За пределом жестокости (Сборник) - Николай Леонов

– Нет… – испуганно мотнул головой густобровый. – Он допытывался только насчет того, кто тут кого крышует. И все…

– Допустим, Джек отпадает. – Гуров вальяжно пыхнул сигаретой. – Кто тогда еще?

– Ну, так-то всякими древностями Чабан промышляет… – робко предположил лопоухий.

– Что за крендель? Не припомню такого… – Лев наморщил лоб, как бы что-то припоминая.

– По паспорту он Шагтаридзе, живет рядом с театром. Любит французский коньяк и русских баб…

В ходе дальнейшего разговора «гости» Гурова поведали достаточно много интересного о жизни местной и губернской криминальной «богемы». Когда, как бы сменив гнев на милость, Гуров с видимой неохотой освободил выход в прихожую, парни, судя по всему не веря своему счастью, едва ли не на цыпочках гуськом потянулись из комнаты. Запирая за ними дверь, Крячко, вышедший проводить «гостей», иронично посоветовал на прощание:

– Бросайте, пацаны, такие вот дела – плохо кончите. Из вас деловые – как из меня римский папа. Лучше вон на базар идите семечками да бабскими трусами торговать. Это вам больше подойдет.

Вспомнив про воду, бегущую из крана, Гуров опрометью кинулся туда. Успел он как раз в тот момент, когда из переполненной ванны на пол потянулись первые струйки, грозящие перерасти в настоящий потоп.

– Что стряслось? – озабоченно спросил Стас, возвращаясь в зал.

– Из-за этих раздолбаев чуть не залил соседей снизу, – сердито ответил Лев, отправляясь на кухню за ковшом, чтобы отчерпать воду. – Мы сегодня имели «счастье» познакомиться с бандой Корявого, с местными пьяными придурками. Нам не хватало еще познакомиться с соседями со второго этажа.

– Слышь, Лева, а ты что, про этого самого Джека уже от кого-то слышал? – остановившись посреди комнаты, поинтересовался Крячко.

– Ничего я не знал и эту кличку слышал в первый раз. Но надо же было создать эффект осведомленности?..

– Ну я бы сказал, эффект оказался самый полный. – Стас уважительно кивнул. – Все-таки хорошо иметь жену-актрису.

– Это почему же? – Гуров недоуменно пожал плечами.

– Ну вот, говорят ведь, что муж и жена с годами становятся похожи друг на друга? Наверное, и способности от одного к другому тоже передаются. От Марии к тебе – актерское дарование, от тебя к ней – сыщицкое… Скажешь, я не прав?

– От комментариев воздержусь. – Сдерживая смех, Лев скрылся в ванной.

Измотанный пережитыми тревогами, сразу после водных процедур Гуров лег спать. Завистливо повздыхав, Стас ограничился горячим душем. Но и это после пыльных полевых дорог было настоящим блаженством. Вскоре раздался его раскатистый храп.

Глава 5

На следующее утро спозаранку к ним примчался представитель районной прокуратуры. Он долго и дотошно расспрашивал о событиях минувшего дня. Заостренность его вопросов была столь специфичной, что Гуров в какой-то из моментов не выдержал их язвительной многозначительности и спросил напрямую:

– Уж не хотите ли вы сказать, что вчера не меня бандиты взяли заложником, а это я взял в заложники ни в чем не повинных людей? И полковник Крячко, применив табельное оружие, стрелял не потому, что ему угрожала реальная опасность, а потому, что ему очень хотелось убить невинную овечку в лице рецидивиста Корявого?

Тот, поняв, что уж очень перегнул по части «объективности», торопливо пояснил:

– Еще вчера вечером прокурор района поручил мне составить подробный отчет о данном происшествии, который бы учитывал все нюансы… В принципе мы могли бы вас официально вызвать для дачи показаний, но, как видите, сами идем вам навстречу и в прямом, и в переносном смысле.

– Это оч-чень радует! – Отхлебывая чай, из кухни выглянул Крячко. – Простите, я был занят завтраком и не слышал, как вы представились…

– Заместитель прокурора Жуковского района Сиротин Илья Владимирович… – с важной многозначительностью представился гость. – Вас что-то еще интересует?

– …Полковник Крячко Станислав Васильевич, – в тон Сиротину с некоторой напыщенностью аттестовался и Стас. – Да, меня интересует…

Лев незаметно для Сиротина быстро сделал ему упреждающий знак рукой. Но Стас и сам не собирался раскрывать все козыри. Ему хотелось лишь несколько сбить спесь с этого уездного индюка в мундире.

– Так вот, меня интересует, как идет следствие по делу об убийстве механизаторов сельхозартели «Заречье»?

– Э-э-э… Так, сотрудниками угрозыска было совершенно достоверно установлено, что эти граждане после совместного распития спиртных напитков и возникшей вследствие этого ссоры, использовав имевшееся у них огнестрельное оружие, нанесли друг другу смертельные ранения. Поэтому уголовное дело было закрыто.

– Это просто блестящий образец здешней дедукции! Я восхищен… А что скажете об убийстве жителя Трофимовки, повешенного неизвестными в лесном массиве?

– Гхм… – Лицо Сиротина несколько перекосилось, его голос заметно осип. – Так… А почему, кстати, вас так заинтересовал этот случай? Это заурядный суицид… Э-э-э… Картина происшедшего была совершенно определенной.

– Согласно одному из положений нашей Конституции, человеческая жизнь определяется как высшая ценность. – Станислав выписал бокалом величественный жест. – А у вас тут… Что кошку машина задавила – и то, кстати, жалко! – что человека повесили. А вот интересно, новогодняя история в той же Трофимовке, когда на льду речки нашли труп девушки, она у вас сомнений не вызвала?

– Они и это сюда приплели! – Сиротин сокрушенно покачал головой. – Да не было там никакого убийства! Распутная девица, напившись до умопомрачения, до белой горячки, устроила стриптиз на льду. После чего свалилась без сознания и замерзла. Что вы собираете всякие небылицы?! Нужно следовать фактам, а не слухам. А факты, как вы знаете…

– …Вещь упрямая!.. – с нарочитой торжественностью провозгласил Крячко. – Ну давайте придерживаться фактов. Если эта «распутная девица» только лишь замерзла, то почему же у нее было перерезано горло и лежала она в луже собственной крови? Это, кстати, не слух. Это свидетельские показания человека, который лично видел убитую. И еще… Говорить гадости об умерших, особенно если те этого не заслуживают, грешно, уважаемый. Девочка та была скромной, непьющей и, как заверили деревенские парни, нецелованной. Зачем же ее посмертно обзывать шлюхой?

– А разве я ее так назвал? – Сиротин нервно дернулся, как бы желая встать.

– По сути – да. – Стас едко усмехнулся. – Вы, пожалуйста, осторожнее… А то клеенка, на которой покоятся подошвы ваших замечательных модельных штиблет, может ненароком юзануть по полу – под ней, знаете ли, еще не успевшая высохнуть кровь «несчастной овечки» Корявого. Не поскользнитесь уж…

– Ё-о-о!.. – Сиротин, позеленев, немедленно убрал ноги с клеенки и, поставив их на пол, вскочил со стула и торопливо направился к выходу. – Ч-черт знает что! – пропыхтел он напоследок, выметаясь из квартиры.

– Я не перестарался? – отхлебывая чай, с невинным видом поинтересовался Крячко.

Гуров, вместо ответа, показал ему поднятый большой палец – молодец!

После спешного ухода Сиротина опера обсудили свои планы на текущий день. Недолго подебатировав, они распределили роли. Лев взял на себя визит в местный райотдел и ознакомление со скоропалительно закрытым делом об убийстве жителей Трофимовки. Кроме того, взяв в картотеке адреса местных барыг (скупщиков краденого) и встретившись с ними, он собирался выяснить, кто и почему мог пойти на убийство селян. Стас же прямо с утра решил отправиться в губернский центр, чтобы объехать людей из списка, составленного Хомяковой, и, насколько это получится, проработать тамошнее криминальное сообщество.

Зайдя в местный райотдел милиции, Гуров навестил начальника уголовного розыска. По-негритянски курчавый майор с удивлением воспринял просьбу столичного гостя ознакомить его с уже, как ему казалось, навсегда закрытым делом.

– Кстати, кто именно занимался осмотром места происшествия? – Своим вопросом Лев усугубил недоумение майора.

– Вы считаете, наш сотрудник сработал непрофессионально? – Склонив голову набок, майор даже слегка втянул ее в плечи, как бы этим говоря: ну, вы, братцы, офигели! – Расследование гибели жителей села Трофимовка проводил мой заместитель, старший лейтенант Клобуков. Давайте вызову его сюда. Попытаемся разобраться.

Он поднял трубку телефона внутренней связи и, дождавшись ответа на том конце провода, с оттенком уязвленного самолюбия в голосе сокрушенно выдохнул:

– Валентин, зайди ко мне. Захвати с собой материалы дела о трофимовских механизаторах. Да, да, именно эти. Да вот прибыл товарищ из Москвы, который считает, что мы тут совершенно не ловим мышей. Давай, ждем.

– Ну насчет того, что вы «не ловите мышей», я как будто не говорил. Но в целом вы правы – результаты вашей работы не впечатляют. Только по одной Трофимовке мы с товарищем выявили четыре тяжких преступления, совершенные в этом году, дела по которым были необоснованно закрыты. В вашем районе более двух десятков сел. Это сколько же уголовщины безнаказанно творится у вас ежегодно?!