Заживо погребенные - Иэн Рэнкин

– Будем надеяться, что она нас не опередила, – сказал он.

Грей, стряхивая капли с ботинок, согласно кивнул.

Они не заметили никаких следов присутствия Фенеллы Ломакс в палате. Кто-то поправил подушку под головой Чиба Келли, и сейчас он пил воду из поильника, поднесенного санитаркой. Завидев приближающихся Ребуса и Грея, Нолан вскочил.

– Спасибо, что известили, – сказал Грей. – Я ваш должник.

Нолан ответил кивком. Он заметил пятна на рубашке Грея, но ничего не спросил. Чиб Келли напился и, закрыв глаза, положил голову на подушку.

– Как вы себя чувствуете, мистер Келли? – спросил Ребус.

– Вы – детективы криминальной полиции, – каркающим голосом произнес он. – Я безошибочно узнаю вас по запаху.

– Это потому, что по уставу мы должны пользоваться одним и тем же дезодорантом.

Ребус сел и стал наблюдать за санитаркой. Она объясняла Грею, что ей необходимо известить доктора о пробуждении Келли. Грей, слушая ее, кивал головой, а когда она отошла, коснувшись руки Нолана, попросил:

– Иди поболтай с ней, Кении. Оставь нас на несколько минут с ним наедине. – Подмигнув, он добавил: – Может, удастся договориться о свидании.

Нолан, казалось, пришел в восторг от этого предложения. Келли приподнял одно веко. Грей сел на освободившийся стул надзирателя.

– Мы хотим избавить тебя от наручников. Я с ним поговорю, когда он вернется.

– Что вам надо?

– Мы хотим поговорить о том пабе, которым ты некогда владел, о «Клейморе».

– Я продал его три года назад.

– Он что, не приносил дохода? – удивился Ребус.

– Он не вписывался в мой портфолио, – ответил Келли и снова закрыл глаза.

Сперва Ребус думал, что голос больного такой хриплый со сна, но причина оказалась в другом. Свои функции выполняла лишь одна половина его рта.

– Мне все твердили, что портфолио – это очень важная вещь, – сказал Грей, глядя на Ребуса. – Деньги-то мы делаем, но нам, может, так и не представится случай их найти.

Говоря это, он подмигнул, и Ребус сразу подумал, не пытается ли он сказать что-то Чибу…

– Мое сердце истекает кровью, – невнятно пробормотал больной.

– Потерпи, ты в хорошей больнице.

– Рико Ломакс заходил в «Клеймор», чтобы выпить, не так ли? – спросил больного Ребус.

Келли открыл оба глаза. На его лице не было удивления, скорее любопытство и озадаченность.

– Рико?

– Мы в некотором роде выполняем домашнее задание, связанное с расследованием этого случая, – пояснил Ребус. – Просто надо увязать между собой некоторые обстоятельства…

Какое-то время Келли молчал. Ребус смотрел на Нолана, который в дальнем конце палаты любезничал с санитаркой.

– Да, Рико выпивал в «Клейморе», – признал Келли.

– А ты, как хозяин, тоже иногда выпивал там?

– Иногда.

Ребус понимающе кивнул, хотя глаза больного были снова закрыты.

– Так, значит, вы с ним встречались? – задал вопрос Грей.

– Да, я его знал.

– И Фенеллу тоже? – спросил Ребус.

Один глаз Келли снова открылся.

– Послушайте, я не знаю, про что вы там подумали и что хотите вытянуть…

– Мы же сказали, это вспомогательные операции, как бы зачистка информации, необходимая для закрытия дела.

– А что будет, если я попрошу вас убраться от меня с вашими щетками и тряпками?

– Ну, по всей вероятности, мы сочтем это веселой шуткой, – ответил Ребус.

– Такой же веселой, как инсульт, – добавил Грей, а Келли посмотрел на него, и глаза его при этом сощурились.

– А я ведь вас знаю, верно?

– Мы встречались раз или два.

– Вы служили в Гоувене. – Грей кивнул. – Там были и другие копы.

Келли приложил все силы, чтобы улыбнуться обеими половинами лица.

– Надеюсь, ты не думаешь, что мой коллега в чем-то мухлюет? – спросил Ребус, надеясь услышать какие-нибудь подробности.

– Да они все такие, – ответил Келли. Затем, поглядев на Ребуса, поправился: – Вы все такие.

– Вы с Фенеллой сошлись до того, как Рико грохнули? – свистящим шепотом произнес Грей, внезапно сбросивший маску, за которой прятался до того. – Больше нас ничего не интересует.

Перед тем как ответить, Келли ненадолго задумался.

– Это случилось до убийства. Не потому, что для того, чтобы лечь под кого-то, Фенелле требовались долгие уговоры, а просто потому, что она жила с плохим человеком.

– И поняла она это только после смерти Рико? – спросил Ребус.

– Из этого не следует, что убил его я, – шепотом произнес Келли.

– Тогда кто же?

– Чего вы добиваетесь? Рико – это же просто пылинка на вашей безупречной репутации.

Ребус не обратил внимания на его слова.

– Ты намекнул, что у Фенеллы были и другие мужчины. Сделай милость, назови хотя бы нескольких из них.

Подошел врач, но другой, не тот, что подходил прежде.

– Прошу прощения, джентльмены, – начал он.

– Дайте нам возможность пообщаться с Келли, – требовательным тоном заявил Ребус.

Глаза Келли были закрыты.

– Если вы оставите нас на несколько минут, – ответил доктор, склонившись над больным.

– Пожалуйста, мы выйдем, – сказал Грей. – Но послушайтесь моего совета, док: не злоупотребляйте своей властью…

Они снова спустились на лифте и вышли на улицу. Ребус закурил. Грей с жадностью смотрел, как он курит.

– Спасибо, что подвергаешь меня соблазнам.

– Странное дело с этими больницами, – пожал плечами Ребус. – Стоит выйти оттуда, как сразу тянет закурить.

– Дай и мне сигарету, – попросил Грей.

– Ты же бросил.

– Что за манера все время прикидываться недоумком.

Грей порывисто протянул руку, и Ребус, уступая его настойчивости, отдал ему пачку сигарет и зажигалку. Грей затянулся, задержал дым в легких и выпустил через нос. Даже прикрыл от удовольствия глаза.

– Господи, как хорошо, – произнес он, а затем, посмотрев на горящий конец сигареты, разжал пальцы; когда сигарета упала на землю, он растоптал ее.

– Ты же мог притушить ее и вернуть мне обратно, – упрекнул его Ребус.

Грей смотрел на часы, прикидывая что-то в уме.

– Я думаю, пора назад, – сказал он, имея в виду возвращение в Эдинбург.

– Или?…

– Или можем поехать туда, куда я обещал тебя свозить. Проблема в том, что я не могу пить, когда я за рулем.

– Так можно обойтись и «Айрн-Брю», – предложил Ребус.

– Я думаю, нам стоит побывать в «Клейморе», может, кто-нибудь из тамошних завсегдатаев припомнит какие-нибудь интересные для нас имена.

Ребус молча кивнул.

– Пустая трата времени, ты так считаешь? – спросил Грей.

– Все может быть.

На лице Грея появилась улыбка.

– Почему-то у меня такое чувство, будто в действительности ты знаешь об этом деле больше, чем хочешь показать. – Слушая его, Ребус внимательно рассматривал горящий кончик своей сигареты. – Видно, поэтому ты и проявлял такое рвение в Туллиаллане, я прав? Ты ведь первым бросился смотреть, что там в папках? Ребус медленно кивнул:

– Тут ты угадал. Я действительно не хочу, чтобы всплыло мое имя.

– Но ведь именно это и случилось? Фактически ты же сам и поспособствовал этому. Ведь ты мог припрятать эту страницу… даже уничтожить ее.

– Не хотел быть тебе обязанным, – признался Ребус.

– Так что же все-таки тебе известно о Рико Ломаксе?

– Пусть это остается между моей личностью и моей совестью.

Грей хмыкнул.

– Только не говори, что у тебя есть хоть что-то из перечисленного.

– Вот это и сокращает размер моей пенсии.

Ребус щелчком отправил окурок через решетку изгороди.

– Подружка Дики Даймонда ведь узнала тебя, верно?

– В свое время я был немного знаком с Дики.

– А я знаю, о чем думает Джаз.

– И о чем же?

– Он старается выяснить, связано ли это с нападением на дом пастора.

Ребус пожал плечами:

– У Джаза слишком пылкое воображение.

Не слишком раскрывайся, Джон, звучало у него в голове. Он должен был убедить Грея в том, что он грязный коп, и в то же время не слишком сильно откровенничать с ним. Если он возьмет на себя хоть что-нибудь, это злополучное трио вместе с высшим начальством сможет обернуть его откровенность против него же. В голове Грея не прекращалась напряженная мыслительная работа: Ребус мог судить об этом и по тому, как он стоит, как держит голову, как дергаются его руки в карманах.

– Если ты все-таки имеешь какое-то отношение к делу Рико…

– Я не говорил, что имею, – поправил его Ребус. – Я сказал, что знал Дики Даймонда.

Грея это, казалось, не смутило.

– Это дела не меняет; разве тебя не удивило это, с позволения сказать, совпадение, что нам дали для повторного расследования то же самое дело?

– Во-первых, это не так: дали дело Ломакса, а не Дики Даймонда.