За пределом жестокости (Сборник) - Николай Леонов

– Что будем делать с нашими, так сказать, коллегами? Я имею в виду, здешнего участкового и Клобукова.

– Ну что будем делать? Поставим в известность собственную безопасность и областную прокуратуру. Им и карты в руки – пусть занимаются.

– Принято! – объявил Крячко, размашисто загибая последний гвоздь. – Так, Лева, на твою койку не претендую – лягу вон на том диванчике. Но одеяло заберу – не обессудь! Ну что, пойдем на кухню, перекусим?

– Нет, я уже поужинал в ресторане… – отмахнулся Гуров. – Кухня, конечно, не ахти, но, надеюсь, желудок с их стряпней все же справится.

Неожиданно в его кармане заурчал мобильник.

– Кто это там на ночь глядя? – Лев недоуменно достал телефон и мельком взглянул на монитор, на котором высветился незнакомый номер.

– Андрей Тимофеевич, это я, Жюли… – Голос недавней собеседницы Гурова был преисполнен беспокойства и даже тревоги. – У вас все в порядке?

– Да вроде бы… А что случилось?

– Один, скажем так, знакомый мне только что похвастал, что какие-то здешние крутые ребята собираются пощипать этого, как он назвал, «лорда с московской помойки». Поэтому будьте настороже… Мне очень не хочется, чтобы с вами случилось что-то плохое.

– Большое вам спасибо. Я обязательно это возьму на заметку. Было очень приятно услышать ваш голос…

– О-го-го! А вот это уже интересно!.. – Стас с хитрой ухмылкой воззрился на Гурова. – Это чей там голос тебе приятно было услышать? Про Марию можешь не говорить – я уже догадался, что это была не она.

– Ты догадался совершенно правильно. – Лев невозмутимо улыбнулся. – Это была не Мария. Это некая Жюли, девушка из ресторана «Хай форм». Когда я ужинал, она пришвартовалась к моему столику, и, согласно логике поведения того, кого я изображал, я был просто обязан ее «снять». Ну а потом мне удалось придумать удачный вариант побега, чтобы, не вызывая ненужных подозрений, свалить из этого кабака.

– Симпатичная? – С азартным блеском в глазах Крячко продолжил свои расспросы.

– Более чем… Думаю, ты бы не устоял.

– А ты, великий наш однолюб, собрав все свои силы воедино, решительно отверг притязания сомнительной девицы, – с нарочитым одобрением изрек Станислав. – Это достойно восхищения и подражания.

– Во-первых, зря ерничаешь – меня этим не проймешь. – Лев загнул палец. – В этом смысле шкура у меня дубленая. Во-вторых, эта Жюли, надо отметить, не какая-то там примитивная путанка. Это особа непростая. В Японии таких называют гейшами. Как рассказал мне один таксист, она еще и не со всяким ляжет в постель, даже за очень большие деньги.

– А вот это уже интересно… – Стас подбоченился. – С чего бы это вдруг?

– Своей «профессиональной деятельностью» она мстит бывшему жениху, который ее бросил. Между прочим, этот олух снимался в каком-то нашумевшем сериале, в главной роли.

– Ух ты! Познакомиться бы с ней… Я с удовольствием помог бы этой Жюли провернуть настоящую корсиканскую вендетту под одеялом… – Крячко потряс вскинутыми кулаками. – М-да-а-а… Вот ты мне когда-то говорил, что мое жизненное амплуа – своим вниманием как бы высвечивать интересных женщин, которых почему-либо не замечали мужики. Типа, я кого-то заметил, и тут же все кидаются ухаживать за незаслуженно забытой. Ну что ж, может, так оно и есть. Но тогда, выходит, твое амплуа – бегать от красивых женщин, которые непонятно почему липнут к тебе как мухи. А ты, мухоловка, надо понимать, некондиционная – не имеющая липких свойств и потому не выполняющая своих функций. Господи, и что ж все так несправедливо устроено?!

– Если бы я имел склонность к глупым шуткам, я бы сказал: давай намажу тебя бээфом, авось все изменится к лучшему. Ну не знаю я, чем ответить на крик твоей истерзанной души… – Гуров развел руками. – Не знаю!

– Ладно уж… Пойду пожую чего-нибудь. Как говорят студенты, лучшее лекарство от всех болезней – хорошая еда и здоровый крепкий сон. Начинаю первый этап лечения от хандры! – провозгласил он, отбывая на кухню.

– Колонку газовую там зажги, хочу искупаться, – попросил Лев, направляясь к ванной.

– Порядок, можешь приступать, – откликнулся с кухни Станислав.

Лев открыл кран, из которого с шумом ударила струя воды. Неожиданно ему показалось, что раздалось тирликанье дверного звонка. Гуров вышел из ванной и прислушался. Оказалось, он не ошибся – звонок действительно был. Недоумевая – кого это снова принесло, он подошел к двери и негромко спросил:

– Кто там?

– Это я, Жюли, пришла потыкаться… Открой, красавчик, открой!

Голос, доносившийся из-за двери, был явно не женским и звучал ернически-фальшиво. Одновременно слышались чьи-то приглушенные смешки. «Ах, вон оно что! – догадался Лев. – Это те самые, о ком предупреждала Жюли. Ну ладно, ребята, пеняйте на себя…» Он открыл дверь и отступил в глубь прихожей. В квартиру тут же ввалились трое крупных, мордастых парней, явно основательно подпитых. Тот, что зашел первым, с оттопыренными мясистыми ушами, шутовски раскланялся.

– Жюли – это я!.. – фальцетом объявил он.

– Я уже догадался… – чуть заметно усмехнулся Гуров. – Вы – те самые девочки: Маруся, Роза, Рая, из одесского фольклора про пивную на Дерибасовской…

– О-о-о! Лорд с помойки изволят шютить? – кривляясь, заухмылялся лопоухий. – А у нас за такие шютки выбивают зубки!

Все трое дружно загоготали, словно было сказано что-то очень остроумное.

– Ладно… Заходите, располагайтесь, не стесняйтесь… В общем, будьте как дома. – Гуров спокойно направился в глубь квартиры.

– Чё, может, и выпить найдется? – заходя следом за ним в зал, вызывающе поинтересовался заводила.

– Найдется, парни, все тут найдется. – Лев обнадеживающе улыбнулся. – Извините за беспорядок – час назад тут мужика завалили. Вон даже еще кровь убрать не успели. Пришлось клеенкой накрыть…

– Чего?.. – Парни, разом начиная трезветь, переглянулись с тревожным недоумением.

Лопоухий осторожно приподнял край клеенки и испуганно отпрянул.

– Ни …я себе!!! – воскликнул он, озираясь по сторонам. – Кровь, пацаны! Ты чё, мужик, и вправду кого тут завалил?

– Нет, это я завалил, – с хрустом откусывая соленый огурец, объявил Стас, который вышел из кухни с пистолетом на изготовку. – Моему корешу давеча не досталось. Ну а теперь и ему есть кого мочить. Молитесь, орлы, мир вашему праху…

Напуганные бузотеры ринулись к выходу, но бежать было некуда – выход в прихожую загородил Гуров.

– Мужики… мы тут случайно… Просто пошутили… – побледнев как стенка и заикаясь, проблеял лопоухий.

– Да, мужики, вы нас извините… Мы больше не будем… – почти по-детсадовски заканючили его дружки.

– В общем, так, – решительно резюмировал Гуров. – Считайте, что влипли вы по самые помидоры. И теперь у вас есть только одна возможность спасти свою шкуру: жизнь в обмен на информацию.

– Все, все!.. Спрашивайте! Скажем все, что знаем… – угодливо зачастил лопоухий.

– Дело тут вот какое… – Гуров не спеша закурил. – У нас предполагалась сделка с колхозниками из Трофимовки, которые нашли что-то ценное. Но нас опередили другие… Мы их ищем. Они замочили тех мужиков и интересующий нас объект забрали себе. Кто мог это сделать?

– Ну то, что мочила не местная братва, – это точно. Клянусь! – Выпучив глаза, лопоухий судорожно задергал руками. – Если бы кто из наших, мы бы знали. Тут скорее кто-то со стороны.

– А кто мог приехать сюда со стороны? Кто-то из губернских деловых? Фамилии, погоняла, хазы?

– Неделю назад тут крутился чей-то черный джип, – уже увереннее начал излагать лопоухий. – Пацаны говорили, что это Джек просекал обстановку. Ну, типа, куда какие кости кинуть…

– Джек?! – Лев с сомнением покрутил головой. – Не думаю. У Джека, насколько я знаю, совсем другие интересы. Так что зря тень на плетень не наводи – мне правда нужна.

– Да правда, правда, он это был… Я точно знаю, – неожиданно вступил в разговор один из дружков лопоухого, с густыми брежневскими бровями. – Ты, Тош, извини, я тебе про это не стал говорить… В общем, встречался я с ним. Он у меня про здешнюю братву выспрашивал. Но я ему – гадом буду! – ничего такого серьезного расталдыкивать не стал. Так, вокруг да около…

– Охренеть! – Лопоухий ошалело покосился в его сторону. – А почему об этом я узнал только сейчас? Хорош дружбан! Слушай, а может, ты еще и куму пишешь на нас характеристики?

– Ты чё, Тош?! – испуганно отстранился густобровый. – Да я, в натуре, и в голове такого не держал, чтобы своих сдавать!..

– Ну хорош, хорош устраивать тут разборки! – Стас жестко прервал этот диалог. – Вам ща надо думать не о том, кто и с кем трендел, а как отсюда живыми выйти. Про что там еще базарили с Джеком? Он про антиквариат не спрашивал, про всякие такие редкие ценности?

– Нет… – испуганно мотнул головой густобровый. – Он допытывался только насчет того, кто тут кого крышует. И все…