За пределом жестокости (Сборник) - Николай Леонов

– Ну-ка, глянем дальше… – Василий снова ударил по клавише. – Может, еще знакомые лица попадутся?

Он оказался прав. Примерно после десятка кадров, изобилующих всевозможными позами совершенно нагих и чуть прикрытых бельем «фотомоделей», появилось изображение совсем еще молоденькой девчушки, которая с неестественно веселой улыбкой демонстрировала свою анатомию.

– Ну, уж это и вовсе никуда не годится! – Остановив кадр, Алексей стукнул ладонью по столу. – Это ж совсем еще соплячка! Ей всего-то тринадцать. Ее за драки с одноклассницами поставили на учет в детскую комнату милиции. Выходит, он и эту малолетку задействовал? Охренеть!

– Что здесь происходит?! – неожиданно послышался баритон вбежавшего в кабинет Клобукова.

– Смотрим журнал «Веселые картинки»… – Гуров не спеша повернулся в его сторону и строгим, лаконичным жестом распорядился, чтобы тот подошел поближе. – Вы можете объяснить, господин Клобуков, что это за «картинная галерея»?

– Я не понимаю, кто дал право рыться в чужом компьютере? – Баритон Клобукова постепенно начал срываться на фальцет. – Это… это материалы по делу, которое я сейчас самостоятельно расследую в неофициальном порядке. Мне стало известно о подпольной порностудии, существующей в нашем городе, и я решил собрать достаточный объем улик, чтобы… начать официальное расследование. А вы…

– А я вот взял и посмотрел, – Гуров смотрел на него с нескрываемой неприязнью, – и сделал вывод, что поступившая мне информация о тесной связи замначальника жуковского угрозыска Клобукова с местным криминалом полностью соответствует действительности. И мне теперь ясно почему. Уголовникам хорошо известно о его «шалостях» с малолетками, и поэтому он сидит у них на очень крепком крючке. Как говорится, увяз коготок – всей птичке пропасть. В обмен на их молчание он уводит от ответственности наркоторговцев, жуликов, грабителей и убийц. Уверен, что и оперативной информацией приторговывает, как это часто бывает в таких ситуациях. Или я не прав? Прав… Так что, Клобуков, давай не будем играть в невинность. Предлагаю прямо сейчас написать чистосердечное признание. Если не хватает решимости, могу дать послушать записанные мной свидетельские показания на этот счет. Но если и это не убедит, проведем очную ставку с этой девочкой. – Он указал на монитор.

В комнате наступило напряженное молчание. Опера, Алексей и Василий, выжидающе смотрели на своего, может быть, даже приятеля, который вдруг стал подозреваемым. И в чем!.. В том, что даже среди уголовников считается занятием низменным и презренным. Клобуков стоял низко свесив голову. По его лицу пошли багровые пятна. Он молча сделал шаг к столу и буквально рухнул на стул.

– Мне удостоверение сдать? – чуть слышно спросил он охрипшим голосом.

– Безусловно, – последовал жесткий ответ Льва.

Гуров вызвал в кабинет оперов начальника угрозыска и начальника райотдела. И майор, и подошедший следом крупнотелый подполковник вначале никак не могли поверить в то, что старший лейтенант Клобуков, который по райотделу всегда значился в числе лучших, оказался замешанным в делах весьма и весьма неблаговидных. Но поверить пришлось… После того как Клобуков написал заявление о явке с повинной, где перечислил немало эпизодов своего сотрудничества с местными и областными криминальными структурами, Гуров решил его допросить о том, как же на самом деле проводилось расследование причин убийства механизаторов. Деморализованный оглушительным разоблачением, Клобуков выглядел довольно жалко и убого. От его недавнего лоска не осталось и следа. Он признался, что об убийстве механизаторов знал уже тем утром, когда их еще не начали искать. Часов в десять утра на его мобильный позвонил неизвестный и сказал примерно следующее: «Валян, звоню тебе по мандату от Джека. Так вот, у вашей Трофимовки ребята двух колхозников завалили. Надо это оформить, как будто они меж собой не поладили и друг друга кончили. В общем, виноватых нет. Что и как сделать – сам знаешь. Сейчас заверни домой. В почтовом ящике конверт – там гонорар. И не вздумай подвести!»

– И сколько же вам заплатили? – Гуров с нескрываемым презрением смотрел на еще совсем недавно самоуверенно-чванливого «мачо».

– Тысячу баксов… – с трудом выдавил Клобуков.

Далее он пояснил, что с губернским криминальным авторитетом Джеком он связан уже около пяти лет. Тот поймал его на пристрастии к малолеткам, скрытно сняв на видео пьяную оргию в сауне, участником которой оказался не только Клобуков, но и некоторые иные чины районной и областной администрации. С кем именно он тогда кутил, Клобуков говорить отказался наотрез.

– Если я назову хоть одну фамилию, мне и в Бутырке глотку перережут. А здесь я и часа не проживу, – почти шепотом пояснил он.

По завершении формальностей, связанных с задержанием Клобукова, Лев взял служебную машину (на сей раз ему была выделена вполне приличная «пятерка») и отправился по найденным в картотеке адресам. Перед выездом он встретился с начальником местной ГИБДД, которому высказал свои суждения по поводу ночного отморозка, слепящего встречных. Крупнотелый майор, с выражением конфузливой досады на лице, внимательно выслушал Гурова, после чего, надув щеки и издав озабоченное «п-ф-ф-ф-ф…», сдержанно известил:

– Да все, товарищ полковник, этот вопрос, считайте, уже закрыт.

– Хотите сказать, что меры к этому гражданину уже приняты?

– Да к нему сама судьба приняла все необходимые меры. Вчера вечером, будучи пьяным, он слетел с крутого откоса и лишь чудом остался жив. Сейчас в реанимации, под капельницей. Теперь, если и выживет, лихачить уже вряд ли сможет. Помимо побитого черепа, у него еще и поясничный отдел позвоночника – пополам. Ну а на инвалидной коляске, сами понимаете, не порезвишься…

Один из прежних барыг, который в свое время предпочитал скупать краденые золотые украшения, после последней отсидки с конфискацией со своим «бизнесом» покончил навсегда (во всяком случае, утверждал он именно так). Теперь он взялся торговать прессой – в городе у него было два собственных киоска.

Их встреча состоялась у одной из таких торговых точек. Экс-барыга, судя по всему, наставлял, как правильно торговать, новенькую продавщицу.

– Девочек, девочек голеньких на передний план надо выставлять. Вот эти журнальчики… Чего краснеешь? Привыкай! А такие, как тот, где мужик в крови, с финкой в боку, вот с этой стороны. Ну а там вон, по бокам, можно и всякие автомобильные, рыбацкие, охотничьи, детские… – простуженным тенором бубнил гражданин лет пятидесяти с большим гаком, одетый, несмотря на летнюю погоду, в теплую куртку и кепку.

– Юрий Кимович, ну как можно этот срам выставлять напоказ? Тут же и дети постоянно крутятся, – не соглашалась продавщица, симпатичная женщина лет тридцати. – У меня по этой дороге сын ходит из школы. Он что обо мне подумает?! Нет, Юрий Кимович, я на такое не согласна! – напоследок категорично отрубила она, решительно направляясь прочь.

– Ну что ты будешь делать – и эта застеснялась!.. – всплеснув руками, сокрушенно завздыхал тот.

– Правильно сделала, – подойдя к киоску, констатировал Гуров. – Действительно, полнейший срам.

– А… а вы что-то хотите купить? – настороженно оглядев Льва, неуверенно спросил Юрий Кимович.

– Нет, я к вам совсем по другому поводу. Я полковник Гуров, Лев Иванович, из Главного управления угрозыска. Суть вопроса к вам такова. На днях в вашем районе были убиты два жителя села Трофимовки. Как нам стало известно, они намеревались продать неким лицам какую-то очень ценную находку. Но сделка закончилась убийством. Мне известен род вашей прежней деятельности. Обычно люди, занимающиеся нелегальной коммерцией – назовем это так, не склонны убивать свою клиентуру. Как вы считаете, почему такое могло произойти в данном случае?

– Что-то об этом я уже слышал… – Юрий Кимович, выпятив губы, покачал головой. – Но убили тех трофимовских, скорее всего, не марвихеры. Сами понимаете – этот бизнес требует доверия со стороны того, кто несет на продажу незаконно добытый товар. А кто пойдет к марвихеру, о котором недобрая слава? Нет, это, скорее всего, дело рук каких-нибудь беспредельщиков. И не наших к тому же. А что именно, если не секрет, хотели продать мужики?

– В селе многие говорят о том, что они нашли древний клад. Но эта версия под большим вопросом. Более реально то, что они нашли упавший на их глазах метеорит. Но есть ли в ваших краях те, кто скупал бы такого рода диковины?

– Я уже давно ушел из этого бизнеса, давно не видел никого из тех, с кем имел когда-то дело. – Юрий Кимович развел руками. – Как сказал поэт, иных уж нет, а те – далече. Сейчас в этой сфере заправляют совсем другие люди. Я их не знаю. Единственное, что могу вам посоветовать, – потолкаться в губернском центре на Просвирном рынке. Будьте уверены – туда стекается вся информация. Это примерно то же самое, что приснопамятная Хитровка.