Как исправлять ошибки (СИ) - Алексей Веселов

– О чем ты, Владычица Этернидад?! – вздрогнул вампир.

– О том, кто тебя предал, дружок, – усмехнулась Она. – Заметь, тебя, не меня. Мне он по‑прежнему верен, даже немного влюблен. Эта влюбленность и вела его по пути Ночи. Но не привела на путь служения. А что сделал ты, Артес, чтобы вернуть его?

– Я старался, Владычица! – заскулил Артес.

– Ты плохо старался! – припечатала Она, а потом повернулась ко мне.

Одно неуловимое движение, и вот Она уже стоит вплотную.

– Этернидад… – прошептал я Ее имя, моля всех богов, чтобы больше оно не ускользало из памяти.

Ее прохладная ладонь легла на мою щеку, лицо потянулось ко мне, еще мгновение, и Она коснулась бы своими губами моих.

Я очнулся и почувствовал, что задыхаюсь. Что‑то мешало дышать, давило на грудь, щекотало нос. Открыв глаза, я обнаружил сидящего у меня на груди Сириуса. Вот разожрался, скотина!

– Слезь, задушишь! – прохрипел я.

Кот послушно спрыгнул на пол и уселся столбиком, обернув лапы хвостом. Вид у него был понурый. Я тоже принял сидячее положение, огляделся. Разумеется, никакого "стекла" в кабинет Шимшигала больше не было.

– Много еще услышал? – спросил я, пытаясь понять, как действует эта магия.

– Ничего‑у, – вздохнул Сырок. – Как ты‑у мяукнулся, так и изображение пропало.

– Может, объяснишь?

– А чего‑у объяснять? Мои‑у это сапоги, и Аль должен их вернуть.

– Я так понял, ты их ему проиграл?

– Проиграл, – сознался Сириус и совсем загрустил. – Потом‑то отыгрался, да только тот, кто‑у мои сапожки‑у выиграл, уже Алю их отдал. Мыр‑ру‑ахр‑р‑р… Полгода я его искал. Наше‑ул вот…

– Понятно, а он тебя, вместо сапог, замагичил.

– Нет, не так… – кис вздохнул еще тяжелее. – На мне‑у же проклятие, я‑у еще две жизни волшебникам прислуживать должен. Вот он и предложил, чтобы я‑у ему служил, или тому, на кого он са‑ум укажет. Я‑у и согласился. Подума‑ул, что он, вроде как, ничего‑у, нормальный, получше многих… А тут ты‑у…

– А что я?

– Ну, в комнату к нему сунулся, да он нас и замагичил вместе. Связал, стало‑у быть.

– Так вот, почему ты так уверен! – дошло до меня, наконец.

– Ну да‑у. Оставшиеся две жизни я‑у, наверное, так и буду к тебе‑у привязан.

– Постой‑ка! У тебя же последняя жизнь – вольная. Получается, наша с тобой связь только к этой и относится.

Кот посмотрел на меня с сочувствием. Как на умственно‑отсталого. Даже мышь, прислушивавшаяся к нашему разговору и от любопытства почти сползшая с полки, презрительно фыркнула в мой адрес.

– Ты, в" Асилий, совсе‑ум дурак, или как? – Сыр почесал за ухом, демонстрируя свое умственное превосходство. – Моя‑у последня жизнь как раз в этих сапожках и спрятана. Потерять я‑у ее боялся. Вот попросил одного мяу‑мага поспособствовать. Да только Звездный покер – это такой аза‑урт… тебе не поня‑уть.

– Ну да, ну да, – покивал я. – Где уж нам, недоучкам. Выходит, Аль тебя с сапогами надул?

– Ну, не совсе‑ум… – замялся Творожок. – Он мне честно сказа‑ул, что они не у него‑у. Просто объяснил, что самому мне до этого мага не добраться. А он, мол, поможет.

– Да ладно, – не оправдывайся, – вздохнул я. – Что я, тебя судить что ли стану? Сам восемь лет, как последний лох на него пахал. Ты хоть знаешь, что он твои сапоги и вправду вернуть пытается. А вот я за что страдал – вообще не понятно.

– За прорывы свои‑у ты страдал, – лениво отозвался Сириус, пару раз лизнул грудку и показал язык мыши. Та пискнула и смущенно прикрыла острую мордочку лапкой. – А что‑у пытается, это хорошо. А то я‑у ему‑у…

Мы немного помолчали, думая каждый о своей нелегкой доле. Потом я решил проверить, что за значок у меня на поясе возник. Широкие шлейки штанов, вышедших из моды лет десять назад, перекрывали обзор. Я попытался оттянуть нужную в сторону, но ветхие нитки затрещали, и шлейка осталась у меня в руках. Мне подмигивал глаз. Странный такой, без ресниц, серый с грязно‑зеленым оттенком.

– Слушай, Сыр, – осенило меня вдруг, – как думаешь, Аль не может по этому символу догадаться, что мы за ним следили?

Кот оторвался от бесконечного процесса вылизывания – и как ему только не надоедает! – и покосился на ремень. Задумался.

– Мо‑ужет, – констатировал он через пару минут.

– И что делать будем? – испугался я.

– А не фиг было‑у штаны рвать, тогда и не увидел бы‑у, – хмыкнул этот гад.

– Слушай, – взъярился я, – эти штаны уже лет пять на ладан дышат. Это еще хорошо, я эту шлейку оторвал, а если бы она при Але прахом рассыпалась? Ворк! Я скоро вообще с голой задницей останусь, а этот сквалыга джинсы мои зажал!

– Ну ладно‑у, ладно‑у, не кипятись, – примирительно муркнул кот и продефилировал к нетопленному с зимы камину.

Внимательно обнюхав выметенное нутро, он сел на задние лапы и попытался передними дотянуться до дымохода. Не смог. Снова опустился на четыре конечности, тщательно примерился, смешно поводя задом из стороны в сторону, и прыгнул. Послышался скрежет когтей по кирпичу, возмущенный мяв, чих, а потом из дымохода кулем вывалилось нечто черное и взъерошенное, а сверху медленно планировали хлопья сажи. Черный монстр аккуратно сгреб их лапкой, сжал в когтистом кулаке и, продемонстрировав белые зубы и розовую пасть, мяукнул:

– Пойди‑у сюда!

Я ошалело потряс головой, но послушался: подошел к камину и опустился рядом с ним на четвереньки. Кис старательно затер значок сажей. Глаз обиженно заморгал, но закрылся и стал почти не заметен на черной коже пояса. Ну, если не приглядываться. Мы перевели дух. По крайней мере, есть шанс, что до следующего апгрейда Аль не обратит на него внимания.

– Спасибо, – растроганно сказал я и собрался было погладить Сириуса, но передумал. Сажа‑то никуда не делась. Но кот, видимо, заметил мой жест, смущенно потупился, а потом попросил:

– Ты, это… полил бы меня‑у… А? Хоть я‑у этого и не люблю…

– Да, да, конечно!

Я быстро собрал из воздуха капельки воды, подумал, заставил их двигаться чуть быстрее, и только потом позволил пролиться на кота мелким дождиком.

– Вау! Тепленька‑у! – благодарно промурчал Сыр, подставляя бока под душ.

– Жаль, я высушить тебя не смогу, – посетовал я.

– Ничего‑у, это я сам, вылижусь, – великодушно простил меня клетчатый чистюля. Но отряхнуться и обдать брызгами не преминул. – А зачем тебе‑у вообще‑у свой пояс Алю показывать, – задумчиво изрек он вдруг.

– Ага, как же, так он у меня разрешения и спрашивает! – фыркнул я.

– Ну, штаны он с тебя‑у стягивать не будет, мур‑рра‑у. За такое‑у и схлопотать можно. Он тебя‑у перехитрить попробует, сам тебе джинсы предложит. Хоть ты свое‑у получишь, – кот печально вздохнул.