Выходи за меня! - Рита Херрон

– Достаточно туманные пожелания, не правда ли? – неуверенно заметила Синтия.

Мэдди потрепала ее по руке.

– Не волнуйтесь. Мне кажется, я знаю, что вам нужно. – Она окинула взглядом небольшую комнату и принялась за наброски, задавая вопросы по ходу дела.

– Если выбрать нейтральную цветовую гамму, ее всегда можно будет оживить яркой мебелью или аксессуарами. Какое искусство вас привлекает?

Час спустя Мэдди вчерне нарисовала несколько эскизов дизайна, Синтия выбрала из них два и, чтобы окончательно остановиться на каком-то одном, решила все хорошенько обдумать вечером.

– С вами очень легко работать, – сказала Синтия. – Я рада, что Джефф... то есть мистер Оглторп порекомендовал мне именно вас.

Мэдди закрыла блокнот.

– Синтия, Джефф – как раз один из тех, кого вам хотелось бы поразить?

Девушка порывисто прижала ладонь к груди.

– Мэдди, простите, мне так неловко... Я знаю, что вы с ним встречались...

– Пусть вас это не беспокоит, – сказала Мэдди, стараясь не придавать значения тому, что Джефф до сих пор оказывал ей знаки внимания. Чейз – единственный мужчина, который ее интересует. И ей хотелось, чтобы Джефф нашел женщину, которая бы по-настоящему его оценила. – Синтия, если вам нравится Джефф, то действуйте. Из того, что наши отношения не сложились, не следует, что я не желаю ему счастья.

Голубые глаза Синтии изумленно распахнулись.

– Вы говорите правду?

– Ну конечно! И если уж начистоту, то сейчас встречаюсь с другим мужчиной.

– И кто это?

– Тот парень, с которым я работаю.

– А, тот симпатичный молодой человек, с которым вы были в ресторане?

– Да, у нас с ним бурный роман. – Мэдди вспыхнула, вспомнив их недавнее свидание в тренажерном зале.

– Вот это да! – воскликнула Синтия. – Он такой мачо. Наверняка знает, как доставить удовольствие женщине.

– Это точно, – засмеялась Мэдди, решив, впрочем, не особо распространяться на эту тему.

Ей захотелось снова увидеть Чейза и узнать, как ее братья приняли их отношения. Она встала, поблагодарила Синтию за чай и пообещала ей в следующий раз показать эскизы в цвете.

По дороге к строительной площадке Мэдди улыбалась, как школьница. Пока они с Синтией обсуждали карнизы, шторы и мебель, Чейз, наверное, уже объяснил братьям, что их с Мэдди связывает страстное чувство. Ланс и Рид сначала, конечно, рассердятся, а потом... потом поймут. Должны понять.

Чейз постарается, чтобы поняли.

Братья будут рады за нее, ведь они так любят Чейза.

Дурацкая клятва холостяков не давала ей покоя, грозя разрушить все ее надежды, но Мэдди постаралась выкинуть ее из головы. После сегодняшнего свидания Чейз должен порвать этот листок на клочки и признаться, что она ему дорога. И может быть, он ее даже любит.

Мобильный телефон Рида зачирикал. Он взглянул на номер и нахмурился. Нобби Смальц. Что удалось обнаружить частному детективу?

Есть только один способ узнать об этом.

Рид придумал отговорку для Ланса, сказав, что спешит на встречу с водопроводчиком, и побежал к пикапу. Отъехав на безопасное расстояние от строительного комплекса, Рид развернулся на грунтовой дороге у берега и припарковался в тени под дубом, поросшим испанским мхом. Самое подходящее место для тайных переговоров.

Как противно прятаться и шпионить!

И как отец мог так жить? А мама? Знала она его тайну?

А вдруг Нобби выяснил, что объявился еще один Саммерс, который не прочь с ними породниться?

Нет, этого нельзя допустить.

Если Нобби кого-то нашел, Рид первый с ним встретится и помешает его планам, пока новоиспеченный родственник не обратился к Лансу или Мэдди.

Зажав трубку в потной руке, Рид выбрал в меню номер детектива и стал ждать. Несколько секунд спустя в трубке послышался резкий голос Нобби.

– Это Саммерс. Что у вас нового? – Нобби засопел, тяжело дыша.

– Медсестра в клинике сказала, что у нее было несколько анонимных запросов. Одна женщина позвонила дважды.

– И что?

– Медсестра не имеет права давать информацию о вашем отце.

– Слава Богу.

– Не спешите радоваться. – Рид похолодел.

– В чем дело?

Нобби посопел и продолжал:

– Есть тут одна загвоздка.

– Говорите.

– Месяц назад кто-то рылся в медицинских архивах.

– Черт!

– Медсестра не может сказать, что там искали.

—Документы не пропали?

– Нет, но их могли скопировать. – Нобби присвистнул сквозь зубы. – Это не сулит нам ничего хорошего. Остается только ждать, чем все это кончится.

Рид обхватил голову руками и застонал. Надо думать.

Первый шаг. Он попросит Нобби разузнать, откладывал ли отец сбережения, о которых они не знали. Может, отец основал нечто вроде фонда на тот случай, если этот... эти другие явятся к нему за своей долей.

Досадно, что их с Лансом бизнес только-только пошел в гору. Сейчас они, как никогда, близки к успеху.

Отец наверняка предвидел такой поворот событий и отложил деньги на всякий случай. Если нет, то... то он понятия не имеет, что делать.

Рид напряг память, пытаясь вспомнить, не интересовался ли кто-нибудь прошлым его семьи. В душу его закралось подозрение. Единственным человеком, проявившим интерес к этой теме, была ведущая телевизионного ток-шоу, приглашавшая на ужин его брата. Ланс сказал, что она расспрашивала его о родных. Эта дамочка любит совать нос в чужие дела.

Вот и Нобби говорит, что дважды звонила женщина. А вдруг это и есть Софи Лэйн? Что ей нужно? Скандал или что-то еще?

Расставшись с Лансом и Ридом, Чейз остаток дня провел в своем офисе, работая над чертежами дома в колониальном стиле, который он проектировал для следующего этапа строительства. Мэдди он звонить не стал. И не брал трубку, чтобы не отвечать на ее звонки.

До смотра осталось два дня. Надо подождать, когда он закончится, и спокойно переговорить с Мэдди. Объяснить ей, что тесное сотрудничество спровоцировало их роман, но теперь, поскольку они больше не работают вместе, надо бы прекратить и... интимные отношения.

Секс, похоть – вот и все, что между ними было. Он не в состоянии любить... никого. В конце концов, на дворе новое тысячелетие. То, что он лишил Мэдди невинности, отнюдь не означает, что он немедленно должен на ней жениться или влюбиться. Она ни словом не обмолвилась ни о браке, ни о любви. В свое время Мэдди даже утверждала, что намерена встречаться со множеством мужчин. Алюбовь... Что он знает о ней кроме того, что это просто слово из шести букв? Это слово ни разу не звучало из уст тех, кто должен был его любить. Мэдди знает, что муж из него никудышный.

И все же она выбрала его, он стал ее первым мужчиной. В нем пробудился инстинкт собственника. Она принадлежит только ему. И никогда не будет принадлежать другому... И главное, она ведь первая женщина, к которой он почувствовал нечто большее, чем просто влечение.