Искушение для ректора - Наталья Гордеевская

какая-то угроза. Но ведь Габирэль здесь, а значит, все в порядке.

«Дорогая Лили!

Я бесконечно виноват перед тобой и не думаю, что ты когда-то найдешь в себе силы, чтобы простить меня. Ты вправе меня ненавидеть. Твой жених сообщил мне, что вы скоро поженитесь. Я желаю тебе счастья. Надеюсь, что когда-нибудь ты все-таки сможешь меня простить. Навеки твой, Кевин».

Руки опустились и письмо упало на пол.

- Спасибо, - шепнула я, возвращаясь в объятья Габриэля. – Ты прав, мне это было нужно. В истории с Кевином наконец-то поставлена точка.

Он погладил меня по голове и тихо произнес:

- Я так и подумал. Теперь иди отдыхать, а я еще поработаю.

Улыбка расплылась сама собой, я приподнялась на цыпочки и чмокнула его в щеку, после чего ушла к себе.

Оставшаяся неделя прошла в еще большей суматохе, чем предыдущая.

Кларисса внезапно потребовала, чтобы невеста, то есть я, проживала отдельно от жениха, и мы с ней переехали в квартиру Габриэля в Греймуне.

Там действительно было спокойней, без взглядов и перешептываний. Хотя я была уверена, что ни о чем плохом никто не говорил, но нервы и так были натянуты, как струны.

Я страшно переживала по поводу предстоящий свадьбы. Кларисса всегда была рядом и терпеливо объясняла, что все невесты трясутся перед этим днем и сомневаются во всем подряд.

Свадебное платье висело в шкафу, и я иногда украдкой на него смотрела. Оно было тяжелое, из белой парчи с серебряными нитями, с кринолином, небольшим шлейфом, корсетом и длинными узкими рукавами. К нему прилагалась вуаль: нежная воздушная, с кружевной отделкой.

В ночь перед свадьбой я и вовсе не смогла уснуть, ворочаясь с боку на бок. Рано утром пришла мастерица по прическам и аккуратно уложила мои волосы: пряди от лица убраны наверх и заколоты шпильками со сверкающими кристаллами. Оставшиеся волосы были завиты в легкие локоны и оставались распущенными.

Кларисса хлопотала вокруг меня, причитая, что мы ничего не успеваем.

- Без нас вряд ли начнут, - дрожащим голосом проговорила я, пытаясь умерить ее пыл.

- Ты выглядишь, словно принцесса, - всплеснула руками Кларисса и вытерла слезинку.

Она помогла мне облачиться в платье и приколола вуаль.

Из зеркала на меня смотрела хрупкая девушка в роскошном платье, с огромными глазами и бледной, словно светящейся кожей. Локоны красиво рассыпались по спине, а кристаллы в прическе таинственно мерцали.

- Экипаж прибыл! – вскричала Кларисса и принялась выталкивать меня из квартиры. – Осторожно, не наступи на подол!

По дороге в ратушу, где проводили свадебные церемонии, я почти искусала себе все губы от нервов. Все казалось сном, будто я вот-вот проснусь, и суровая реальность надо мной посмеется. Сердце колотилось в груди с предвкушением, мурашки бегали по коже и пальцы едва заметно дрожали.

В комнате невесты рядом со свадебным залом меня встретил отец. Неловко кашлянув, он подал мне согнутый локоть и тихо произнес:

- Ты такая красивая, дочка! И я очень рад тебя видеть!

Я сглотнула комок в горле, цепляясь за его руку, и совершенно искренне ответила:

- И я рада видеть тебя, папа!

- Начинаем, начинаем! – тарахтела Кларисса, сунув мне в руки букет нежных цветов.

Двери в зал распахнулись, заиграла торжественная музыка и мы плавно вошли внутрь.

Я никого не видела вокруг, мой взгляд был прикован к темной фигуре, стоявшей рядом со свадебным регистратором в белых одеждах.

Габриэль был красив до умопомрачения: снова весь в черном, но на этот раз в костюме, на груди был приколот крохотный бутон белой розы. Волосы убраны в низкий хвост, а ярко-серые глаза будто прожигали насквозь.

Я вложила свою дрожащую ладонь в его протянутую руку и почувствовала себя уверенней.

Речь свадебного регистратора я плохо запомнила. Опомнилась лишь, когда он обратился ко мне:

- Согласны ли вы, Лили Беннет, взять в законные мужья Габриэля Райса?

И в наступившей тишине мой голос прозвучал неожиданно громко:

- Да.

Такой же вопрос был адресован и Габриэлю, ответ на который он выпалил без заминки:

- Да.

- Объявляю вас мужем и женой! – умильно произнес регистратор, захлопывая свою папку. – Можете поцеловать невесту.

Габриэль рывком притянул меня к себе и прежде, чем прикоснуться губами, жарко произнес рядом с ухом:

- Вот и все, крошка Лили! Теперь ты моя!

Глава 67

Я стояла рядом с Габриэлем, принимая поздравления от гостей, и голова шла кругом. Какие-то мужчины трясли его за руку, похлопывали по плечу и улыбались мне, женщины утирали слезы и громко чмокали воздух у моей щеки.

К своему ужасу я увидела знакомое лицо и немедленно захотела провалиться сквозь землю.

Через толпу к нам проталкивалась мачеха, волоча за собой сестер.

- Дорогая моя Лили, - пропела она, окидывая меня оценивающим взглядом. – Как я рада за тебя, девочка моя! Знала бы ты, каких трудов мне стоило так удачно подобрать тебе жениха!

Я вцепилась в руку Габриэля, который не слышал этих слов, принимая поздравления от какого-то седого господина.

- Я помню, - еле слышно пробормотала я, - кажется, вопрос был только в сумме.

- Не будь неблагодарной, - мачеха растянула губы в улыбке, но глаза оставались холодными. – Помни, что это я устроила твое счастье.

Габриэль закончил пожимать руки и повернулся к нам.

- Матильда, - кивнул он ей приветственно, - мы снова встретились.

- И при каких обстоятельствах, мой дорогой зять! – рассыпалась она льстивым смехом. – Рада, что все так удачно сложилось. Лили упряма и своенравна, не забывайте. Ей не повредит небольшая встряска время от времени.

Габриэль улыбнулся, вот только выглядело это зловеще.

- Моя жена, - он выделил последнее слово, - не нуждается ни в каких встрясках. И она очаровательна. Надеюсь, что вы не станете обременять нас визитами. Отца Лили это не касается.

Его тон был такой ледяной, что им можно охладиться в самый жаркий день. Я благодарно посмотрела на него, заметив, какой злобой перекосило лицо мачехи.

- Живите счастливо, - со злобой выпалила она. – А ты,