Игрок поневоле - Терентий Гравин

А второй конюх только кивнул, продолжая тянуть свою оглоблю. Видно, повезло нам на данных Скелетов-толстяков. Или они все такие, кто не воинственный и ходит без оружия?

Двигались мы в среднем темпе, чтобы не вымотаться раньше времени, так что разговор можно было вести вполне нормально. Чем и воспользовался академик, пустившись в рассуждения:

— М-да! Кажется, вы своим появлением разбудили Ихрез, и теперь он стал действовать по совсем иному, заложенному ещё богами запасному алгоритму. Не удивлюсь, если все умертвия теперь станут свободно передвигаться по улицам, активно участвуя в жизни города и готовясь к встрече чужестранцев.

— Как именно готовясь? — уточнил рыцарь.

— Трудно сказать… скорей негативно, чем в прежней гостеприимной манере. Вполне возможно, что людей станут вылавливать и попросту сжигать на увеселительных кострах. Или скармливать гулям. Те всё сожрут.

Поговорить дельно на эту тему мы не успели, приблизились к лесу. И встал самый актуальный вопрос: рискнуть и идти напрямик или обходить по огромной дуге? При последнем варианте наши преследователи имели отличную возможность нас догнать. Но при первом мы сами могли попасть под нападение великанов. Поэтому решили положиться на мнение Эвана Брока:

— Ночью вайенги спят, так что главное — нам пройти тихо и не начать свистеть даже в шутку. Тогда проскочим.

— А если мы станем свистеть, да ещё и сильно? — заинтересовалась вдруг Даниэлла. — Но только перед выходом из леса? У самой опушки? Может, таким образом местные великаны проснутся, взбесятся и выместят свою злость на нашей погоне?

— О-о-о! Богиня! Ты совершенна даже в идеях! — завопил противный подхалим, вызвав у меня еле сдерживаемое желание отвесить ему тяжёлую оплеуху. — Какая великолепная мысль! Конечно же, эти твари нападут на алебардщиков и даже на жандармов. Потому что ночью они не признают никаких меток и даже губернатора сожрали бы за милую душу. Командуй на выход, о, прелестная! А мы все постараемся даже не перешёптываться во время движения. Ну и лошадей успокаивайте, сдерживайте от неуместного ржания.

Я успел подать команду немного раньше, чем это сделала сияда, высоко задравшая подбородок:

— Вперёд! Сандер — ты с арбалетом впереди. Смотри в оба. Сигналы — руками!

И мы двинулись. Быстро не мчались, тем более что темень внутри леса от нависших крон царила почти полная. Однако перед самой опушкой я услышал довольный шёпот академика:

— Хорошо, что никто из этих великанов не валялся сонный у нас прямо на дороге. Они такие, они — могут…

— Не мог раньше предупредить?! — зашипел я ему в ответ. Но тот лишь отмахнулся от меня, обратившись уже громко ко всем сразу:

— Ну, кто умеет свистеть лучше всех? Объявляю конкурс лучшего свистуна! Дружно! Начали! — И первым залихватски засвистел, как заправский Соловей-разбойник.

Ему вторил рыцарь на своем охотничьем рожке. Пусть и не свист, но громко и довольно раздражающе. Ну, от малого я ожидал подобного умения, свистел он знатно. А вот наша великолепная дама сумела удивить всех: заложила два пальца в рот, да так свистнула, что у нас глаза чуть из орбит не вывалились. Жаль, присмотреться к её личику в темноте не удавалось, но заметку в памяти я сделал: красавица — на все дела мастерица.

Честно говоря, мне даже стараться не пришлось и хвастаться своими умениями. Толком-то и не свистнул. Чаща вокруг нас ожила, зашевелилась, затрещала, вздымаясь неясными тенями, и двинулась в нашу сторону. Тут без всякой команды мы сорвали лошадей в галоп, выскакивая на опушку и бросаясь догонять ушедший вперёд караван с повозкой.

И только оглянувшись метрах в двадцати после последней линии деревьев, мы сумели частично рассмотреть жуткие образины четырёхметровых великанов, созданных из камней, коры и частей тел разных, чаще всего диких животных. На что мой взгляд привык к виду местных чудищ, но даже Поедатель показался не настолько противным и жутким, как эти вайенги. Двигались они не столь быстро, но всё равно мы облегчённо вздохнули, когда поняли, что эти монстры из леса не выходят.

Мы целеустремлённо ускорились по прямой почти дороге. В любом случае не помешает создать солидный отрыв между нами и возможными преследователями.

Глава 24

Тактический просчёт

Выбор для дальнейшего пути у нас был небольшой. Либо сразу, ещё не доходя до знакомого нам озера повернуть вправо и двинуться дальше по пересечённой местности, срезая солидный кусок пути. Либо дойти до холма, где мы ночевали и где отбили у наёмников пустыни Даниэллу, и уже там двинуться дальше по вполне нормальной дороге. После краткого обсуждения на ходу решили придерживаться второго варианта. Всё-таки у нас повозка, и хоть Бол с Кацем ещё были полны сил, двигаться по полям и буеракам — не в пример сложней, чем по укатанной дороге.

Единственное, что я не сделал, так это не послал вперёд для осмотра дороги нашу воздушную разведку. Потому что жалкий вид фейри просто лишал язык желания оглашать такую неуместную просьбу. Тьюша практически дремала, свалившись между тюками и сумками на повозке, и на вопрос о самочувствии просто отвечала:

— Скоро мне станет лучше…

Вот мы и продолжили движение по дороге, в сторону знакомого нам холма на крутой излучине Багрянки. Скорость у нас была приличная, а оглядываясь на лес, мы пока так и не заметили хоть кого-то, вышедшего оттуда. По словам некроманта, это означало только два варианта: либо началась бойня между великанами вайенгами и нашими преследователями, либо воинские силы Ихреза вообще побоялись войти в лес. Конечно, алебардщики, крабы, да и сам Поедатель могли двинуться по обходной дороге, но в подобное уже всем нам верилось слабо.

Но все наши верования и разглагольствования академика Брока оказались до одного места в самый неудобный для манёвра, по моему мнению, момент. Мы как раз огибали озеро, оставляя его справа, когда, оглянувшись в очередной раз, я чуть не выронил бинокль из рук. Одновременно и конголезийское проклятие от всей души запустилось в сторону нашего неприятеля. Только оно никакого урона не нанесло вышедшему из леса главному жандарму Ихреза. За ним Скелеты-толстяки катили повозку с трупами, далее бежал Поедатель, а вот за ним показались наиболее невероятные в понимании некроманта преследователи: вайенги. Чудовищные великаны в количестве примерно полутора десятков особей довольно шустро ковыляли на своих уродливых ногах и каждый второй из них ещё нёс на плече солидную, метра под три дубину. Замыкали эту колонну карателей те самые элитные городские алебардщики.