День Победы. Гексалогия (СИ) - Андрей Завадский

— Мы засветились, — мрачно процедил сквозь зубы Тарас Беркут, глядя в зеркало заднего вида на исчезающие в висевшем над горизонтом мареве машины и слыша в отдалении многоголосое завывание их «сирен». — Теперь нас будут искать, землю станут носом рыть!

— Лучше было просто смыться, позволив этим ублюдкам перебить побольше народу?

Беркут перевел взгляд на Алханова, скривившись в досадливой гримасе:

— Ты сам знаешь, что, да, так было бы лучше! Им все равно остается жить считанные часы! Мы не спецназ, а дерьмо, раз позволили себе такое! Ничто не должно ставить под угрозу выполнение основной задачи, мать ее!

Все трое замолчали, понемногу успокаиваясь после суматошного боя в сердце аризонской пустыни, а затем Керим Тохтырбеков спросил командира:

— Теперь куда двинем? Обратно в город?

— Нет, черт возьми! — Беркут хлопнул ладонями по «баранке». — Все верно, я солдат, а не палач! Нельзя убивать гражданских, иначе мы будем уже не партизанами, а террористами, обычными убийцами, каких принято вешать или ставить к стенке без разговоров. Мы уничтожали таких в чеченских горах не для того, чтобы самим замарать руки в крови обычных людей. Найдем более достойную цель!

Колонна, состоявшая всего из двух машин, промчалась по рассекавшему пустыню шоссе. Большой щит, возвышавшийся на обочине, сообщил диверсантам о том, что они уже колесят по территории штата Нью-Мексико. В прочем, пейзаж за окном оставался неизменным, все та же красновато-бурая пустыня, да на самом горизонте возвышались какие-то скалы, редкие и кривые, точно остатки зубов во рту древнего старика. А солнце, ослепительно сиявшее на безоблачном небе, превращало эту сухую равнину в подобие сковородки, и партизаны не раз успели добрым словом помянуть собственную предусмотрительность, порадовавшись, что взяли машины с кондиционерами.

Оставляя позади милю за милей, проезжая без остановки небольшие городки, похожие один на другой, точно качественные копии, колонна уверенно двигалась на восток. Сверкающий расплавленным золотом шар солнца медленно скатился к горизонту, и день сменился сумерками, а небо из тускло-бирюзового стало насыщенно-фиолетовым, с яркими искрами звезд, порой скрывавшимися за пеленой надвинувшихся откуда-то с юга, со стороны мексиканской границы плотных облаков. Но дорога оставалась по-прежнему пустынной, лишь изредка навстречу попадались легковушки, да пару раз с ревом и грохотом промчались бензовозы-«восемнадцатиколесники». И когда над автострадой наискось на малой высоте, так, что можно было рассмотреть за отбрасывающими блики блистерами головы пилотом, промчалась пара вертолетов UH-60 «Блэк Хок», Заур Алханов, сменивший за рулем своего командира, отдыхавшего на заднем сидении, выругался, крутанув баранку так, что «Форд» едва не улетел в придорожный кювет. А сам Тарас Беркут, проводив геликоптеры, умчавшиеся к горизонту, довольным взглядом, решительно приказал:

— Сворачиваем с дороги. Мы у цели!

Поднимая клубы песчаной пыли, порой совершенно перекрывавшей обзор, внедорожник съехал с дорожного полотна на грунт, и Карпенко, следовавший позади, метрах в ста, хотя и удивившись, в точности повторил маневр. Перевалившись через гребень каменистого холма, не имевшего ничего общего с настоящими пустынными барханами, машина затормозили. Тарас Беркут, выпрыгнув из прохлады салона, окунулся в поток раскаленного воздуха. Чувствуя, как рубашка набухает от мгновенно выступившего пота, он двинулся к микроавтобусу, жестом приказав остававшемуся в кабине Карпенко выбираться наружу. Бывший прапорщик морской пехоты, с наслаждением расправив плечи и потянувшись, взглянул на командира, произнеся одно единственное слово:

— Здесь?

— Здесь! — согласно кивнул Беркут, рывком распахивая дверцы фургона. — Нам удалось обвести вокруг пальца военную машину американцев, преодолев Тихий океан, мы оставили позади половину территории Америки, преодолев больше тысячи километров по враждебной земле, выскользнув из кольца облавы на суше. Пришел час сделать то, ради чего мы пришли сюда!

Большой пластиковый ящик с полустершейся маркировкой, выведенной по трафарету, был единственным грузом микроавтобуса. Сняв крышку, Тарас Беркут с нежностью коснулся теплого бока обнажившегося металлического кожуха. За многие дни, проведенные рядом со смертоносным устройством, под свинцовым корпусом которого дремала чудовищная мощь, слепая и неумолимо смертоносная, офицер спецназа перестал испытывать страх, проникшись каким-то священным почтением к тому оружию, самому мощному и разрушительному из существующего, что было доверено ему и его людям.

Трое спецназовцев, держа руки на рукоятях оружия, встали по периметру, глядя по сторонам и не забывая посматривать в небо, пока их командир, отделив панель защитного кожуха, торопливо вводил заученный наизусть код, пробуждая электронный взрыватель. Еще несколько касаний клавишей, и на небольшом табло, вздувшемся на гладком боку лежавшего в полумраке грузового салона устройства, вспыхнули изумрудные цифры «30:00». Мигнув, они сменились на «29:59».

— Готово! — Выбравшись из фургона и захлопнув за собой дверцы, Беркут окликнул своих бойцов. — Убираемся отсюда!

Все четверо, все так же опасливо поглядывая вверх, сели в «эксплорер». Работавший вхолостую мощный двигатель уверенно зарычал, и внедорожник, развернувшись почти на месте, по-танковому, снова перевалился через невысокий холм, направляясь к ленте дороги. Когда под колесами снова зашуршал асфальт, гладкий, точно зеркало, Заур Алханов придавил педаль газа, разгоняя машину до максимума и уже не опасаясь попасться на глаза дорожному патрулю. Над пустыней уже сгустилась ночь — в южных широтах, пусть это и были далеко не тропики, смеркается быстро. Вдруг небо на западе озарила ярчайшая вспышка, рассеявшая тьму, и на несколько секунд все стало видно, будто ясным днем, и земля под колесами летевшей по пустому шоссе стальной стрелой машины вздрогнула, будто от удара. А еще через миг мир вновь погрузился во мрак.

Беспилотный разведчик MQ-1 «Предейтор» оторвался от покрытия взлетной полосы, быстро набирая высоту и растворяясь в ночной темноте. Стапятисильный бензиновый двигатель «Rotax-914» тянул его все выше и выше, под облака, в эту ночь серой пеленой затянувшие небо над базой ВВС США Холломэн и большей частью штата Нью-Мексико.

— Набрали высоту восемь тысяч футов, — произнес один из находившихся в наземном центре управления операторов, контролировавших полет беспилотника. — Стажер, принимай управление. Покажи, чего стоишь. Включить автопилот и бортовую камеру!