Обитель - Максим Константинович Сонин

– Я уже посидела, – сказала Элеонора. – Не рекомендую.

Микко ничего не ответил.

Дома она нашла платье, подобрала платок. Прошлась по квартире, полной грудью вдыхая знакомый запах. Вроде бы уехала отсюда всего вчера утром, а казалось – будто месяц не была. Микко все это время прождал в коридоре. Нервным он не выглядел – наоборот, будто бы даже приободрился. На Элеонору в платке взглянул без удивления. А вот сама Элеонора, посмотрев в зеркало, вздрогнула. В низко затянутом платке, в старом пальто она была похожа на любую из женщин, приходящих на праздники в городские церкви. Было странно чувствовать, что от них она отличается только одеждой.

Вера и Мишка лежали рядом – Мишка на боку, лицом к окну, а Вера за ней, чтобы обнимать соседку, уткнувшись носом ей в плечо. Вера переживала: день вышел очень длинный и нервный. Она чувствовала облегчение, усталость, страх, даже ужас, непонимание и неприятную горечь. Сердце билось очень сильно, глаза закрывались, будто сами. Пока все равно нужно было ждать Элеонору и Микко – и Вера позволила себе задремать.

Мишка держала соседку за руку, чувствовала рядом ее тепло и думала только о девочке, с которой разговаривала ночью. С того разговора прошло уже много времени, но только сейчас Мишка позволила себе по-настоящему проститься с Евой. По лицу текли слезы. Мишка старалась лишний раз не шмыгать носом, чтобы соседка не заметила. Это было горе личное, свое. Горе по нарушенному обещанию, данному Евиной сестре, горе по ребенку, которому просто очень хотелось снова повидать сестру. Мишка уже решила, что молитву по девочке прочитает завтра, когда все дело будет закрыто. Нужно было пойти в церковь, поставить свечку, прочитать молитву перед ней.

Вера покрепче обняла Мишку – даже во сне она чувствовала, что той нужна сейчас поддержка. Мишка улыбнулась, прикрыла глаза. Сейчас молиться нужно было не за упокой, а за удачу.

Господи, помоги сестре Твоей Элеоноре и брату Твоему Микко. Защити их от чужих глаз, помоги вернуться в хостел с книгой. Помоги и сохрани, Господи. Аминь…

Канцелярия епархии располагалась в небольшом желтом доме, который всегда казался Элеоноре смешным и уютным, но сегодня выглядел внушительной и неприступной крепостью. Здание окружал высокий витой забор, за которым виднелась полупустынная стоянка. В будке у шлагбаума сидел хмурый охранник.

По предварительной договоренности Микко отстал, чтобы в здание они вошли по отдельности. Элеонора перекрестилась на парадную дверь, не зная, в каких ситуациях это полагается делать, охраннику кивнула. Поднялась по невысокой лесенке, открыла тяжелую дверь.

Внутри была маленькая приемная с парой стульев и стойкой, похожей на регистрационную. За стойкой сидел молодой секретарь. Элеонора чуть ссутулилась. Нужно было передать церковную эстетику – говорить уверенно, но как бы сжавшись, осознавая собственную незначимость.

– У себя владыка? – спросила она у секретаря. Тот поднялся, покачал головой. – Что ж это… – Элеонора мелко перекрестилась. – А у меня к нему просьба от игумена Семена.

– Так я запишу, – сказал секретарь. – Или подождете? Он сейчас в совете, но попозже должен быть.

– А что ж в совете? – спросила Элеонора. – Что им от него нужно?

– Панихиду, – сказал секретарь. – Владыка хочет провести. Согласовывает с депутатами, чтобы все были.

Элеонора снова перекрестилась, сделала шажок в сторону. Сзади хлопнула дверь.

– Я подожду, – сказала она секретарю. – Вы бы мне только показали… где уборная.

– Конечно. – Секретарь улыбнулся. – Пойдемте провожу.

Элеонора обернулась всего на мгновение – увидела Микко, который, нервно оглядываясь, вошел в приемную. Взглядом указала ему на стену, где виднелась красная коробочка пожарной сигнализации.

Секретарь провел ее вверх по лестнице и по коридору до дверцы с табличкой «ТУАЛЕТ». Элеонора его поблагодарила, вошла в маленькую комнатку с начисто выбеленным унитазом и почти сразу, как только шаги секретаря раздались на лестнице, выглянула обратно в коридор.

Ей не пришло в голову, что кабинет митрополита может быть заперт, но теперь было уже поздно. Она быстро пересекла коридор, прошла через большие дубовые двери в маленький предбанник, за которым начинался еще один коридор. Здесь прижалась к стене, и как раз в этот момент воздух наполнился визгом сирены. Элеонора зажала уши, в которые сирена била даже сквозь толстый платок. Мимо пронесся человек в рясе, потом еще двое в обычной офисной одежде. Элеонора досчитала до двадцати, пошла дальше.

Еще один поворот, и наконец она оказалась перед нужной дверью. Повернула ручку, толкнула тяжелую створку. Дверь кабинета оказалась не заперта. Придерживая рукой сползающий платок, Элеонора скользнула внутрь.

Книгу, тяжелую, большую, она увидела сразу – та лежала на самом краю стола, рядом с компьютерным монитором. Элеонора пересекла кабинет, хотела взять книгу и тут заметила странную вещь. На тумбочке рядом с митрополитским креслом стоял тазик с водой. На его ручке висело полотенце. Элеонора задумчиво прикусила губу: если этой водой омывал руки митрополит, то у нее было сильное желание вмешать туда все имевшиеся таблетки «Двоицы» и посмотреть, что из этого выйдет. Она не знала, впитывается ли «Двоица» через кожу, но эффект, судя по рассказам детективки про приключения в Москве, от наркотика был сильный. Было бы интересно узнать, как митрополит будет корчиться.

Элеонора дернулась, поскорее схватила книгу, сунула под пальто. Зверские мысли отогнала. Таблетки надо было выбросить при первой же возможности – они пока никому счастья не принесли.

Она вышла в коридор, пробежала до предбанника и столкнулась нос к носу с секретарем.

– Ой! – взвизгнула Элеонора. – Я выход найти не могу!

– Туда! Вниз по лестнице! – Секретарь пробежал ми-мо к митрополитскому кабинету, и Элеонора бросилась к лестнице. Убираться из здания канцелярии нужно было как можно быстрее. Пролетела по лестнице, выскочила на улицу. Тут собралось довольно много людей, и Элеонора сразу склонила голову, засеменила к шлагбауму. Ее никто не окликал, никто не остановил. Все слушали сирену.

Остановилась она, только уже когда канцелярия осталась далеко позади. Отдышалась, снова пошла скорым шагом – теперь нужно было действовать очень быстро, потому что митрополит, конечно, сразу заметит пропажу. Может быть, ее обнаружат и раньше – именно за книгой мог броситься секретарь.

Сбоку из вечерних сумерек возник Микко. Ему Элеонора кивнула. Нужно было добраться до отеля и отдать книгу детективке. Элеонора не сомневалась, что та вмиг найдет все необходимое.

– Давай я понесу, – сказал Микко. Элеонора вынула книгу, сунула ему. Ей в платье с книгой было совсем неудобно.

Зато теперь ее можно было