Заговор - Май Цзя

Эх, отец… Была ли у тебя счастливая старость? Сегодня, когда я решила рассказать твоему единственному другу об обстоятельствах твоей жизни в последние годы, вдруг почувствовала, что это мучительно. Я только начала письмо, а мне уже трудно продолжать, сердце болит. Как бы мне хотелось все забыть, мои чувства не в состоянии вынести эти воспоминания. Но я – твоя дочь, и я хочу, чтобы твой друг понял тебя, узнал тебя, по-настоящему понял и узнал. И только как следует узнав о твоих последних годах, можно действительно понять всю твою жизнь. Какой горькой была твоя старость…

День второй.

С того момента, как он пресытился разведением цветов и трав, прошло примерно два месяца, отец все так же ничего не делал, пребывая в унынии. Он часто сидел, скрючившись, на диване, курил и кашлял. Не знаю почему, но в тот период времени его здоровье особенно пошатнулось, постоянно напоминала о себе его хроническая болезнь гипертония, давление становилось все выше, однажды даже поднялось до двухсот, а обычно держалось на ста шестидесяти, что было очень утомительно. К этому прибавился еще и трахеит, он кашлял так, что сотрясалось все вокруг, но это, несомненно, было связано с тем, что он слишком много курил. У него и так-то была ужасная страсть к курению, он в день выкуривал минимум по две пачки, а в те дни из-за скуки делал это еще чаще, одна сигарета исчезала моментально. Мы пытались уговорить его курить поменьше, а он отвечал, что тратит на это свои деньги, а не наши, и мы прямо-таки не знали, что ему на это отвечать. Говорят, он несколько раз обращался к главе его бывшей организации с просьбой восстановить его в должности и позволить вернуться к работе, но согласия не добился. Наверное, он этими своими просьбами надоел начальству, потому что однажды начальник управления Ван пришел ко мне и попросил, чтобы мы что-нибудь придумали и как-то наладили жизнь отца. О Боже! Он считал, мы этого не хотели?! Мы и думали, и все усилия прилагали, но все было бесполезным.

Наступила зима. Однажды вечером после ужина отец так же уселся на диван и начал курить. Дым вырывался из его рта и ноздрей, словно воздух его души, он заполнял собой комнату, усугубляя гнетущую атмосферу. Он окутал и нас, мы почувствовали волнение, как будто что-то сделали не так и вызвали вспышку гнева у отца. Абин включил телевизор в надежде, что показывают программу, которая нравилась отцу. В это время там как раз шел курс лекций про китайские облавные шашки56, черные и белые фигуры, как жуки, расползлись по доске. Ведущие – мужчина и женщина – рассказывали и одновременно показывали, как играть. Человек несведущий точно запутался бы. Абин обожал облавные шашки. Увидев эту программу, он инстинктивно уставился в экран. Мне тоже стало интересно (Абин научил меня играть), но разве понравится это отцу? И я попросила Абина переключить канал. Он вопросительно взглянул на отца, тот сидел прищурив глаза, с выражением скуки на лице, тогда Абин спросил, будет ли он смотреть, но отец не обращал внимания. Но когда Абин переключил канал, отец заявил, что хочет смотреть то, что только что было, казалось, он до этого не слышал вопроса сына. Тот переключил канал обратно, отец спросил, что это за шашки. Брат ответил и вкратце рассказал основные сведения об облавных шашках. Отец выслушал, ничего не сказал, лишь продолжал смотреть передачу и спокойно досмотрел ее до самого конца.

На следующий день в то же время отец снова сел смотреть цикл лекций, и даже казалось, что ему это пришлось по вкусу, он сосредоточенно вглядывался в экран и что-то обдумывал. Я спросила, понимает ли он, о чем там рассказывают, а он предложил сыграть одну партию. От неожиданности я даже не сразу отреагировала. Я играла так себе, но, для того чтобы справиться с отцом, который то ли понимает, как играть, то ли нет, этого должно было хватить с излишком. В начале игры Абин встал рядом с отцом, чтобы, если что, подсказать ему. Поначалу отец охотно принимал его помощь, но после того, как Абин показал несколько приемов, запретил ему это делать со словами, что справится сам. И хотя он играл медленно, подолгу обдумывая каждый ход, каждый его шаг отходил от общепринятых норм, в его ходах отсутствовала связность, и казалось, что он потерпит сокрушительное поражение. Однако, когда я дошла до середины доски, мы с Абином замерли в изумлении: ситуация, которая только что казалась непонятно какой, внезапно обрела выразительность. Это было странное расположение фигур, но отец начал давить на меня, запутывать, мне даже пришлось тоже замедлить темп, размышляя над каждым ходом. Вскоре я обнаружила, что перехватить инициативу обратно получается с великим трудом, отец шаг за шагом окружал меня без каких-либо прорех, в итоге я не знала, куда поставить шашку. Отец, с одной стороны, перекрыл мне кислород, откусывал мои позиции, перерезал их, блокировал. И хотя делал он это с трудом, скованно, но непреклонно и непоколебимо. А с другой стороны, казалось, что у отца есть заранее намеченный план, который он претворяет в жизнь; он старался его скрыть и делал это настолько искусно, что в итоге я оказалась окружена со всех сторон. Ситуация на доске постоянно менялась, черные и белые шашки смешивались между собой, из них складывался особый узор, мне становилось все сложнее и сложнее перехватывать преимущество, каждый ход вызывал массу сомнений. В конце игры стало очевидно, что преимущество на стороне отца, но, возможно, он так хотел победить, собирался захватить один из моих незанятых пунктов, что в результате потерял несколько своих. Он использовал всяческие уловки, нападал со всех сторон, пытаясь вернуть выигрышное положение и спасти ситуацию, но все-таки не обладал такой силой. Первая партия завершилась, отец проиграл мне.

Но второй раз он обыграл меня.

Потом мы сыграли еще три партии, и отец каждый раз обыгрывал меня со все возрастающей легкостью, а в последней партии я даже до центра доски не смогла дойти. Потом Абин взялся за дело, они сыграли семь партий подряд, результат был такой же, как и у меня, – Абин смог выиграть только первую, а последующие шесть проиграл. Представляете, отец, который еще пару дней назад вообще не знал, что такое облавные шашки, в мгновение ока оставил нас с Абином в дураках. То, как он играл, поразило нас.

На следующий день Абин отправился к себе на работу и пригласил мастера игры в шашки, который был на уровень выше самого Абина, поэтому, когда они играли, он всегда просил фору в два хода, только тогда они могли меряться силами. Был солнечный день после прошедшего накануне снегопада, который пришел внезапно и быстро завершился, а мир неожиданно стал простым – нежно-белым. Следует сказать, что это действительно был лучший день для игры в шашки дома. Во время первой партии отец начал играть не слишком хорошо – не прошло и двадцати ходов, как он убрал шашки и признал поражение. Не знаю, разбираешься ли ты в шашках. Тот, кто понимает, знает, что признание поражения в самом начале игры – это непривычный образ действий. В древности было такое выражение: «По девятой шашке узнают победу или поражение». Оно пришло из одной истории. Когда-то жил известный игрок в шашки по имени Чжао Цяо. Он исходил вдоль и поперек все горы и перешел все реки, обошел всю страну в поисках достойного противника, чтобы выявить, кто лучший. В итоге на берегу реки Вэй у подножия Фениксовой горы он встретил девушку с длинными волосами. Ее муж был в армии, жила она небогато, поэтому ей приходилось зарабатывать на жизнь, играя в шашки на улице. Они сели друг напротив друга и начали схватку. Не успел Чжао выставить девятую шашку, как девушка поднялась и признала поражение, сказав, что она все равно проиграет. Чжао не поверил, а дядя девушки разъяснил, что хотя вся партия будет идти по всем правилам, плавно течь без остановки, как ни крути, результат один – проигрыш. Чжао выслушал и не мог не преклониться перед умом девушки, он попросил ее стать его наставницей. То есть и отец смог за несколько ходов понять, какой будет результат. И это говорит о том, насколько он мог видеть вглубь вещей и представлять всю партию в целом. Поэтому я тогда и подумала, что наш гость обязательно проиграет отцу, потому что, говоря по существу, мастерство игры в шашки заключается в способности видеть на несколько шагов вперед. И действительно, отец выиграл все следующие пять партий. Гость нам не поверил, когда мы сказали, что отец только вчера вечером в передаче увидел, как играть в шашки.

Могу сказать, что способности отца к шашкам были удивительными. Возможно, он с первого взгляда был увлечен ими, влюбился в них. Между ними установилось естественное молчаливое согласие. Их появление спасло отца и оказало нам огромную услугу. Впоследствии в течение длительного времени отец был увлечен шашками, он читал о них книги, искал тех, с кем можно поиграть, жизнь наполнилась смыслом, и он воспрял духом! Кто бы мог подумать, что эта проблема, с которой мы никак не могли справиться, несмотря на все усилия, всего за одну ночь решится просто и легко, подобно тому, как легко бамбук расщепляется от одного прикосновения ножа!