Вся правда про эльфов - Елена Ларичева

Уплотнение при ближайшем рассмотрении формой походило на кокос, весь оплетенный энергетическими струнами. Оплетенный, точно кровеносными сосудами, он пульсировал и дрожал. Я выжал рычаги до упора, замедляя бег корабля подле узкого, похожего на червоточину отверстия.

На плечо мне легла ладонь Валентина. Защитник задумчиво произнес:

- Похоже на паразита, пьющего энергию Земли. Теперь понятно, отчего чародеи и даже маги были неспособны выбраться оттуда.

- Почему? - шепотом спросил я.

- Сдается мне, это неразвившийся мир. Зародыш, так и не ставший полноценной Вселенной. Тысячелетия он летел сквозь космос, пока не был захвачен притяжением Земли, зацепился, прижился. Подозреваю, там внутри лабиринт. Ваши дражайшие эльфы проведали о нем и приспособили под свои нужды.

Я пригляделся, и тихо вздохнул. "Зародыш" впечатлял. Энергетические нити свисали с него густыми кудряшками, потемневшими до цвета ржавчины. Некоторые отростки Пути пытались проникнуть в лаз. Они утолщались, напоминая древесные корни, бессильно цеплялись за порог, но от чуждой энергии чахли, обрывались или завязывались в узлы, поворачивали обратно - к свету родного мира…

- Прибыли!

- Наконец-то!

- Долго-то как в этот раз! - доносились сзади недовольные голоса пассажиров.

- Хоть бы поблагодарили, - нахмурилась Элька, наблюдая, как от корабля к лазу выдвинулся металлический мостик, как подчиняясь пассам магов, взмывают в верх ящики со снаряжением.

Главы города и леса выжидающе смотрели на сестру, ибо теперь пришла очередь Ани вести наш отряд вглубь несостоявшейся Вселенной.

- Тебе стеречь порог, - обернулся Август Денисович к Валентину. На что защитник молча вытряхнул из рукава раздобытый у лесных свиток и ткнул пальцем в закорючки рун.

Пожилой эльф скуксился, дернул щекой, но настаивать на своем не стал. Понял - Флейтиста не переубедить.

И мы пошли по гулкому металлическому мостику, ступили на неожиданно мягкий пол поверхности "кокоса" (под подошвами ботинок он прогибался и слегка пружинил). И углубились в темноту "червоточины", озаряемые желтовато-зелеными эльфийскими огнями.

Я увидел открывшийся вид самым последним, ибо плелся в хвосте процессии. Мы стояли на скалистом уступе - на самом обрыве. По обе стороны распахивала каменные крылья выстроившаяся полукругом горная гряда, чьи вершины терялись в бесконечности неба необычного персикового цвета. Внизу - далеко-далеко - ощетинивались выветренные зубцы скал. Они мельчали по мере удаления от основного массива и заканчивались у небольшой, но полноводной речушки, за которой поднималось цветущее разнотравье убегавшей за горизонт степи. Далеко на западе (если в "кокосе" есть понятие сторон света) наползали на алый солнечный диск синие горбатые тучи, истекающие дождем. Слишком яркие краски, чтобы быть реальными. Даже разбрызганные по небу стаи птиц казались ненастоящими.

- Как мы спустимся? - Эля решительно растолкала эльфов, взглянула вниз, фыркнула и озвучила свое мнение. - Только убиться.

Эльфы ее точку зрения не разделяли, недаром слевитировали за собой многочисленные деревянные ящики. Они споро распаковали один из них, выудили парашюты, разложили их по дну пещеры.

- Там же внизу скалы, - ужаснулся я, представляя, как полечу вниз. Будет из меня отбивная…

- Это парапланы с мотором, коротко - парамоторы, - поправила меня разбиравшаяся в летных делах Тихонова. - Взлетит сам и никаких скал не испугается. Высоты пещеры для раскрытия купола хватит. Длины и ширины для старта тоже. Вот только ветер…

Ветер у эльфов нашелся. Едва образовался первый тандем - Анюта и Август Денисович - чародеи устроили нам продувку. Купол с хлопаньем развернулся, заполнил собой все пространство позади взлетавших. Жужжа, они устремились на уступ. Миг - и тканевый прямоугольничик с повисшими на веревках людьми уже маячит далеко внизу…

Следующими стартовали лесной Владыка вместе с продавщицей. Затем пробрался всезнающий Валентин, отказавшийся от посторонней помощи и прихвативший с собой Эльку. Меня взяла в компанию мать Денисовича. И я поразился ее сноровке. Точно всю жизнь летала. Вот карлсониха, понимаешь!

- Вы знали, что будет пропасть? - не выдержал, спросил я, когда меня пристегивали.

- У нас комплекты водолазного снаряжения на каждого, надувные лодки, огнеупорные костюмы и еще много всякого. В таком месте никогда нельзя быть уверенным окончательно, что повстречаем в пути, - ответила обучавшая меня чародейка Марта, застегивая очередной ремень.

Старуха тоже обернулась ко мне и хмуро посоветовала:

- Хочешь выжить, слушай меня.

Я поморщился, но тут же получил от нее подзатыльник. А потом мне в лицо ударил порыв ветра, за спиной зажужжал моторчик. Начинается. Ой, мамочка, не дай прослыть трусом!

Прыжок вниз я не заметил, малодушно зажмурив глаза. Ветер со всей силы хлестнул в лицо, заставив захлебнуться собственным воплем. А впереди белели еле различимые полоски стартовавших ранее парапланов.

Едва первый страх улегся, мирный пейзаж под нами изменился - быстро, всего за один удар сердца. Куда подевалась степь с притаившимися дождливыми облаками? Где спряталась горная гряда, которую мы покинули, точно выводок драконят?

Внизу вспучилось море - черное, рокочущее, брызжущее пеной и шипящее проклятья в адрес непрошенных гостей. Я немедленно вымок и продрог - до зубной дроби. Даже в полете по Пути не было столь холодно.

Губы растрескались. Глаза слипались от ветра и хлещущих слез. Пальцы примерзли к стропам. В уши словно вылили по ведру воды в каждое. Как выразилась бы Элька: "Полный кошмарняк!"

Старуха разделяла мои взгляды, но ругалась гораздо заковыристее, совсем не подобающим для ее возраста и статуса образом. Хотя, кто ее знает, эльфийку стародавнюю. Может, это опыт жизненный наружу вырывается.

Когда я окончательно приготовился превратиться в звенящую ледяную статуэтку, море исчезло, и начавший терять высоту параплан устремился к мирной деревушке. На лугу флегматично разжевывали алые шарики клевера пятнистые буренки, за сараями играли чумазые детишки. Хоть бы один задрал голову! Можно подумать, у них тут эльфийские чародеи с неба дважды в день падают по расписанию.

- Приготовься, - скомандовала старуха,- посадка будет жесткой.

И мы упали. Причем, раньше, чем я ожидал. И не на траву, не на соломенную крышу. А на бетонные плиты. Повозка проехала пяток метров и со скрипом затормозила не без участия магии проворной старухи.

С помощью бабки я выпутался из ремней и только тогда смог оглядеться. Здание, а вернее, комплекс зданий, на который мы приземлились, оказался собранным из огромных бетонных колец разного размера. Широкими террасами они уходили вниз, громоздились вверх - теряясь в окружавшей нас тьме. Свет шел только от плит, вернее, от покрывавшей их краски. Там, где она облупилась, зияли пятна черноты. Что находится вокруг - понять было невозможно. Все сооружение сильно смахивало на пирамидки, которые я обожал строить в детстве из круглого крекера.