Как исправлять ошибки (СИ) - Алексей Веселов

Этап второй. Отказ от Зова. Между всеми вампирами существует ментальная связь. Мы как бы соединены в одну паутинку. Эта связь помогает нам общаться с Горли, когда они находятся в бестелесном облике. А также Звать на помощь. Зов стремится к тем узлам паутинки, которые находятся ближе всего к тебе. Удобно и частенько спасает жизнь.

Отказаться от Зова – это как отказаться от родственной помощи. Это сказать всем, чтобы они перестали надеяться на тебя, потому что ты на них больше не надеешься.

Я отказался от Зова пятнадцать лет назад. Вспоминая тот день, я испытываю не то, чтобы раскаянье, но, возможно, небольшие угрызения совести. Я вырвался из паутинки, когда ее сотрясал Зов молодого Хайли‑купца, попавшего в засаду разбойников. Я не откликнулся на Зов, но такое случается. Но кроме этого я оборвал свою связь, я дал всем понять, что больше не с ними…

Говорят, что этот Хайли там и погиб. И моя совесть укоряет этим меня, а я пытаюсь ей объяснить, что он сам виноват. Что не надо было искать коротких путей и экономить на охране. Но она ничего не хочет слушать, а я не хочу слушать ее. Так и живем, упорно игнорируя доводы друг друга…

Этап третий. Отказ от Жажды. Отказ от Крови. Этап, который я так не преодолел. Но в принципе я знал, что для Торету это самый сложный этап.

Кровь – это то, что дает нам энергию. Триста миллилитров крови хватает нам на три дня. Точнее не нам, а Горли и Хайли. А так как их способности работают непрерывно, то и охотиться они вынуждены каждые три дня. А если они еще и живут среди людей, постоянно появляясь на солнце, то каждый день вынуждены выпивать по сто миллилитров. Эта энергия тратиться на покров Ночи. Умный вампир был, что придумал его: покров похож на тонкую прозрачную пленку, защищающий нашу кожу от солнечных лучей.

С Торету все сложнее и в то же время проще. Наши способности мы активируем сами, поэтому высушив одного человека и строго дозируя полученную энергию, мы можем обходиться без крови около полугода. А при необходимости можем получать очень малое количество энергии из обычной еды. Я, почти не используя свои способности, максимум продержался полтора года, потом, правда, высушил Альберта, отличного друга, приютившего меня. Не без помощи одного чрезвычайно настырного вампира. Это было как раз до Инги. Совесть по этому поводу молчит – я их всех предупреждал о такой возможности, но они все считали себя моими лучшими друзьям и были уверены, что я слишком люблю их, чтобы осушить. Да, они все были мне дороги, но мои чувства не могли пересилить мою Жажду.

В общем‑то, этот этап – отказ от своей вампирской сущности, от своих способностей. Если, исчерпав себя до дна и увидев кровь, я смогу себя сдержать, то, наверное, преодолею этот этап. И мои способности атрофируются. Не могу сказать, что готов к этому: даже в битве с волками я использовал часть своих сил, но постепенно заставляю себя смириться с этим. А все потому, что сверхбыстрые рефлексы, сила, превышающая человеческую и навыки наемного убийцы – это все во мне, и никуда не денется, если отрекусь от Жажды.

Так что я все еще вампир по своей сути. И Отречение для меня не завершено.

Этап четвертый, завершающий: Отказ от Ночи. Если честно, неуверен, что смогу его преодолеть когда‑нибудь. Вампиры и Ночь – это больше чем семья. Мы любим Ночь, как нашу мать. Мы танцуем с ее Тенями, словно с любовницами. Мы улыбаемся от ласковых прикосновений Ночи, точно от одобрения старшей сестры. Можно ли отказаться от того, чтобы слышать ее голос? Не знаю. Все это еще только ждет меня. И я стараюсь лишний раз об этом не думать.

Памятка номер четыре: быть настороже!

Мой мозг не успел еще ничего осознать, а я уже сбивал Леру с ног. Прямо над нами в дерево вонзились два ножа. Так… И кто это к нам пожаловал?

Девчонка испугано вскрикнула подо мной, а я уже принимал вертикальное положение, стараясь заслонить Леру собой. Ножи… Знакомые ножи, однако.

– Разве так здороваются со старшим, Лет? – насмешливо протянул я.

– Как учили, так и здороваюсь, – не менее насмешливо ответил мне вышедший из‑за дерева парень. – На тебя и на нее открыта охота.

– На меня‑то с чего? – я удивленно выгнул бровь, тем временем оглядывая Лета. Серебряные волосы заплетены в косу, синие глаза безмятежно спокойны. Как всегда, верен себе.

Парень облокотился на дерево.

– Артес знает, что ты ее сопровождаешь. И попросил меня, открыть на тебя охоту тоже. А я только "за". Отречение – это слабость. И ты не имеешь права ее проявлять.

– Это одна точка зрения, но ты умолчал еще кое о чем. О том, что я до сих пор считаюсь лучшим, – я оскалился, специально выставляя клыки напоказ. – И тебе приходится быть в моей тени. А открыв охоту, ты либо меня убьешь, тем самым доказав свое превосходство, либо вернешь меня в Клан, где сможешь соревноваться со мной на равных. Так, Валет?

– Валет?! – пискнула Лера, но я ткнул ее локтем, призывая к молчанию. Еще ее ахов‑охов не хватает, ага!

– Возможно. Но я свой долг выполнил – предупредил тебя. В следующий раз я приду тебя убивать, – Лет отвернулся и пошел прочь от нас.

– Ты придешь всего лишь пробовать убивать, не забывай это, – тихо сказал я ему в спину, зная, что он меня услышит. Ответом мне было лишь легкое фырканье. Нагл, как всегда. Но как вымахал‑то. Сколько ж я его не видел?.. Десять лет? Двадцать?

– А что, Валет тоже вампир? – тихо уточнила Леринея.

– Увы и ах! Но… Ни слова о Валете. Все гораздо сложнее, чем ты думаешь. Но я не собираюсь тебе об этом рассказывать. Идем! Ты же слышала… На нас объявлена охота. А это совсем не шутки…

– Интересно, интересно… – задребезжал у меня над ухом голос Аля, и я невольно вздрогнул – не заметил, когда он вернулся в башню. – Вампир‑отступник нравится мне все больше, вьюнош. Поверь, он, дитя Ночи, знающий ее, как никто, станет тебе отличным спутником и проводником.

– Возможно, – неопределенно ответил я.

Меня сейчас больше волновало имя, прозвучавшее в конце встречи с красавчиком Валетом. Артес. Вампир, глава клана Торету, как я понял. Слуга прекрасной незнакомки из моих снов. Хотелось бы мне верить, что это просто совпадение.

– Да и те добры молодцы с У" шхарра, должен сказать, надежные воины, знающие да и не трусы. Хороша, хороша команда собраться может!

– Да нет там никаких добрых молодцев, – отмахнулся я. – Мелькнули да сгинули. Один там только парень со шпаженкой, да девушка, Говорящая с Камнями.

– Как это нету?! – растерялся Аль. – Были же!

– Поначалу были, а потом, когда я смотрел, зеркало показало только парня и девушку. А тех сорвиголов я не больше не видел.