Дети джунглей (сборник) - Эд Макбейн

Вскоре она уже жалела и о том, что пошла к Нюхалке Делаторе. Разговаривать с подобным типом было делом нелегким. Да и потом ее не раз предупреждали – упаси Бог забыться и наговорить лишнего, рассказывая о чем-то такому человеку, как Нюхалка, если, конечно, она не хочет, чтобы все это в виде рапорта прямехонько попало на стол начальника полиции. Нэнни с самого начала твердо настроилась не говорить ему больше, чем необходимо.

Но она не учла, с кем имеет дело. Нюхалка, считавший благородное занятие добывания информации не только делом чести, но и призванием, решил вытянуть из Нэнни все, что та знала.

Итак, они вдвоем сидели на залитой солнцем скамейке в парке Плаза, рассеянно поглядывая на сплошной поток машин, двигавшийся через Ист-Ривер, и разговаривали. Если бы кто-нибудь мог подслушать их разговор, ему бы показалось, что эти двое, так сказать, ходят вокруг да около.

– Так объясни, Бога ради, для чего я тебе понадобился, – сказал Нюхалка.

– Хотела узнать, может, ты что-нибудь слышал, – ответила Нэнни.

– О чем? – удивился Нюхалка.

– Ну… обо всем.

– М-да… ну что ж, слышал кое-что кое о чем, – протянул Нюхалка, что было откровенным враньем, поскольку он вообще не понимал, о чем это она. – Только не знаю, что именно тебя интересует.

– Я не могу сказать, что меня интересует, до тех пор, пока не узнаю, что ты знаешь, – несколько туманно объяснила Нэнни.

– Угу, – протянул Нюхалка. – Понятно. Но как мне знать, что именно ты хочешь знать, если я не знаю, что ты знаешь?

Нэнни уставилась вдаль, на реку, туда, где тяжело груженная угольная баржа натужно пыхтела от напряжения, выплевывая огромные клубы дыма прямо в нежно синеющее небо. Она вдруг вспомнила родную Темзу и с тоской подумала, какой ничем не омраченной, простой и бесхитростной была когда-то ее жизнь.

В те времена она жила в Мэйфере. Может быть, положение у нее было не столь блестящее, как теперь, в «Кленах», но тогда ей, по крайней мере, не приходилось иметь дело с такими типами, как Нюхалка.

– То, что меня интересует, – наконец после секундного колебания произнесла Нэнни, – касается одного преступления.

– Какого преступления? – насторожился Нюхалка.

– А о каких именно преступлениях тебе известно?

– А какие именно тебя интересуют?

– Любые, о которых ты что-нибудь знаешь.

– А я знаю о многих.

– О каких именно?

– Сначала скажи, какие тебя интересуют.

– Любые, о которых тебе хоть что-то известно.

– М-м-м, в конце концов, в этом городе совершается немало преступлений, – промямлил Нюхалка, – раз ты здесь, значит, тебе известно, что я как раз и есть тот самый человек, которому положено знать о каждом из них. Так что если ты имеешь в виду что-то конкретное, какое-то определенное преступление, о котором хочешь разузнать поподробнее, то скажи, что именно тебя интересует. А уж я покопаюсь в кладовой своей памяти и вытащу именно то, что надо. Так о каком преступлении идет речь?

– А почему бы тебе не покопаться в кладовой своей памяти вслух? – предложила Нэнни. – И когда ты дойдешь до того, что мне надо, я так и скажу.

– Нэнни, ты такая милая девушка, настоящая леди, – процедил сквозь зубы Нюхалка, – но ты даром тратишь мое время.

Или мы с тобой придем к какому-то согла…

– Есть у тебя сведения о каком-то преступлении, которое было совершено совсем недавно, скажем, в течение последних двух дней?

– То есть вчера?

– Да, вчера или позавчера.

– Позавчера? То есть ты хочешь сказать, во вторник?

– Именно.

– То есть, если я правильно понял, тебя интересует преступление, совершенное во вторник?

– Да.

– Утром или вечером?

– Вечером.

– Очень хорошо, – удовлетворенно кивнул он, – это уже кое-что. Осталось еще немного сузить круг наших поисков, и мы у цели. Преступление серьезное или так себе, не очень?

– Серьезное.

– Серьезнее, чем, скажем, обычное нарушение?

– Да.

– Серьезнее, чем преступление категории А?

– Да.

– Стало быть, если я тебя правильно понял, речь идет о тяжком уголовном преступлении?

– Да.

– Очень хорошо, – кивнул Нюхалка. – Теперь мне бы хотелось, чтобы ты ясно поняла одну очень важную вещь: есть преступления и преступления. То, о котором идет речь, тяжкое или не очень?

– Тяжкое.

– Тогда ответь мне на такой вопрос: то, о чем мы говорим, карается лишением свободы на срок более двадцати лет или менее?

– Думаю, более.

– Понятно. Иначе говоря, мы можем смело исключить такие преступления, как вооруженное нападение, подлог и кража в особо крупных размерах. Если основываться на твоих словах, то все это тяжким уголовным преступлением не считается.

– Да.

– Стало быть, то, о чем идет речь, либо вооруженное ограбление, либо поджог, либо убийство, либо и то и другое вместе.

Или что-то вроде этого.

– Да.

– Так, пошли дальше. Преступление, о котором идет речь, относится к одной из перечисленных мной категорий?

– Нет.

– Ясно. Тогда в связи с этим позволь задать тебе один вопрос, – попросил Нюхалка.

– Конечно.

– Ты ведь уже несколько лет служишь в доме мистера Гануччи. Почему бы тебе не обратиться прямо к нему, раз тебе так уж до смерти хочется разузнать об этом преступлении?

– Мистер Гануччи сейчас в Италии.

– Позвони ему, – предложил Нюхалка.

– Не хочу прерывать его отдых. Ему это не понравится.

– Ну и зря! Уверен, он был бы только рад помочь тебе докопаться…

– Не уверена, что он был бы так уж рад, – перебила его Нэнни.

Нюхалка впился изучающим взглядом в ее лицо. И вдруг глаза его подозрительно сузились.

– Похоже, это что-то такое, – прошипел он, – о чем мистеру Гануччи лучше вообще не знать? Я угадал?

– О чем это ты?

– Например, о преступлении, совершенном кем-то из его людей, особенно если этот человек из тех, с кем мистер Гануччи связан тесными деловыми отношениями… да еще совершенном без его санкции, либо так, что ему об этом вообще ничего не было известно. Может, это что-то такое, что вызвало бы его крайнее раздражение, случись ему узнать о нем.

– Нет, – покачала головой Нэнни.

– Нет? Значит, я ошибся? – разочарованно протянул Нюхалка.

– Нет.

Стащив с головы шляпу, Нюхалка растерянно почесал в затылке.

– Черт, ну и задала ты мне задачку! – пробурчал он.

– Так, значит, ты ничего не слышал?

– Во всяком случае, ничего похожего на то, о чем мы сейчас с тобой говорили.

– Думаю, мы с тобой поняли друг друга, – сказала Нэнни.

– Придется поразнюхать, что к чему, – задумчиво сказал Нюхалка.

– Стало быть, пока говорить не о чем, – подытожила Нэнни.

– Пока да. Попытаюсь что-нибудь разузнать.

– Спасибо. – Нэнни встала. Одернув юбку, она повернулась к нему:

– До свидания, мистер Делаторе, – и быстрыми шагами направилась в сторону Первой авеню.

Провожая девушку задумчивым взглядом, Нюхалка чертыхнулся про себя, пытаясь понять, о чем они, собственно, говорили все это время.

Глава 7

ГАРБУГЛИ

Но уже к половине двенадцатого Нюхалка и думать забыл обо всей этой истории и о Нэнни в том числе. У него на уме были куда более важные дела. А более важными, чем какое-то гипотетическое преступление, были (соответственно): его бывшая жена Роксана (сучка паршивая), человек из Амарилло, штат Техас, работающий сейчас самым обычным зазывалой на Бродвее, и несусветные алименты, которые по-прежнему пыталась выманить у него бывшая жена – и это несмотря на то, что давным-давно жила с тем мерзким типом из Техаса, который не стеснялся курить собственноручно скрученные сигареты!

– Где же тут справедливость?! – возопил Нюхалка. – Мистер Гарбугли! Платить этой шлюхе, которая Бог знает сколько времени уже согревает постель другому?!

– Согласен, справедливостью тут и не пахнет. Но закон есть закон, – возразил Вито Гарбугли.

Он был очень занятым человеком и ни за что на свете не согласился бы уделить какому-то Нюхалке хотя бы минуту своего драгоценного времени (да и кто бы согласился?!), если бы не звонок из полицейского управления. Звонил лейтенант Александер Боццарис, в прошлом не раз оказывавший ему разного рода услуги и попросивший сейчас оказать ответную услугу «одному из особо доверенных консультантов полицейского управления».

Поговорив с лейтенантом, Гарбугли прошел по коридору в соседнюю комнату, где был кабинет его партнера Аззекки, чтобы спросить, известен ли ему человек по имени Фрэнк Делаторе.

– Так это небось Нюхалка Делаторе! – воскликнул Аззекка. – А тебе зачем? – Естественно, пришлось во всех подробностях рассказать про звонок из полиции. Аззекка, выслушав до конца, возмущенно покачал головой: