Белорусские народные сказки - Автор Неизвестен -- Народные сказки

class="p1">— Отдай мне эти гусли, — просит колдун Трем-сына.

— А ты мне что за них дашь?

Достал колдун из кармана золотую шкатулку.

— Дам тебе вот эту шкатулку.

— А что мне с ней делать?

Открыл колдун шкатулку, а из нее как повалит войско! Выстроились целые полки. Удивился Трем-сын: вот это штука!

Тут колдун крикнул войску:

— Марш по местам!

И войско опять повалило в шкатулку.

Согласился Трем-сын и отдал колдуну гусли, а себе взял волшебную шкатулку. Пошел он с дубинкой и шкатулкою дальше. Прошло мало ли, много ли времени, опять вспомнил Трем-сын о гуслях:

— Вот у меня теперь и войско свое имеется, а кто же ему марши играть будет? Эй, дубинка, беги отбери наши гусли-самогуды!

Дубинка — прыг, скок! — побежала, отобрала у колдуна гусли. Пошли дальше с музыкой. Едет навстречу богатый купец. Услыхал он музыку и давай плясать. Сам пляшет, кучер пляшет, кони пляшут. Плясал, плясал купец, устал, снял сапоги, рубашку сбросил, а все пляшет.

Наплясался вдосталь и говорит:

— Эй, паренек, отдай мне свои гусли!

— А ты мне что за них дашь?

Порылся купец в повозке, достал скатерть:

— На тебе вот эту скатерть.

— Зачем мне она?

— Как зачем? Стоит тебе только ее где-нибудь разостлать да сказать: «Жареное-вареное, ко мне!» — и все тебе будет.

А Трем-сыну давно уже есть хотелось.

— А ну давай, — говорит, — посмотрим, чем она угостит.

Разостлал купец скатерть посреди дороги, сказал, что надо, и тут вмиг такие кушанья да напитки явились, что лучших и не надо. Наелся Трем-сын и променял гусли на скатерть.

Пошел он дальше. Вспомнил по дороге о гуслях.

— Э, — говорит, — а все ж с гуслями было идти веселей! Дубинка, верни-ка назад мне гусли!

Дубинка — прыг, скок! — подбежала к купцу и начала его дубасить:

— Отдавай гусли!

Бросил купец гусли, а сам вырвал у кучера кнут и давай гнать вовсю лошадей — от беды поскорее бежать.

Пошел Трем-сын дальше. Видит — на панском дворе плотники дом строят. Трем-сын заиграл на гуслях. Вдруг все плотники побросали топоры — и в пляс. Пляшут и смеются. Весело им стало. Наплясались вдосталь, а потом один из плотников говорит Трем-сыну:

— Вот позабавил ты нас, хлопец! А то мы всю жизнь на пана работаем и никогда не веселимся. На тебе за это от нас подарок.

И дал плотник Трем-сыну топорик.

— Зачем он мне? — спрашивает Трем-сын.

— Этот топорик не простой, — отвечает плотник. — Ты ему только прикажи, и он за ночь любой дворец выстроит. Мы его, братец, от пана прятали, а то как узнает он, отберет. Так лучше уж пускай им хороший человек пользуется.

Поблагодарил Трем-сын за подарок и пошел в столицу. Подошел он к реке, а за ней и сам царский дворец виден. Остановился Трем-сын на речном берегу и велел топорику выстроить за ночь дворец — получше царского. А сам лег спать. Встал чуть свет, видит — стоит новый дворец, да такой красивый, что лучше, пожалуй, царского. Открыл шкатулку — войско валом валит. Стало войско у дворца, ждет приказа. А тем временем разостлал Трем-сын скатерть — сам наелся, напился, войско накормил и начал на гуслях наигрывать. А войско под музыку марширует: раз-два! раз-два!

Проснулся царь, посмотрел в окно — батюшки-светы! Стоит за рекою новый дворец, лучше его, и войско под музыку марширует… Откуда все это?

Позвал он Настасью-Красавицу:

— Посмотри, душа моя, что это в нашем царстве творится… Посмотрела она и говорит:

— Это работа Трем-сына.

Послал царь за реку слугу:

— Позови мне Трем-сына!

Переправился слуга на челне через реку, передал царский приказ. Трем-сын говорит:

— Не велик барин твой царь: если хочет, сам пускай ко мне явится.

Хоть и не подобает царю самому к своему конюху ехать, да делать нечего. Сел царь в челнок с Настасьей-Красавицей, поехал на другой берег к новому дворцу.

Трем-сын встретил их как подобает: с поклоном да с музыкой. И повел показывать свой дворец. Походили они, посмотрели — все здесь Настасье-Красавице по сердцу, а царь ходит, как туча темная: не по душе ему, что у конюха такой дворец да такое войско… Думает царь, как бы ему Трем-сына извести, чтоб дворец и войско забрать себе.

Пришли на кухню. Трем-сын хотел гостей угостить. Но только достал он свою волшебную скатерть, как Настасья-Красавица выхватила у царя меч — и хвать им по Трем-сыну. Так голова Трем-сына и покатилась в угол. Тогда она изрубила его мечом на мелкие кусочки и велела поварам нагреть полный котел молока. Повара нагрели. Настасья бросила в кипящее молоко порубанного Трем-сына, потом вынула, остудила и живою водой покропила. И вмиг срослись все порубанные части! Еще раз окропила она живою водой — и Трем-сын вскочил на ноги. И стал он такой красивый да стройный богатырь, что поглядеть любо! Царь так глаза и вытаращил: вот бы ему теперь такую красоту да силу! И пристал он к Настасье-Красавице:

— Сделай и меня таким же!

— Ладно, — говорит она, — сделаю.

Схватила меч, изрубила царя на куски и бросила за изгородь собакам. А сама взяла за руку Трем-сына и повела во дворец, в палаты.

Созвал Трем-сын гостей со всех волостей, позвал отцов — родных и названных — сыграл веселую свадьбу.

И я на той свадьбе был, мед-вино пил, по бороде текло, а в рот не попало. Дали мне там смоляную лошадку, седло из лозы да гороховый кнут. Еду я назад на лошадке, вижу — овин горит. Остановил я лошадку, начал его тушить. А пока я тушил, лошадка моя от огня растаяла, седло козы поели, а кнут вороны расклевали… Оттуда пошел я дальше пешком да к вам пришел и рассказал эту вот сказку.

ОТКУДА ПОШЛИ ПАНЫ НА ПОЛЕСЬЕ

авно это было. И старые люди того уж не помнят и рассказывают то, что от отцов и дедов слыхали.

Ну так вот. Дремучими полесскими лесами пробирался раз вечером черт в свое болото. Был он хмурый-прехмурый: за целый день не удалось ему сделать людям никакого вреда. А какой же из него после этого черт? Теперь хоть и в ад не показывайся — засмеют его там!

Тащится черт злющий-презлющий, невеселее думы его грызут. Вдруг видит — мчится по дороге пан из Варшавы. Впереди гайдуки едут, сзади тоже, а посередине пан в карете на мягких подушках сидит.