфалта, под рукой — кнопка сброса управляющих стержней… точнее, единственной ипроновой пластины, которая пока что справлялась с этой функцией. Лежать было не слишком удобно — чуть ниже загривка сразу что-то заныло. «Не к повторению травмы, надеюсь?» — Гедимин невесело ухмыльнулся. «Ладно, работаем. Ter, du, un… attahanqa!»

Вспышка прошла над его головой. Защитное поле загорелось зеленью, вздулось — и растаяло. Гедимин, не вглядываясь, вдавил кнопку в пульт и зажмурился, утыкаясь лбом в каменный пол. Менее чем через секунду дозиметр перестал верещать, и снаружи потемнело, но сармат не вставал, пока не отсчитал двадцать секунд. Приподняв голову, он покосился на табло. Оно показывало обычное излучение «выключенного» реактора. Защитное поле над распластанным сарматом восстановилось, прижав его к полу, и уплотнилось до непрозрачности, не пропуская даже свет. Гедимин осторожно вскрыл его, выпрямился, смерил недоверчивым взглядом кокон, так и висящий посреди туннеля, и взялся за модуль памяти. Фиксировал тот плохо — минут пять, потом показания затирались; ремонтник выключил запись и прицепил переходник, свободным концом вставив его в разъём наручного передатчика. «Ну и что тут… Мать моя колба!»

Через несколько минут активная зона реактора, по-прежнему разрезанная надвое поглощающей пластиной, лежала в своей капсуле, а Гедимин, вставляя на место последние проводки управляющих модулей, задумчиво её рассматривал. «Значит, эта штука при необходимости может заменить любую из энергостанций. Если накопление урана линейно — её хватит минуты на три…»

Урана в составе стержней прибавилось — лучевой сигнал каким-то образом ускорил «выгорание» на порядок. Гедимин, в очередной раз пожалев об отсутствии в округе хоть одного физика-теоретика, закрыл капсулу и взял в руки излучатель. «Весь ирренций, сколько осталось, засуну туда. Надо проверить „ослабляющий“ сигнал. Надеюсь, металла хватит. Жаль, что „сигму“ не усилишь линзой…»

19 апреля 16 года. Земля, Северный Атлантис, Ураниум-Сити

«Не тянет,» — Гедимин тяжело вздохнул и перевернулся на спину. Час был уже поздний; рабочие ночной смены давно разъехались, почти все дневные разбрелись по бараку, во многих комнатах погас свет. Гедимин закрыл глаза, но снова увидел экспериментальную установку и так и не сработавший излучатель. «Нужно что-то очень мощное. Может, сам реактор? Но что тогда облучать?»

На последний вопрос у него был ответ — и он, едва позволив мыслям скользнуть в ту сторону, мечтательно улыбнулся. «Со сфалтом в блок не пустят,» — напомнил он себе. «И Гварза влезет…» Он досадливо поморщился. «И — кто его знает… Свой реактор я сам делал, а эта конструкция…»

Из коридора донёсся недовольный голос Аккуша. Гедимин ждал, что он тут же стихнет, но стало только громче — комендант шёл вместе с кем-то мимо длинных рядов комнат и не закрывал рта ни на секунду. Когда в ответ раздался сдержанный смешок, сармат, вздрогнув, привстал с матраса. «Кенен Маккензи⁈»

— Уран и торий! — Кенен, шагнув на порог, растянул губы в улыбке. — Не спишь? Это кстати. Собирайся, Джед. Есть немного работы.

Гедимин ошалело мигнул.

— Ночью?

— Гварза что, тебя не предупредил? — улыбка Маккензи сменилась недовольной гримасой. — А должен был.

«Гварза?.. А, настройка излучателей,» — Гедимин, стряхнув оцепенение, привычно проверил ремонтную перчатку и двинулся к выходу.

— Я тебя днём ждал, — буркнул он, догоняя Кенена. Тот, ухмыльнувшись, на ходу похлопал Гедимина по плечу.

— Ночной минимум потребления, Джед! Когда копаться в блоках, как не ночью⁈ Давай на заднее сидение — и голову пригни!

Совет был дан вовремя — рыжевато-чёрный глайдер, отмытый до блеска, был тесноват даже для самого Маккензи, удобно там было разве что филку-пилоту. Кенен ловко втиснулся на переднее сидение, упёрся макушкой в крышу и нетерпеливым жестом велел Гедимину закрыть дверь. Сармат свернулся в массивный клубок, слыша, как похрустывают под ним сидения — а когда глайдер выполз за ворота и рванул вперёд, затрещал ещё и слой фрила под ногами. С переднего места донёсся протяжный вздох. Гедимин сердито сощурился. «Дам ему щелбан на выходе. Не мог найти нормальный фургон⁈»

— Ай! Джед, ты спятил⁈ — Кенен шарахнулся в сторону, недовольно потирая ушибленную макушку. — Отправлю обратно общественным транспортом — будешь знать!

— Я невыездной, — напомнил Гедимин, оглядываясь по сторонам. — А где Айзек?

Кенен досадливо сощурился.

— Сегодня без Айзека, Джед. Идём, смена ждёт. Парни! Ну чего стоило пропустить нас за ворота⁈

— Инструкция, — бесстрастно ответил ему охранник с символикой ИЭС на груди. — Эти ворота не для личного транспорта. Это всех касается, даже совета.

Кенен тяжело вздохнул.

— Слышал, Джед? На своей же станции я не могу ездить, как мне удобно. Давай под рамки! Ты, надеюсь, от урана отмылся?

Дозиметрическая рамка не издала ни звука. Гедимин пропустил очередную поддёвку мимо ушей. Впереди была станция, и он немного волновался. «Жаль, Айзека нет. На „Вайтроке“ мы работали с Гварзой. Он всё-таки что-то понимал в реакторах. А здесь будет только Маккензи. И тот — у щита управления. Или вообще на улице.»

— Сто-оп! — Кенен с несвойственной прытью ухватил Гедимина за локоть и дёрнул к себе. — Не туда, Джед. Туда успеется! Сначала сбегаем на главный щит. С него стопорить блоки сподручней.

Гедимин мигнул.

— Блок работает?

— Ясное дело, —