Вся правда про эльфов - Елена Ларичева

- Валя, - шепнула Элька, - как же я? Мне еще артефакты прятать. Не просто зашвырнуть подальше, а так, чтобы они долежали до ритуала вызова новых арбитров, и уже потом вернулись в наш мир, как только ритуал уничтожит печати.

- Хм, - защитник обернулся ко мне. - У тебя, запасливый наш, в рюкзачке веревки лежат. Поделись с товарищем.

Я послушно снял рюкзак и извлек два новеньких мотка веревки. Валентин пошептал на них, потрогал тросточкой и удовлетворенно подергал за край. Тот вытянулся, точно резиновый.

- Думаю, длины теперь хватит.

Он связал обе веревки вместе, одним концом обвязал Тихонову за талию, другой примотал к себе на пояс и пообещал девочке.

- Теперь без моего разрешения не разорвут.

А ритуал уже завершался. По приказу главы городских Эля приблизилась к ледяной стене, макнула кольцо в кровь Славика и оставила отпечаток под текстом договора со словами:

- Скрепляю на сто лет.

На другом конце Видящая выпрямилась и протянула руку к ледяной преграде, теперь алеющей кровавыми буквами. Аня медленно высвободилась от удерживающего ее Августа Денисовича и Славика, протянула свою ладонь к ладони Анзив. И лед рассыпался водяными брызгами. А в воздухе засиял текст нового договора.

- Нож! Быстро! - подлетел к нам Славик. - Быстрее, иначе поздно будет!

Валентин нехотя протянул ему клинок. Пока вожди с не слишком довольными физиономиями мяли друг другу ладони, старательно изображая дружелюбие, а Видящие неподвижно застыли, погруженные в транс. Ли-дви-ра достала широкий нож и неторопливо направилась к Ане. Но Славик успел первым.

Зачарованный клинок сверкнул в воздухе, срезал лесной Видящей третий глаз - как будто того не бывало, и по рукоять вошел в ствол тысячелетнего, необхватного дерева.

Продавщица вскрикнула, тряпичной куклой рухнула на землю.

- Ты что, старая?! - взревел Владыка, вырывая свою ладонь из ладони Августа Денисовича.

Ли- дви-ра выругалась, но отступила от по-прежнему ничего не соображающей Анюты.

- Заговор! - выкрикнула лесная . Воины леса выхватили мечи, приготовились защищать своего Владыку. - Вы подло нарушили договоренности! Видящая должна была остаться за нами!

- Увы, - Валентин поднял руку, и нож вырвался из древесного плена, возвратился к хозяину. - Аня, иди сюда.

Девушка качнулась и сделала неуверенный шаг в его сторону.

- Она пойдет с нами! - воспротивился лес .

- Она вызвана заклинанием города , - резко оборвал любые возражения Август Денисович. - Ритуал проведен, договор заключен. Осталось спрятать артефакты и возвратиться к выходу. Не шумите, девочка выведет и нас, и вас.

- Если будет хоть еще одно нарушение, моя армия и армия объединенного леса не остановится ни перед чем! - стряхнул головой лесной князь.

Август Денисович не ответил, подтолкнул Аню в спину и приказал:

- Веди.

И она повела.

Я шел позади древнего интригана и слышал, как он ругал притворившегося старушкой Славика.

- Нашла время мстить! Хоть бы предупредила…

Я оглянулся на Валентина. Элька исчезла из виду. И только натянувшаяся веревка указывала - Тихонова где-то не очень далеко, прячет артефакты - перо в футляре и собственный перстень.

Защитник прибывал в глубокой задумчивости. Его хмурый вид меня не радовал, как и его настороженно внимание к Славику. Я тоже задумался. Моему учителю любой ценой нужно было попасть в "кокос". И без Ани свое темное дельце он не провернет.

Раненая девушка-продавщица пришла в себя и теперь громко стонала на руках одного из лесных воинов. Кровь чародеи остановить смогли, а обезболить что, не в состоянии? Невозможно, ведь слушать!

Мы брели по лесу, напрочь позабыв о брошенных где-то парапланах. Потом изображение леса распалось на отдельные фрагменты, точно сильно увеличенная картинка на мониторе компьютера - на пиксели. Фрагменты повернулись, будто стеклышки в калейдоскопе, сменили цвет и обернулись городом - зимним, снежным, очень знакомым. Я даже ахнул, разглядев колонну Дворцовой площади, томящуюся в граните Неву и еле различимые на фоне снегопада (идущего, кстати, только на другом берегу) шпили Петропавловской крепости.

- Мы уже на Земле? - из дверей Эрмитажа выбежала Элька и вприпрыжку бросилась к нам.

- Тебе холодно? - как бы не в тему поинтересовался защитник.

- Ни сколечко! - призналась девочка.

- То-то же. Очередная иллюзия, мираж.

Эльфы против миража не возражали. Они безропотно шагали по набережной вслед единственной оставшейся Видящей.

А та уже вела нас на мост. Там, среди несущихся сплошным потоком машин прямо по проезжей части брела девушка, поразительно напоминающая Анютку - невысокая, хрупкая, в короткой шубке. Только черные волосы были длинными, вьющимися крупными кольцами.

- Бриана! - вдруг сорвалась с места старуха. Нет, уже Славик. - Бриана, я пришел за тобой!

Умелая иллюзия с молодого эльфа спала, и теперь правнук Денисовича обнимал незнакомую девушку.

Машины проносились сквозь них, не причиняя вреда. Зато Владыки - городской и лесной непонимающе переглядывались. Не ожидали. Вот отчего Славик сюда стремился! Увести из лабиринта чужой Вселенной свою потерянную возлюбленную. Впору умиляться! Но эльфы так не считали, выхватывая мечи и пистолеты.

Успел первым (кто бы сомневался) Валентин. Трость уже стала флейтой. Согретая дыханием защитника, она запела, зазвенела жалобно и печально, набирая силу, постепенно вплетая в рождающуюся мелодию задорные нотки. О, ужас, эльфы затанцевали танец с саблями. Танцевали, бросая разъяренные взгляды на Флейтиста. А тот, зажав инструмент в зубах, обматывал нас веревкой и отстегивал из-за спины скейт.

- Куда мы? - спросил я, поднимая с мостовой потерявшую сознание продавщицу.

- Троллейбусная линия мне здесь нравится, - отозвался защитник. - Влезайте. Аню вперед.

Эльфы еще плясали, когда мы зацепились за провода и помчались подальше от этих горячих парней, вооруженных колюще-режущими предметами.

Улицы таяли, изменяясь. Кажется, я узнал родной город. Нет, уже не он. Что здесь делают китайские пагоды? А высоченные небоскребы? А убогие соломенные хижины? Местность менялась, но постоянным оставалось одно - троллейбусная линия. Ее провода, протянувшиеся высоко в небе.

Валентин вложил в руки Анюты трость и поддерживал сестру за локоть для надежности.

- Домой, девочка, - подбадривал он ее. - Ты одна знаешь, где он!

Мы с Элей с трудом сдерживали норовящую завалиться Анзив, безмерно тяжелую на такой скорости.