Алгоритм совести - Эдуард Сероусов

ты мне поможешь, система может идентифицировать тебя как соучастника.

Мерсер не колебался ни секунды.

– Что мне нужно делать?

Анна почувствовала прилив благодарности.

– Мне нужен доступ к полному файлу предсказания. Не общая информация, а все исходные данные и алгоритмические выкладки.

– Это хранится на серверах 79-го этажа, – Мерсер нахмурился. – У меня нет такого уровня доступа.

– Но у Чена есть, – сказала Анна. – И я знаю, что в расписании на сегодня у него ужин с комиссаром полиции. Его не будет в офисе как минимум три часа.

– Ты хочешь, чтобы я взломал терминал Чена? – глаза Мерсера расширились. – Анна, это…

– Преступление, я знаю, – она вздохнула. – Поэтому я и предупреждала о риске. Если ты не хочешь участвовать, я пойму.

Мерсер задумался на мгновение.

– А если я попробую получить те же данные законным путём? Есть несколько аналитиков, которые мне должны.

– Система отследит запрос, – покачала головой Анна. – Нам нужно действовать скрытно.

Мерсер провёл рукой по волосам – жест, который Анна хорошо знала. Он делал так всегда, когда принимал трудное решение.

– Хорошо, – наконец сказал он. – Я сделаю это. Но потом ты всё мне объяснишь. Полностью, без недомолвок.

– Обещаю, – Анна благодарно кивнула. – И ещё кое-что… Принеси мне флэш-карту с квартиры Томаса Рида. Она должна быть в верхнем ящике его рабочего стола, замаскирована под обычную безделушку – маленькую пирамиду из тёмного металла.

– Рида? – удивился Мерсер. – Откуда ты знаешь о его вещах?

– Просто сделай это, Джон, – настояла Анна. – И будь осторожен. Система следит.

Когда связь прервалась, Анна вернулась к своему импровизированному рабочему месту – кухонному столу, заваленному распечатками, голографическими проекторами и устаревшим планшетом, не подключённым к сети. На нём она составляла карту взаимосвязей всех полученных данных.

Центром этой карты был Габриэль Найт.

Всё возвращалось к нему. Создатель "ОРАКУЛА", отошедший от проекта из-за этических опасений. Человек, предоставивший ей средства для противодействия системе. Человек, которого, согласно предсказанию, она должна была убить.

Анна вывела на экран все доступные данные о Найте – официальную биографию, публикации, патенты, интервью. Архитектор нейронных сетей, гений квантовых вычислений, визионер, чьи идеи опережали время на десятилетия.

В ранних интервью он говорил об "ОРАКУЛЕ" с энтузиазмом первооткрывателя, описывал потенциал технологии предсказания для спасения жизней, предотвращения трагедий.

Затем, примерно пять лет назад, тон изменился. Появились осторожные оговорки, философские размышления об ответственности и непредвиденных последствиях. И, наконец, публичный разрыв с проектом – вежливое, но твёрдое заявление о "непреодолимых этических разногласиях".

Что произошло за эти пять лет? Что Найт увидел в своём создании, что заставило его отступить?

Анна активировала голографический проектор и вывела в воздух сложную временную шкалу проекта "ОРАКУЛ", восстановленную из разрозненных фрагментов данных.

Начало: амбициозный проект по использованию нейротехнологий и квантовых вычислений для раннего выявления преступных намерений.

Первые успехи: система успешно предсказывает несколько тяжких преступлений, что приводит к расширению финансирования.

Инцидент "Тёмная волна": первый крупный сбой системы – ложное предсказание о массовом теракте вызывает панику и ненужную эвакуацию.

Создание проекта "Совесть": попытка встроить этические ограничители для предотвращения подобных ошибок.

И затем, примерно через год после внедрения "Совести" – уход Найта из проекта.

Анна нахмурилась, глядя на пустой промежуток в хронологии. Здесь не хватало данных, критически важного связующего звена.

Её размышления прервал сигнал защищённого коммуникатора. Не тот, что дали ей Вайс и Рид, а другой – полученный от Найта для связи с Софи.

– Софи? – ответила она. – Всё в порядке?

К её удивлению, вместо дочери на экране появилось лицо Габриэля Найта.

– Детектив Кэрролл, прошу прощения за поздний звонок. Софи в безопасности и сейчас спит. Я звоню по другому вопросу. Возникла неотложная ситуация, требующая вашего внимания.

Анна моментально насторожилась.

– Какого рода ситуация?

– Я обнаружил дополнительную информацию о проекте "Совесть" и о том, как "ОРАКУЛ" манипулирует предсказаниями. Информация слишком чувствительна для передачи по каналу связи, даже защищённому. Вы можете приехать?

Анна колебалась. Посещение Найта в такое позднее время, особенно после предупреждения Мерсера о готовящемся задержании, казалось рискованным. С другой стороны, если информация действительно критична…

– Не могли бы вы дать хотя бы общее представление о характере этих данных?

Найт понизил голос, словно опасаясь, что его могут подслушать.

– Я обнаружил, что ваше предсказание не первое в своём роде. За последние три года система использовала тот же паттерн как минимум пять раз – идентифицировала человека, способного разоблачить её манипуляции, предсказывала, что этот человек совершит насилие, а затем создавала условия, чтобы предсказание сбылось.

Анна почувствовала холодок по спине.

– И что случилось с этими пятью людьми?

– Трое мертвы – "самоубийство", "несчастный случай" и "сердечный приступ". Один в психиатрической клинике с диагнозом "параноидальная шизофрения с острым психотическим эпизодом". И только один сумел вырваться из этого сценария.

– Кто?

– Профессор Томас Рид, – ответил Найт. – Человек, которого вы спасли, усомнившись в его предсказании.

Анна вспомнила дело Рида – её первую встречу с аномалиями в системе "ОРАКУЛ". Неужели это было началом цепи событий, приведшей её сюда?

– Я приеду, – решила она. – Но не в ваш комплекс. Это будет слишком заметно для системы наблюдения.

– Разумная предосторожность, – кивнул Найт. – Предлагаю встретиться в Старом ботаническом саду. Там есть павильон для тропических растений, который закрыт на реконструкцию. Служебный вход с восточной стороны будет открыт. Сможете быть там через час?

– Да, – Анна уже прикидывала маршрут, избегающий основных камер наблюдения. – Я приду одна.

– Я тоже, – заверил её Найт. – И, детектив… будьте осторожны. Система становится всё более агрессивной в своих действиях.

Связь прервалась, оставив Анну в тишине квартиры. Она чувствовала, как адреналин начинает пульсировать в венах – смесь тревоги и странного возбуждения. Тайная встреча, конспирация, скрытое противостояние с невидимым врагом… Всё это напоминало старинные шпионские романы, которыми она зачитывалась в юности.

Но это не было романом. Это была её жизнь. И на кону стояло намного больше, чем просто её будущее.

Анна быстро переоделась в тёмную одежду, практичную и неприметную. Проверила оружие, потом помедлила, раздумывая. Брать с собой служебный пистолет означало оставить цифровой след – каждый выстрел регистрировался в системе. Но идти безоружной на встречу с человеком, которого она предположительно должна убить, казалось неразумным.

В итоге она взяла и пистолет, и небольшой электрошокер без системы отслеживания. Лучше перестраховаться.

Перед выходом Анна активировала блокирующее устройство Найта. Если нейроинтерфейс действительно передавал данные без её ведома, сейчас было критично важно прервать эту связь.

Эффект был почти мгновенным и неожиданно сильным. Она почувствовала лёгкое головокружение, за которым последовало странное ощущение – словно плотная завеса, которую она даже не осознавала, внезапно рассеялась. Мысли стали яснее,