Золотой ключик для Насти - Анна Гаврилова

      Следующие три дня мы ночевали на постоялых дворах и ели от пуза. Креатин, у которого обнаружился довольно увесистый кошелёк, щедро делился. Я даже начала забывать о его истинной сущности и подумывать — как бы переманить юнца на свою сторону?

      Единственное на что мне ни разу не хватило наглости, так это заказать за его счёт ванну. Приходилось довольствоваться умыванием у колодцев, а ноги мыть в ручьях. С одной стороны — здорово, лицо заметно посвежело, даже комариные укусы сошли. С другой, холодная вода категорически не желала смывать лошадиный пот, который буквально въедался в голые ноги — я же всю дорогу в юбке ехала.

      Кстати о юбке… Ремвидцы не обращали на мою одежду никакого внимания. Будто так и надо, будто все женщины страны ходят в столь экстравагантной одежде.

      С четвёртой ночёвкой не повезло — снова оказались в лесу. Благо, в этот раз, хоть едой запаслись, заячью капусту жевать не придётся. Косарь соорудил небольшой костерок, принёс несколько охапок лапника. Не успев заикнуться о совместной лежанке, получил испепеляющий взгляд и с сожалением разделил добычу на две части. Мне стало немного жаль — ведь Косарю придётся спать без одеяла, их только два, но рисковать второй раз не хотелось. Даже если мой деревенский поклонник поклянётся не распускать руки…

      Под тихое потрескивание костра, мы проглотили ужин и я, наконец, решилась на разговор, по которому давным-давно чесался язык:

      — Креатин…

      — А? — парень поднял на меня удивлённые глаза, насторожился.

      — Ты ведь из Ремвида, верно? — в том, что Креатин — горанец, я не сомневалась, но смущать юношу нельзя. По крайней мере сейчас.

      Он кивнул, но напряженность во взгляде осталась. А я продолжала:

      — Ты ведь уже понял — я необычная девушка.

      Снова кивок и чуть дрогнувший голосок:

      — Ты колдунья.

      — Да, всё верно, Креатин. — Я вздохнула, сжала кулаки: только бы маг не стал врать! — В деревне Косаря о колдунах знают мало. Фактически — ничего. Я пытаюсь понять принцип этого колдовства, но данных не хватает… Может быть ты…

      — Хочешь, чтобы я рассказал? — удивился Креатин. В его взгляде мелькнул огонёк — гордость.

      — Очень хочу. Всё, что тебе известно.

      — Ну…

      Креатин задумался. Я сильней стиснула кулаки, поняла — именно сейчас наш спутник решает: сказать правду, или оправдать репутацию магов, о которой я уже наслышана. Чёрт, надеюсь он понимает — пока не найду нужную дверь, большого вреда от этой информации не будет.

      — В общем, дело было так…

      Триста лет назад, один очень талантливый маг, нарушил один очень важный запрет. Не знаю какой именно, но преступление совершил — ужаснее не бывает. Причём сделал это осознанно. Маг знал, ему не избежать расплаты, только умирать совсем не хотелось. И тогда он придумал волшебный замок, врезал его в самую обычную дверь и ушёл в другой мир, в твой мир. Отпереть ту дверь или повторить технологию — никто не смог. Мы… э… вернее, маги до сих пор не знают, как он вообще это сумел. Чертежи, заклинания — всё унёс с собой. Это подлинная история, самые достоверные данные. А вот остальное…

      Остальное, во многом — допущение, но есть все основания считать, что так, в действительности, и было.

      — Что «остальное»? — не выдержала я.

      Смерив хитрым взглядом и меня, и удивлённого Косаря, Креатин продолжил:

      — Тот, первый, замок, он делал впопыхах и вложил в него только две функции — непосредственно проход, и знание языка мира, в который попадаешь.

      Оказавшись в твоём мире, маг попытался усовершенствовать своё изобретение, но ничего не вышло — он оказался отрезан от источника магии, а без неё подобная работа невозможна. Тогда, маг вернулся. Ему удалось избежать плена, спрятаться на задворках Горанга и сделать новый замок.

      Опять сбежал, но в этот раз по-умному — у него остался безопасный доступ в наш мир, никто не знал где спрятано новое убежище. Когда требовалось обратиться к магии, он приходил к нам, остальное время жил у вас. Но, в итоге, его всё-таки отследили.

      — Как?

      — Очень просто, — хмыкнул Креатин. — Достаточно взять вещь, которая долго принадлежала человеку и… искать. Грубо говоря — всматриваться магическим зрением в карту мира. Если бы тот маг жил в нашем мире постоянно, его бы засекли гораздо раньше.

      Короче… убежище вычислили, поставили засаду, но маг в нём больше не появлялся.

      Чтобы обезопасить себя, он создал множество дверей и каждый раз появлялся в разных частях нашего мира. Больше всего ему нравился Ремвид: наши страны издревле воюют, ловить мага в Ремвиде — себе дороже.

      Юный маг затих.

      — Что дальше-то было? — спросила я.

      — А это, собственно, всё, — заявил Креатин, но я сдаваться не собиралась.

      — Погоди. Он сотворил множество дверей. Здесь, в вашем мире, расположить дверь можно где угодно, но в моём всё несколько… — я осеклась. А ведь действительно… в моём мире тоже полно места. Он мог построить себе избушку в дремучей тайге, сделать тысячу дверей и сновать туда-сюда хоть до посинения. Но ведь я пришла в этот мир через дверь в городской квартире…

      Выслушав мои соображения, Креатин сказал:

      — Вначале он действительно жил в какой-то глуши. После перебрался поближе к людям. Он немного не в себе был, понимаешь?

      — Я понимаю, что понятие «не в себе» очень расплывчато, «степень маразма» бывает разной. И вообще… как говорил чеширский кот, все мы немного не в своём уме.

      Креатин махнул рукой, пробормотал — мол, не знаю никакого кота, однако быстро смягчился:

      — Когда двести лет сидишь в глуши, это какая «степень маразма»?

      Ага… мы подбираемся к ответу на ещё один вопрос.

      — Он не смог улучшить этот замок, — сказал Креатин. — И попытался просто жить. Перебрался поближе к людям, начал изучать ваш мир, путешествовать. Под конец жизни, а умер он примерно полвека назад, совсем расшалился. Это узнали благодаря одному человеку… из твоего мира.

      Человек купил замок, сам врезал в дверь, ну а потом, когда начал пробовать все комплекты ключей… Сама понимаешь. Человек вернулся в лавку, где продали замок, стал вынюхивать. Как выяснилось, в этой лавке периодически появлялся старичок, который покупал замки, а через несколько дней возвращал, под разными предлогами.