Последний кит. В северных водах - Ян Мак-Гвайр

– Я ведь еще не свистнул, – говорит ему Дракс.

– А я и не собирался дожидаться твоего гребаного свиста.

Дракс внимательно смотрит на него и кивает.

– Ситуация изменилась. Я должен показать тебе кое-что.

– Что ты хочешь мне показать?

Дракс опускает спальный мешок на снег, развязывает его и показывает внутрь.

– Посмотри, что у меня там, – говорит он, – а потом расскажешь, что увидел.

Кэвендиш замирает на мгновение, недоуменно качает головой, потом делает шаг вперед и наклоняется, чтобы заглянуть в мешок. Дракс подкрадывается к нему сбоку, хватает его за волосы, задирает ему подбородок и одним взмахом фленшерного ножа перехватывает дыхательное горло. Кэвендиш, внезапно онемев, зажимает обеими руками страшную рану на горле, словно надеясь заставить ее затянуться, и падает на колени в снег. Еще несколько мгновений он судорожно пытается ползти вперед, словно кающийся грешник, разбрызгивая кровь из чудовищной раны на шее, затем падает лицом вниз, содрогаясь в конвульсиях, как вытащенная на берег рыбина, и, наконец, замирает окончательно. Дракс переворачивает его на спину и начинает методично обшаривать карманы пальто Браунли.

– Это была не моя идея, Майкл, – говорит он ему. – Это все ты придумал.

Глава 20

Снаружи еще темно, когда они находят тело старшего помощника, распростертое в снегу, с раскинутыми в стороны руками и ногами, замерзшее до чугунного звона. На горле у него зияет чудовищная рана, а грудь залита застывшей кровью. Поначалу они решают, что его убили эски, но вскоре обнаруживается, что мертвы и оба эска, и только тогда кто-то замечает, что Дракс исчез. Пока на них снисходит осознание случившегося, они застывают на месте, будучи не в силах осмыслить мир, скрывающийся за этими событиями. Они смотрят на Кэвендиша, мертвого и покрытого коркой превратившейся в лед крови, словно ждут, что вот сейчас он вновь заговорит с ними и предложит в последний раз выслушать невероятную версию своей собственной безвременной кончины.

Через час, под командой Отто, они хоронят Кэвендиша в неглубокой, вырытой ими траншее на самой оконечности мыса и заваливают его тело валунами и скальными плитами, отбитыми с поверхности утесов. Поскольку эски являются язычниками, вследствие чего их похоронный ритуал представляется загадочным и смутным, они оставляют их там, где нашли, предварительно завалив вход в снеговой дом и обрушив сверху крышу и стены, соорудив, таким образом, временный и грубый мавзолей. Как только с этой работой покончено, Отто зовет остальных в палатку и предлагает им соединить свои голоса в молитве о ниспослании милости Божией им самим в их нынешних тяготах и душам недавно усопших. Несколько моряков преклоняют колени и опускают головы, другие же просто вытягиваются во весь рост на полу или садятся, подобрав под себя ноги, и почесываются, словно человекообразные обезьяны. Отто закрывает глаза и запрокидывает лицо кверху.

– Господи всемогущий, – начинает он, – помоги нам уразуметь наше предназначение и милость твою. Сохрани нас от тяжкого греха отчаяния.

Пока он говорит, в центре палатки по-прежнему коптит лампа с котиковым жиром. Тонкая струйка черного дыма, завиваясь колечками, поднимается от нее к потолку, откуда срываются тяжелые капли воды в том месте, где полудюймовый слой внутреннего льда подтаял под воздействием тепла.

– Не дай нам поддаться злу, – продолжает Отто, – и дай нам веру в провидение твое даже в этот час нашего смятения и страданий. Не дай нам забыть о том, что это твоя любовь сотворила сей мир и поддерживает его в каждый миг.

Кузнец Уэбстер гулко откашливается, высовывает голову из палатки и сплевывает на снег. Мак-Кендрик, стоя на коленях и дрожа всем телом, начинает тихонько плакать, и его примеру следуют кок и один из шетландцев. Самнер, испытывая легкое головокружение и тошноту от комбинированного воздействия страха и голода, пытается сосредоточиться на проблеме кандалов. Поскольку Дракс не мог совершить три убийства кряду со скованными руками и ногами, следовательно, он должен был освободиться заранее, думает он, вот только как ему это удалось? Или ему помогли эски? Или это сделал Кэвендиш? Но зачем кому-то помогать в побеге такому человеку, как Дракс? И, если ему помогали все трое, то почему они теперь мертвы?

– Обереги и направь души недавно усопших, – говорит Отто. – Защити их в странствиях через другие миры и пространства. И помоги нам никогда не забывать о том, что мы остаемся частью твоего великого таинства, что ты никогда не оставляешь нас, даже когда мы не видим тебя или когда принимаем твое присутствие за проявление чего-либо малозначительного, ты всегда рядом с нами. Благодарим тебя, Господи. Аминь.

И моряки грубыми и хриплыми голосами повторяют «аминь» вслед за ним. Отто открывает глаза и оглядывается с видом крайнего удивления на лице, словно не понимая, как он здесь оказался. Он предлагает исполнить псалом, но не успевает он начать, как его перебивает Уэбстер. Кузнец выглядит взбешенным, и его темные глаза светятся горьким ожесточением.

– Среди нас жил сам дьявол, – выкрикивает он. – Он сам, и никто иной. Я только что видел следы его ног на снегу. Раздвоенное копыто, знак Сатаны. Я видел его собственными глазами.

– Я тоже видел его, – подхватывает Мак-Кендрик. – Похоже на следы, которые оставляют свиньи или козы, вот только в этой Богом забытой дыре не водятся ни козы, ни свиньи.

– Не было никаких следов, – возражает Отто, – и знаков тоже, за исключением тех, что оставили собаки. И единственный дьявол – тот, который сидит внутри нас. Зло – это отказ от добра.

Уэбстер упрямо качает головой.

– Дракс – это и есть Сатана во плоти, – говорит он. – Он – не человек, как ты или я, он просто выглядит им, когда ему это надо.

– Генри Дракс – никакой не дьявол, – терпеливо повторяет Отто, словно разъясняя глупейшее заблуждение. – Он – мятущаяся душа. Я видел его во сне и даже разговаривал с ним много раз.

– Вон там, снаружи, лежат трое мертвых людей, которые перешивают твои гребаные сны, – заявляет в ответ Уэбстер.

– Где бы он сейчас ни был, здесь его нет, – успокаивающе говорит Отто.

– Да, но куда он исчез? И откуда нам знать, что он не вернется?

Отто качает головой.

– Сюда он не вернется. Что он здесь забыл?

– Дьявол ведет себя так, как хочет, – упорствует Уэбстер. – На то он и дьявол.

Возможность возвращения Дракса повергает моряков в панику. Отто пытается успокоить их, но они его не слушают.

– Нужно уходить отсюда, – заявляет Уэбстер, обращаясь ко всем сразу. – Мы должны найти стойбище эсков, а они отвезут нас на китобойную факторию янки на острове Блэклид. Там мы будем в безопасности.