Книга камней - Лэйна Джеймс

— С помощью отчаянного и глупого средства — я надеюсь, что тебе никогда не придется к нему прибегнуть.

Гэйлон отказался прибавить к этому что-либо еще. Замедленными, как у старика жестами он продолжал одеваться.

— Я снова обязан тебе жизнью, Дэви.

— Нет, сир. Ведь я — Госни. — Дэви сосредоточенно разглядывал носки своих ботинок. — У меня есть и другая цель. Мне нужна ваша помощь, чтобы овладеть моим Камнем — теперь он действительно мой. Вы — единственный, кто может помочь мне.

— Боюсь, что я не совсем подхожу тебе в качестве учителя, но обещаю научить тебя всему, что знаю сам. — Король натянул последний ботинок. — Королева ждет меня, но я лучше пойду один. Если судить по теням, не так уж много времени прошло. Или я ошибаюсь?

— Нет, не думаю. Королева, наверное, уже волнуется. — Герцог снова уставился в пол. — Я благодарен вам, милорд, за то что вы изгнали Орима для меня. Он на самом деле уничтожен.

— Уничтожен и лишен Камня. Он не будет больше вредить людям. И мы оба теперь избавлены от его влияния… навсегда.

Король собрал в кучу обгоревшую и разодранную одежду и спрятал ее на дне сундука. В воздухе еще оставался легкий привкус гари.

— Если хочешь, можешь подождать здесь, — сказал он Дэви. — Но я не знаю, когда вернусь.

Герцог кивнул:

— Я устал. Я, пожалуй, пойду к себе и отдохну.

— Разумеется, — доброжелательно согласился Гэйлон. — Я просто забыл, чего стоит тебе целительная энергия.

— Вам тоже необходим отдых.

— Я скоро отдохну.

Дэви проводил глазами уходящего короля. Несмотря ни на что, король, казалось, был энергичен и бодр, как никогда. Хотя он был бледен, но не осталось и следа от недавних ранений. На мгновение герцог задумался о том, что же действительно произошло между двумя чародеями в этой финальной битве. Затем он повернулся и направился в свою комнату. Камень на груди согревал его, наполняя радостью. Его! Только его, теперь и всегда!

Колени короля дрожали, и острая боль пронзала его при каждом неосторожном движении. Гэйлон пытался не обращать на нее внимания, думая о том, что через несколько минут обнимет жену и детей. Стыд и сожаление еще мучили его, но были уже почти сожжены всепоглощающей радостью и жаждой жизни.

На пороге покоев королевы он столкнулся с Катиной. С встревоженным лицом она провела его в комнату. Где-то в глубине звучала мандолина, и нежный голос Сандаал вторил ей. Но сквозь тихую мелодию Гэйлон уловил звук, который заставил его сердце сжаться. Прерывистые рыдания Джессмин были почти заглушены песней леди Д'Лелан.

Гэйлон помедлил на пороге:

— Королева плачет?..

— Она не переставала с тех пор, как закончился Частный Совет, — ответила Кэт. — Мы никак не можем ее успокоить. Лилит сейчас с нянькой, а мальчиков Роза отвела играть в детскую.

— Что произошло в Совете? — спросил король.

— Ее величество не говорит, но Великий посланник, кажется, очень огорчен. Заседание продолжалось почти полдня. Она вернулась усталая и печальная.

— Пожалуйста, отведи меня к ней.

Катина кивнула:

— Да, сюда, пожалуйста.

Комната, куда она провела его, была намного больше комнаты, короля и гораздо лучше обставлена. Прелестные шелковые драпировки украшали окна и стены. Вдоль стен возвышались книжные шкафы, доверху набитые толстыми фолиантами, хотя, как король мог заметить, все они были на ксенарском языке. Ни одного виннамирского. Вещи, привезенные королевой из дома, так и оставались нераспакованными в сундуках — слишком грубые и неотесанные по сравнению с изящной модой Занкоса.

Песня тотчас же оборвалась, как только Сандаал заметила вошедших. Королева лежала ничком на кровати, уткнувшись в подушку, и ее плечи вздрагивали от рыданий.

Подойдя к ней, король ласково погладил ее по руке:

— Что случилось, моя радость?

Джессмин сжалась в комочек, когда король попытался обнять ее.

— Джесс, ну пожалуйста… Скажи, чем я могу помочь тебе?

Она попыталась что-то сказать, но рыдания душили ее, не давая произнести ни слова. Король подхватил ее на руки.

— Ш-ш-ш-ш, — убаюкивал ее король, но вдруг заметил, что Сандаал и Катина все еще находятся в комнате. — Можете идти, я позабочусь о ней, — бросил он девушкам.

Девушки неуверенно молчали, колеблясь.

— Ступайте! — твердо повторил король. Когда они вышли из комнаты, он снова перевел взгляд на Джесс. — Кто обидел тебя, моя любовь? Только скажи мне кто, и, клянусь, он будет страдать в тысячу раз сильнее!

Королева только молча затрясла головой. Глаза ее покраснели и опухли от слез, спазмы сдавливали горло. Гэйлон поднес к ее губам чашку холодной воды и помог сделать глоток. Ее тело все еще вздрагивало, когда она наконец-то смогла говорить.

— Я… я не знаю… что со мной случилось. Мне было так… так плохо… я начала плакать… и я не могла… не могла остановиться.

— Из-за чего тебе было плохо?

— Из-за всего, — горестно произнесла королева. — Там, на Частном Совете, я почувствовала, что они ненавидят меня. Все, что бы я ни делала, — неправильно, неважно почему. Им ничего не нравится. Я хотела доказать, что я сильнее, но не смогла. Гэйлон, я хочу домой! Сегодня, сейчас! Я хочу увидеть прохладные вечнозеленые леса. Великую реку. Я хочу снова увидеть леди Кесс, увидеть, как ее детишки играют с моими. Я хочу снова почувствовать себя под защитой моих холодных каменных стен! — ее голос прервался, и рыдания усилились.

Гэйлон крепче прижал ее к груди.

— Я всегда гордился тобой, но больше всего — когда мы приехали сюда.

Если бы я не был таким глупцом все эти годы, я еще раньше заметил бы присущие тебе силу и мудрость. Мы могли бы заседать бок о бок в Совете Каслкипа. Насколько быстрее страна могла бы оправиться от разрушений войны, если бы ты помогала мне!

— Нет-нет, — пробормотала королева.

— Да! Пусть эти идиоты в Совете воют и скрежещут зубами! Их раздражает не то, что ты говоришь и делаешь, но сам факт твоего существования бесит их! Они хотят видеть мужчину на троне, и в один прекрасный день Тейн станет правителем обоих государств. А до тех пор, я знаю, лучшего правителя, чем ты, Ксенаре не найти!

Король наклонился и поцеловал ее.

— Более того, ты наполняешь мою жизнь смыслом.

Внезапно на пороге комнаты кто-то вежливо кашлянул. Гэйлон вскинул глаза. Великий посланник смущенно переминался у двери.

— Я стучал, ваше величество, но никто не ответил, поэтому я осмелился войти. Ради бога, простите мое вторжение.

— Нельзя было немного подождать? — спросил Гэйлон с ноткой раздражения в голосе. Старик и так уже доставил королеве достаточно неприятностей.

— Думаю, что нельзя, ваше величество, — ответил посланник.