Грани матрицы - Евгений Гаркушев

В странствиях по Сети меня часто сопровождал хакер по кличке Буравчик. Познакомились мы почти случайно. Я его нанял, чтобы не зависеть от хакеров, связанных с террористами. Доверяй, но проверяй. Чем меньше соратники будут знать обо мне и моих делах, тем лучше.

Мы с Буравчиком подписали стандартный хакерский контракт. Абонентская плата за прикрепление, плата за возможность постоянного вызова, бесплатное время и количество бесплатных консультаций, ночная надбавка. Как он объяснил мне позже, похожие контракты составляли все. Но отношения наши быстро вышли за рамки чисто деловых.

Иногда мы созванивались, чтобы поболтать. Мне были интересны его суждения, а он почему-то заинтересовался мной, хотя я о себе почти ничего не рассказывал. Сказал только, что родился давно, а в Сеть вышел недавно. Может быть, именно это вызвало его любопытство? Продвинутый старичок, который открывает для себя Интернет?

Можно сказать, что за несколько дней мы даже подружились – если можно подружиться с человеком, которого ты живьем ни разу не видел и не слышал и который живет в Нью-Йорке. Буравчик сам признался в этом, и такое признание дорогого стоило – о своем местопребывании хакеры распространяться не любят. Он учился в американском университете, хотя сам был из России. В Сети, будучи классным специалистом, Буравчик подрабатывал.

На третий день, когда мы в очередной раз пытались взломать локальную сеть «Института К», нам сказочно повезло. Буравчику через «пейджер» начальника охраны, досье на которого вместе с электронным адресом мы выкрали в одном из специальных магазинов, удалось подключиться к охранной системе. В результате сотни экранов стали показывать нам разные помещения.

«Пейджер» господина Позднякова – точнее мобильный компьютер с ограниченными возможностями – жалобно пищал, то и дело сообщая, что он не рассчитан на перекачку таких больших объемов информации. Но это нас ничуть не волновало. Пусть хоть сгорит – лишь бы успел сообщить нам что-нибудь путное.

Мы спешно осматривали помещения. Буравчик надеялся найти открытый журнал с важными записями или подсмотреть через плечо программиста, как тот набирает пароли. Я помогал ему. И вдруг увидел на мониторе себя самого. Точнее, мужчину в бежевом свитере, с любопытством глядящего прямо в камеру слежения.

– Буравчик! – срочно вызвал я своего товарища. – Переключись на мой канал!

– Есть, – коротко ответил хакер.

– Это – человек, которого мы ищем. Мой клон.

Буравчик на другом конце провода нерешительно помедлил.

– И что?

– Нужно подать ему знак.

– Это нелегко. А что ты, собственно, хочешь ему сказать?

– Пусть убирается из этого института. По-моему, это решит массу проблем.

– Пиши письмо. Мы выведем текст на телевизионный экран. Он сейчас как раз смотрит телевизор, – заявил хакер.

А я – то все думал, с какой стати он пялится в камеру слежения? Оказывается, она была совмещена с телевизионным экраном. Точнее, замаскирована под какую-то кнопку или окошко дистанционного управления. Или спрятана в динамике.

Я быстро набил на портативной клавиатуре:

– Воронов, беги оттуда! Беги в город!

Вы скажете, глупо называть себя по фамилии. Но откуда клон мог знать, кто к нему обращается? Как бы иначе он понял, что послание обращено именно к нему? А растолковывать смысл послания я не стал. Рано, да и некогда. Пусть лучше узнает все сам.

Меня бы такое письмо, появившееся на экране телевизора, заставило задуматься. Надеюсь, то же самое произойдет и с моим двойником.

– Переслал. Он мог наблюдать твое послание в течение трех секунд, – отрапортовал Буравчик.

– Да, прочитал, я вижу, – ответил я, наблюдая за реакцией человека, так похожего на меня. – В городе, вообще говоря, можно скрыться?

– Без проблем. Если есть деньги и идентификатор. И немного мозгов. В этом случае даже идентификатор не очень нужен.

– А мы сможем сделать для него идентификатор?

– Конечно, – ответил Буравчик. – Если ты пожертвуешь на это рублей триста.

– Пожертвую. И денег ему нужно перевести.

– Тоже проблем нет. Только на какой счет?

– Нет расчетных карточек на предъявителя?

– Почему нет? Есть. Только нужен пароль. Придумай пароль, который известен только вам двоим, и смело перечисляй на счет деньги. Практически любую карточку для этого счета сможешь получить в любом банкомате.

– Отлично.

В этой игре надежный союзник мне бы очень не помешал. А кто, как не я сам, может им стать? Так что я больше всех заинтересован в том, чтобы моего двойника не поймали. Чтобы он жил с максимальными удобствами, имел возможность купить необходимое оборудование и помочь мне. Стало быть, нужно снабдить его документами и средствами, пока он сам не в состоянии их раздобыть.

Я умел открывать счета – наука нехитрая. Буравчик показывал мне, как обращаться к сервисными программами банков, чтобы я распределил свои триста тысяч с наименьшим риском. И чтобы они приносили доход.

Обратившись на сервер одного из самых уважаемых банков, я перевел им тридцать тысяч и назвал пароль: день, месяц и год, когда поломал в детстве ногу. Я эту дату помнил прекрасно, мой двойник тоже должен был помнить. Нас ведь восстанавливали с одной матрицы сознания!

Теперь нужно подумать, как передать идентификатор и карточку. С архитектурой современной Москвы я знакомился, путешествуя по Сети. Сейчас я быстренько вошел в программу реального слежения за улицами города. Осмотрел небольшую площадь перед станцией метро «Алексеевская» – нашел эту станцию по схеме. Я ездил туда по делам незадолго до того, как отправиться на день рождения к Леониду и появиться здесь. И покупал ананас.

Помнил о станции и ананасе я – должен помнить и мой двойник. Какие еще воспоминания связаны у меня с этим метро? Жажда и ледяная газировка. Банку из-под которой я выбросил в урну.

Как это ни смешно, через пятьдесят лет урна стояла на том же месте. Ну, наверное, не та самая урна. Но я был уверен, что в той же нише под стеной станции. Я видел ее через камеру, предназначенную для встречающих пассажиров. И, естественно, для работников спецслужб.

Буравчику я доверял, но решил, что даже его посвящать в детали совершенно незачем. На клавиатуре я набил следующий текст:

– Карточку с деньгами найдешь там, где покупал ананас во время своего последнего приезда в Москву. Под днищем мусорной урны. Код активации соответствует дню, когда ты сломал ногу.

– Передай, – попросил я хакера.

Тот зашелестел на своем конце провода, и через минуту я увидел интерес в глазах двойника. Он прочел надпись. Поехал бы я на эту станцию? Конечно, поехал бы. Не сразу, но, скажем, на следующий день.