Игрок поневоле - Терентий Гравин

Мелькнула, правда, мысль ещё раз оглянуться с надеждой назад. Надежда основывалась на воинственности каждого из преследующих нас отрядов. О чём я и крикнул спешащему за мной некроманту:

— Эван! А могут эти две кучи умертвий сцепиться между собой?

— Не знаю! — выкрикивал мне тот. — После того как жандарм вывел из леса вайенгов, я уже ни за что ручаться не могу. Но ты не трусь, оторвемся и от этих! И речку огненную незамедлительно форсируем, раз ты знаешь как… А уж в этом твоём Сияющем мире от любой погони спрячемся, раз там живые обитают.

Ответ я свой бормотал тихо, не желая вызвать у нового товарища по команде приступа разочарования:

— Никакой он не «мой»… да и людей я там живых так и не успел рассмотреть…

Что было, то было. В том числе и не уверен я оставался, что работорговцы с рабами именно в Сияющий отправились. Так по глупости своей и не прошёл до конца по их следу через мир Тетриса.

— Главное, чтобы нам никто больше на пути не встретился! — продолжал азартно выкрикивать сзади академик.

Словно предчувствуя беду, я скривился и хотел уже сплюнуть через левое плечо, но опоздал. Валящий в последнее время на нашу голову неприятности некромант и тут сглазить успел! Навстречу разгоняющемуся каравану выскочил скачущий во весь опор Александр. А увидев нас, замахал руками и закричал:

— Назад! Разворачивайтесь! Надо уходить в другую сторону от перекрёстка! Нам навстречу движутся наёмники!

Да уж! Что беда не ходит одна — я знал. Но чтобы беды ходили стадами — увидел впервые. Раз уж Пятница мчится обратно, сразу исключая прямое столкновение и прорыв через идущих навстречу наёмников, значит, тех очень много и намного легче схватки избежать, чем её выиграть. Тем более что мы ещё успевали возвратиться и проскользнуть под носом у надвигающихся по нашим следам сил возмездия из Ихреза. Но ведь малой ещё ничего не знает о прущей нам навстречу армии герцога Канцура!

А у нас под рукой — ничего! В том смысле, что даже при всём желании мы по единственному пути спасения, за речку Багрянку, никак не успеваем перебраться. Испытанная при спасении Даниэллы пригодная для этого лесина — на вершине в выемке крутого холма, похожая на жерло вулкана находилась сбоку от нас. Но, даже поднявшись за ней, мы не успеем спуститься вниз и ею воспользоваться.

Зато мы успеем хотя бы дорого и не сразу отдать свои жизни в грядущей бойне!

Я уже орал во всю мощь своих лёгких:

— На холм! Быстрей на холм! Все! Разом! Без вопросов!

И первым развернув коня, ринулся по узкой тропинке на подъём. С этой стороны крутизна была намного больше, чем с другой стороны холма, вытянутого, словно крепостная стена. Но объехать и начать взбираться с другой стороны нам не позволяло расстояние с противниками. На полпути мне даже пришлось спешиться и вытаскивать Гнедого за повод, помогая ему и подбадривая словами. Наверху я его отпустил пастись, а сам бросился вниз — помогать остальным и распоряжаться по поводу лошадей.

Барон Брок на своей каракатице взобрался на диво легче, чем все остальные, и тоже бросился мне на помощь. Точнее говоря, мы все уже, словно мулы, впряглись в повозку, толкая её с рёвом и стонами, потому что она оказалась самой сложной и проблематичной в подъёме. Появилась мысль бросить тяжеленный транспорт, в который теперь даже с натугой всех своих крыльев вцепилась и фейри, но каким-то чудом, а скорей всего и с помощью добавленной тремя магами левитации, мы всё-таки затолкали это громоздкое творение человека на вершину холма.

Ещё рыча от последних усилий и хватая ртом воздух, я немедля стал распоряжаться:

— Сан, Дани, остаётесь с этого края! Дим, Эван, вы к другой тропе! Быстрей! А я по центру, буду смещаться к вам по мере необходимости!

И рванул на тот край среза, который нависал над озером. В любом случае мы так просто без боя свои головы не сложим. Да и позиция у нас просто великолепная. Если у противника не окажется оружия типа арбалетов и хороших луков, то мы можем держать оборону довольно долго и успешно. Не знаю, конечно, как нам смогут помочь конюхи (и захотят ли!), но и без них есть шансы какое-то время выстоять. Про фейри, как воина, я ни разу и не подумал. Не та стать и не те возможности у существа.

Первым делом попытался рассмотреть новые действующие лица, от которых так поспешно ускакал Пятница. Если считать фланг нашей обороны левым, то его быстро заполняла широко раскинутая цепь уже хорошо знакомых мне воинов. Около сотни, не меньше! Всё-таки моя доброта мне аукнулась, надо было травить всех врагов, не давая им шанса уйти и унести раненых товарищей. А я их ещё и свежей водой напоил…

А может, и глупость самих наёмников сыграла трагическую роль. Тех, что я отпустил, видно не было, вполне возможно, что их в духе тамошних традиций казнили на месте за проваленную погоню. Ибо этот отряд пехотинцев, хоть и тащил всё на себе, выглядел не в пример мощнее тех загонщиков, которые пытались в своё время выловить среди барханов Даниэллу Мэврут Дарзлей. У каждого воина массивный щит, по размерам чуть меньший, чем мой. Копьё, меч, ножи, прочие мелочи, нужные для короткого похода, и полная, на всё тело броня из лат и кольчуги. Даже поразительно, как они в такой униформе да с небольшими мешками на спине могли пробираться под гнетущим пустынным жаром?

Догадка пришла сразу: они, скорей всего, сразу, ещё там, на границе пустыни и мира Новая Византия, перебрались на этот берег. И уже по землям Пурпурной Смерти совершили марш-бросок нам навстречу. Быстро они и мощно среагировали! А значит, деяния сияды не просто кого-то там взбесили, а заставили мобилизовать силы всего оставшегося на Осколке государства.

Сотня наёмников дошла до начинающейся тропы, заметила силы и общность иных отрядов и быстро перекрыла дорогу гигантской, непробиваемой с виду черепахой. Нечто подобное я когда-то видел на гравюрах, показывающих построение римских воинов, по которым могла проехаться боевая колесница, запряжённая парой коней.

А с противоположной стороны движущиеся с большой скоростью гули добежали чуть ли не первыми. Но тоже ум проявили: ни нас на холме атаковать не попытались, ни по дороге дальше не продвинулись в сторону численно превосходящего противника. Встали вытянутой шеренгой, ожидая, пока к ним с тыла не подъедет броневик на колёсах и не подтянется остальное войско. Причём подходящие силы герцога Канцура, как и он сам на своей повозке, располагались на том участке берега, где на меня впервые в падении свалилась спасаемая нами Даниэлла.

Так что в плане выбора диспозиции военному ополчению умертвий из города Ихреза повезло меньше всех. Им оставалась только узкая полоска дороги, пролегающая между нашим холмом и озером. Что удивительно, они этим нисколько не смущались: попросту заняли эту полоску, как бы заявляя свои права не только на затаившуюся в виде нас добычу, но и на эти земли, которые входили в юрисдикцию города как дальние предместья.