Цитадель - Вячеслав Грацкий

Ему уже два раза сломали посох. За два дня. Случайность? Или это знак? Или судьба? А может бог, провидение или что-то там еще есть свыше, подталкивают его обратно? На его прежнюю стезю…

— Будешь искать эту девчонку-демона? Как там ее?.. Айрис?

В голосе Марвина послышалась ирония.

— Тебе-то какое дело? — холодно отозвался Рик, выбираясь на дорогу.

— А ведь ты, Рик, влюбился, похоже.

— Влюбился?

Рикерт подарил Марвину взгляд, полный искреннего удивления.

— Хочешь сказать… Это так выглядит?

Старик развел руками, дескать, не настаиваю, может и ошибся, с кем не бывает.

— Если это не так, тогда на кой черт она тебе сдалась? Тебе ведь уже сказали — она держала тебя про запас, на случай острого приступа голода.

— Так ты был здесь с самого начала? Подслушивал и подглядывал? — презрительно скривился Рикерт.

— Можно сказать по-другому — проводил научные изыскания.

— И кто же, интересно, — медленно проговорил Рик, оглядывая старика неприязненным взглядом, — предмет твоих изысканий?

— Ну-ну, успокойся, что ты так набычился? Я охотно тебе все расскажу, мальчик ты умный, я ведь не зря предлагал пойти ко мне в ученики, но сначала давай разберемся с тобой…

— Со мной? О чем ты?

Рикерт озадаченно наморщил лоб. Он никак не мог решить, как ему реагировать на появление старика.

— Я говорю о твоем отношении к Айрис. Что заставляет тебя помогать ей?

Слова Марвина злили Рика. Старик топтался на больной мозоли. Рикерт и сам непрестанно задавал себе этот вопрос. Что влечет его к Айрис? Вина, долг перед той, кого он не смог спасти десять лет назад? Или что-то еще?

— Послушай, Марвин, какое твое дело? — тихо ответил Рик. — Прощай, мне нужно идти.

Но отвязаться от старика оказалось нелегко. Марвин немедленно догнал Рикерта и чуть ли не силой развернул лицом к себе.

— Нам лучше вернуться на дорогу в обход. Ночью здесь бывает опасно.

— Ты ведь маг, Марвин, чего тебе бояться? — усмехнулся Рик.

— Я не боюсь. Просто зачем тратить силы впустую, если есть более простой путь? Идем, поговорим по дороге. — Он подтолкнул Рика в нужном направлении, и тот не стал сопротивляться. — Итак, что же заставило тебя следовать за ней?

— Мне что, нужно убить тебя, чтобы ты отстал? — холодно осведомился Рикерт. — Я же сказал — не лезь.

— Ты грубиян, Рик. В тот раз ты был куда обходительней.

— Да и ты тоже, Марвин.

Какое-то время они молчали. Под ногами Рика шуршали и потрескивали мелкие камешки, старик же, как ни странно, двигался почти неслышно. Будто не шел, а плыл над землей.

— Ты не понимаешь, Рик. — Голос старика сделался мягким и сочувствующим. — Ты влип в очень опасную историю, а я хочу помочь тебе.

— А себе? Себе ты тоже хочешь помочь? — спросил Рикерт.

— И себе тоже, — согласился Марвин. — Любовь к самому себе — главная движущая сила, разве нет? Не будь у меня собственного интереса, я бы не стал тащиться за тобой из Торента. Как видишь, я откровенен. А как насчет тебя?

Рикерт вздохнул. Несмотря на украденные деньги, несмотря на свою настырность, старик почему-то не вызывал неприязни. Более того, Рик испытывал к нему безотчетное доверие. Почти как в тот раз.

— Скрывать особо нечего, — тихо сказал он. — Айрис напоминает мне одну девушку. Она погибла десять лет назад. Погибла, потому что я не смог ее защитить.

— Ее убили?

— Да, — с трудом выдохнул Рикерт. — Хаген и его банда. Десять лет назад. Я хотел помочь, но…

Он замолчал. Его память будто взорвало изнутри, и в голове стало тесно от воспоминаний. Рикерт напрочь забыл название деревушки, где все это произошло. Но события того дня он помнил в мельчайших подробностях.

— Мне нужен Дилан, — распорядился Хаген. — Доставь его хоть из самой преисподней!

Кивнув, Рикерт покинул трактир. Воздух полнился ночной прохладой. Несколько минут Рик стоял на крыльце, с удовольствием вдыхая полной грудью. После жаркой и душной харчевни это было настоящим блаженством.

Все еще не верилось, что он здесь. Несмотря на целый месяц, проведенный в отряде Хагена, Рикерт с трудом верил, что все это происходит с ним. Как и в то, что может существовать такой человек, как Хаген.

Несмотря на все рассказы дяди Гелена, Рик не поверил и в половину того, что дядя рассказал о Хагене. Так что единственной причиной, по которой юноша решился вступить в его отряд, было заурядное желание поправить свое имущественное положение.

Но реальность превзошла ожидания. Хаген и впрямь оказался удивительным человеком. Да и был ли он человеком? Это была скорее стихия, а не человек. Ураган, самым решительным образом изменивший порядок и расклад сил в Армании.

Он успевал все. Вести непрерывные военные действия с остатками войск бывших сеньоров юга Армании и налаживать мирную жизнь в отвоеванных городах и селах. Проводить тайные переговоры с Церковью, королем Армании, послами Турана, Итании, Лютении и бургомистрами крупнейших городов. Строить мощные линии укреплений на границе с Землей Демонов и привлекать Охотников.

Год назад, когда его отряд называли не иначе, как бандой, никому и в голову не могло прийти, что очень скоро «крестьянин Хаген» понадобится всем: Церкви королю, вольным городам, крестьянам. Всем, кто был заинтересован в мире и стабильности в Армании. Впрочем, кто теперь верил в то, что Хаген вышел из крестьян?..

Рикерт медленно пересек двор. Несмотря на глубокую ночь, в деревне царило оживление. Фуражиры Хагена платили щедро, и крестьяне спешили продать все, что можно было продать: мясо, зерно, сено. Забивался скот и птица, открывались тайные закрома и схроны, опустошалось все, вплоть до посевных запасов.

Вовсе не случайно о щедрости и справедливости Хагена ходили легенды, а за право приютить его армию боролись многие городки и деревни.

Выбравшись за ворота, Рикерт покрутил головой. В преисподней Дилана, конечно, искать было не нужно. Пока, во всяком случае. Хотя со временем, кто знает, куда заведет Дилана его вечная погоня за юбками?

Впрочем, иногда Рикерт завидовал своему другу. Им обоим было по семнадцать лет, но Дилан пользовался куда большим доверием Хагена. Да и могло ли быть иначе?

Дилан не вызывал доверия разве что у отъявленных мизантропов. Выросший в семье бродячих артистов, симпатичный, общительный, обходительный, он мог шутя войти в доверие к кому угодно — купцам, монахам, аристократам, наемникам. Везде его принимали за своего. И Хаген никогда не упускал случая использовать его таланты.

Рикерт отыскал приятеля возле одного из крестьянских подворий. У ворот стоял фургон, в который хозяйская семья в полном составе — отец, мать и двое сыновей, загружали проданную провизию.