Бакарди и долгая битва за Кубу. Биография идеи - Том Джелтен

Пока дело о торговой марке проходило все судебные инстанции, Пепин Бош изучал, где именно в Соединенных Штатах можно найти подходящее место для строительства завода «Бакарди». Вскоре по прибытии в США он отказался от идеи своего тестя организовать предприятие в Пенсильвании, поскольку в этом штате были слишком высокие налоги на алкоголь. Бош рассмотрел кандидатуры Луизианы и Флориды, однако вскоре решил, что лучше всего строить завод на американской территории Пуэрто-Рико.

Этот восточно-карибский остров обладал такой же давней традицией производства рома, что и Куба, а многие из самых яростных конкурентов «Бакарди» были пуэрториканцы, как несколькими годами раньше выяснил торговый представитель фирмы М. И. Эстрада, объехавший остров верхом. Поскольку остров вошел в состав Соединенных Штатов из экономических соображений, пуэрториканский ром не облагался никакими пошлинами.

Сахар на острове производился в изобилии, а из-за низкой средней заработной платы затраты на рабочую силу были минимальны. Бош посетил Пуэрто-Рико в феврале 1936 года и заверил местные власти, что налоги с завода «Бакарди» с легкостью принесут островной казне миллион долларов в год. Не прошло и нескольких недель, как Американская корпорация «Бакарди» — дочернее предприятие «Бакарди» в США — получила от пуэрториканских властей лицензию на строительство на острове завода по производству рома, и инженеры «Бакарди» вскоре уже устраивали винокурню на заброшенной фабрике в Старом Сан-Хуане.

Однако Пепин Бош не принял в расчет политические настроения пуэрториканцев.

В 1936 году многие из них были разгневаны тем, в какой степени правительство США вмешивалось в жизнь на острове, и им очень не нравилась мысль о том, что на их территории построит свой завод «заграничная» компания. Пуэрто-Рико, как и Куба, долго находился под властью испанцев — до войны 1898 года, после которой верх взяли Соединенные Штаты. Однако пуэрториканцы, в отличие от кубинцев, не сумели отстоять свою независимость, и остров, в сущности, превратился в колонию США — даже с меньшей, чем при испанцах, автономией. На острове был законодательный орган, однако местный американский губернатор мог наложить вето на любые проводимые законы — и часто так и делал. Представители Пуэрто-Рико регулярно подавали в Конгресс США петиции с требованием предоставить им самоуправление, но год за годом получали отказ.

К середине 1930 годов на острове возникло движение меньшинства, которое ратовало за вооруженное восстание как единственный способ добиться независимости. В феврале 1936 года, в тот самый месяц, когда Пепин Бош приехал изучить место строительства, шеф американской полиции на острове был убит двумя пуэрториканскими активистами.

Вашингтонские конгрессмены быстро провели закон, подавляющий дальнейшие попытки Пуэрто-Рико добиться независимости: они пригрозили прекратить всякую экономическую помощь, ввести пошлину на пуэрториканские товары и лишить островитян американского гражданства в ответ на любые шаги к независимости. Однако обещания Соединенных Штатов привели лишь к обратному результату — они подлили масла в огонь пуэрториканского движения за независимость, так что к тому моменту, когда Бакарди были готовы открыть завод, на острове вспыхнуло националистическое восстание. Пуэрториканские предприятия, производившие ром, объединились с местными законодателями, стоявшими за независимость, и провели закон, согласно которому на острове было запрещено производить ром любой торговой марки, кроме тех, которые уже выпускались в Пуэрто-Рико по состоянию на 1 февраля 1936 года. Это постановление, направленное непосредственно против «Бакарди», прошло с комментарием, что его цель — защитить исконное производство рома на острове от «любой конкуренции иностранного капитала».

Юристы «Бакарди» немедленно усомнились в конституционности пуэрториканского закона и заявили, что правительство Пуэрто-Рико не имело права запрещать кубинской фирме использовать собственную торговую марку. В то же самое время Пепин Бош развернул в прессе кампанию, целью которой было показать пуэрториканцам, как много «Бакарди» может дать острову. Большинство пуэрториканских фабрик в то время платили рабочим-мужчинам около двух долларов в день, а женщинам — еще в два раза меньше. Бош пообещал, что «Бакарди» смогут удвоить эти суммы. «Я буду считать, что ничего не добился в жизни, — заявил он местной прессе, — если Пуэрто-Рико не сможет гордиться тем, что построит «Бакарди» на этом острове». Он подчеркнул, что «Бакарди» намерена ежемесячно отправлять в США десять тысяч ящиков рома — больше, чем в силах производить любая другая местная компания. Кроме того, он заявил, что тридцать семь штатов, входящих в состав США, рвутся принять компанию у себя и прикарманить ее налоговые выплаты и ждут не дождутся, когда Пуэрто-Рико откажет «Бакарди». В конце концов юристы «Бакарди» сумели добиться временного судебного запрета на действие закона, и в январе 1937 года компания смогла начать производство рома в Пуэрто-Рико. Однако дело дошло до Верховного Суда США — и лишь после этого антибакардийский закон был наконец отменен и пуэрториканское отделение компании обрело законное право на существование.

4 февраля 1937 года компания «Ром «Бакарди»» отметила семьдесят пятую годовщину своего основания в Сантьяго-де-Куба — с гуляньями и фейерверками.

Винокурня на Матадеро, с которой начинал в феврале 1862 года дон Факундо — с жестяной крышей и земляным полом — за долгие годы превратилась в предприятие с многомиллионным капиталом, где работали 1200 человек, хотя у входа в старое здание по-прежнему росла тоненькая высокая кокосовая пальма, которую посадил вскоре после открытия винокурни четырнадцатилетний Факундо-младший.

По традиции, каждый год 4 февраля дочери Бакарди лично развозили благотворительные пожертвования в нуждающиеся учреждения по всему Сантьяго в память об основании фирмы. В семьдесят пятую годовщину в список учреждений вошли богадельня, пансионат для престарелых, детская больница, благотворительный центр раздачи одежды, приют для слепых, масонская ложа, детские сады, средние школы и сельскохозяйственный институт — среди многих других. Кроме того, компания наделила денежными подарками ветеранов войн за независимость, прикованных к постели в местных больницах. Это стоило Бакарди всего нескольких сотен долларов — зато признательностью местным учреждениям компания поддерживала свою репутацию фирмы с высоким гражданским самосознанием в гуманистических традициях Эмилио Бакарди.